смотрел, долдон?
– Не могу знать, господин унтер-офицер второго разряда!
– Хоон, ты меня не зли! Вы их должны были при дневном свете брать. Что, трудно было заметить, что у этого на ноге повязка, у этого вообще что-то типа кокона, а этот весь в бинтах как колбаса в оплетке?!
– Да откуда я мог знать?! У энтих филитов, может, все не так как у людей! Господин младший-два сказал: брать!
– Ты благородием не прикрывайся! Кто должен иметь мозги – ты или он? Ты слышал, что старший-один Реэрн сказал?
– Не-а.
– Болван!
– Признаю.
– Да хоть на лбу себе вырежи! Он сказал, что если привезут кого-то не пригодного к работам, его надо будет запаковать обратно и бережно отвезти, откуда брали!
– Э-э-э…
– Вот ты это своему младшему-два и скажи.
– М-м-м… А договориться никак нельзя?.. А то по уху от его благородия как-то получать неохота…
– Слушай сюда, – унтер-офицер второго разряда Мэорг перешел на конспиративный шепот. – Я тут слышал, что на базе «Восток» пока некомплект с филитами, слишком мало их наловили. Поэтому завтра утром мы с ними немного поделимся. Упакуй эту партию обратно, пусть еще поспят, а там засунем ее в транспорт, и никто не заметит.
– А ты сможешь это провернуть?
– Спрашиваешь!
– Ну ты, однако, и жук! Буду должен!
– Будешь! А теперь поторопи своих бойцов, пусть всю партию скорее обратно в капсулы впихивают и в накопитель утаскивают. И все будет красиво!
Штурман Боорк, пожалуй, и не помнил, когда в последний раз оказывался в столь чудесном месте. Изумрудную траву усеивали множество белых цветочков, похоже, забывших, что уже давно наступила осень, и благоухавших, как в разгар лета. Вокруг ровными рядами высились восхитительно корявые невысокие деревца со стволами, будто скрученными из толстенных лохматых стальных тросов. Их листья были окрашены во все возможные оттенки красного – от нежно-розового до густого победного багрянца. Повсюду словно фонарики блестели желто-зеленые глянцевые плоды величиной и формой в два сросшихся кулака.
Боорк был не новичком в космосе. За свою жизнь он понавидал разных планет: от высушенных морозом степей околополярных областей Таангураи – до тропического буйства зелени на экваториальном континенте Кэтэркоро. Но этот заботливо ухоженный сад на Филлине восхитил его просто идеальным сочетанием дикой прелести природы и человеческого рационализма. В это место можно было бы легко влюбиться, если бы не...
Протянув руку, Боорк снял с ветки один из плодов пожелтее и, впившись в него ногтями, разорвал его напополам. Взору открылась нежная розово-оранжевая мякоть и темная сердцевина, наполненная множеством мелких светло-коричневых шариков-зерен. Поколебавшись, Боорк осторожно откусил маленький кусочек. Мякоть была еще слегка твердоватой и немного терпкой на вкус, но все равно это было намного лучше, чем приторно-сладкие фруктовые консервы, входящие в его офицерский рацион.
Через дюжину-другую дней плоды окончательно созреют, но в этом году некому будет собрать урожай. Да и сад этот – лишь чудом уцелевший клочок зелени посреди черного пожарища, которое оставили после себя бомбы «Драконов», готовивших «безопасный периметр». Когда они садились, дымы здесь можно было различить еще с орбиты.
И Боорк, и старший штурман Маард могли гордиться той посадкой. В отличие от многих своих коллег, они посадили корабль, не отклонившись и на сотню метров от расчетной точки, причем, не имея даже примитивного полевого маяка. О, если бы вся его служба в Военном Космофлоте состояла только из технически безупречных взлетов и посадок или свободных полетов в открытом космосе! Тогда бы... Но к чему пустые сожаления? Жизнь редко оказывается милосердной к кому бы то ни было. И даже в шелесте осенней листвы слышится настойчивый рефрен: «Чужак, кто ты? С чем ты пришел сюда? Что ты сделал с нашей землей?..»
Позавчера, во время первой прогулки по окрестностям, вначале было даже интересно смотреть, как выглядит по-настоящему то, что он знал только как символы на компьютерной карте. Вот это зеленое пятнышко, утыканное скучными рядами схематично нарисованных деревьев, на самом деле оказалось роскошным садом, совершенно очаровавшим Боорка.
Вон та ровная площадка, уже размеченная под космодром и прочие службы будущей базы, – широким полем, где словно язвы чернели выжженные проплешины, а землеройные машины, по крышу перемазанные ароматным липким соком, подминали под себя ряды стройных полутораметровых растений, увенчанных тяжелыми кистями иссиня-черных продолговатых ягод.
А та россыпь кубиков с краю карты раньше была деревней – обычной деревней, каких наверняка было много в этой стране под названием Венселанд, на южном берегу Срединного моря, в благодатной полосе субтропиков, достаточно далеко от иссушающего дыхания Великой Пустыни...
Там Боорк впервые увидел воочию, как выглядит разрушенное человеческое жилье. Причем не рассыпавшееся от старости, брошенное или пришедшее в упадок – такое он неоднократно видел и на своей родной планете. Нет, эти дома были убиты ночной смертью, пришедшей с неба. Некоторые еще стояли как смертельно раненые часовые, с целыми фасадами, выкрашенными в веселый голубой или спокойный песочный цвет, с гостеприимно распахнутыми узорчатыми ставнями, с торчащими балками крыш, словно пытавшимися удержать остатки кровли. Другие, словно выбившиеся из сил старики, завалились набок, подальше от зияющих кратеров, откуда еще тянуло дымом. Третьи... От третьих не осталось уже ничего, и только обнажившиеся фундаменты или остывшие от жара разбросанные кирпичи свидетельствовали, что на этом месте стояли дома, а в них жили люди... Накануне в деревне успела поработать команда обеззараживателей с портативными огнеметами, и от развалин тянуло странным сладковатым душком сгоревшей плоти.
С тех пор Боорк перестал ходить в ту сторону, ограничиваясь садом. Наверное, он бы вообще отказался от прогулок, но корабельный лекарь предписал ему побольше ходить, чтобы разрабатывать раненую ногу. Врачу приходилось подчиниться.
Правда, сад нравился не только ему. Поэтому здесь он никогда не оставался в одиночестве.
– Представляешь, как здесь скоро будет кипеть жизнь! – восторженно воскликнул Нэам, сегодня напросившийся ему в компанию.
– По-моему, здесь и сейчас довольно шумно, – хмыкнул Боорк.
Они уже дошли до того места, откуда открывался вид на стройку, которая стартовала еще в самый первый день и с тех пор не прерывалась ни на час. К утру четвертых суток там был уже полностью залит фундамент, а бригада монтажников приступила к сборке металлоконструкций первого этажа быстровозводимого здания.
Сегодня на стройке появились филиты, которые начали обносить весь объект двойной оградой с полосой безопасности. Похоже, на Филлине появлялась первая секретная зона.
– Ты туда не смотри, –
