к щекам, изображая испуг и замешательство. — Мне, право, нужно подумать. Это все же целый год. Животным потребуется теплое место для проживания, еда. А как быть в случае… ну, если появятся щенки?
Следует показать, насколько огромные хлопоты он на меня пытается возложить.
— Конечно-конечно, уверяю вас, все заботы возьмет на себя псарь. Я могу оплатить постройку псарни либо пригнать мужиков, чтобы построили. Поверьте, от вас ничего не потребуется, разве что, как и сейчас, наслаждаться компанией великолепных животных.
— А о какой сумме идет речь? — перешла я к главному.
С собаками я точно справлюсь. Но если есть возможности заработать при этом….
— Триста рублей, кормежка за мой счет и один щенок, если за время пребывания народится потомство.
— Два щенка. Мальчик и девочка.
Если я передумаю с разведением, попросту продам. Да хоть ему же. Ловко придумала?
— Я согласен.
Глава 23
Я перевела взгляд на Алексея Мартыновича. Ничего не понимаю, неужели он может так запросто оставить мне на год целое состояние? Будь я на его месте, ни за что бы не приняла столь скоропалительного решения. Но, может, здесь так принято? В конце концов, это первая моя сделка, я не знаю их… правил делового оборота.
— Алексей Мартынович, откуда такая спешка?
— Видите ли, Анна Сергеевна, я уже неделю назад должен был выехать. Меня ожидает караван в Москве, и если я не поспею в оговоренные сроки, то путешествие мое сильно осложнится. Придется самому, за свой счет, нанимать отряд охраны на год, а это немыслимые расходы, их не покроет выручка от продажи чая. Но и не ехать я не могу, потому как должен передать дела приказчику. А собаки постоянно убегают к вам.
— Алексей Мартынович, будьте столь любезны, подскажите, когда проводятся ярмарки, выставки в Москве?
Я вспомнила про важные для себя сведения и, чтобы вновь не забыть, резко сменила разговор.
— А какое отношение ярмарки имеют к нашей договоренности? — несколько холодно спросил Алексей Мартынович.
Говорю, же не гибкий ум у мужчин.
— Совершенно никакого.
Я улыбнулась ему самой приветливой улыбкой. Объяснять ничего не собиралась, пусть принимает меня такой, какая есть.
— В таком случае… Ярмарки проходят практически постоянно, но особо масштабные устраивают осенью, едва дороги встанут, и весной. Выставки… я, право, не владею информацией. Слышал, что в Манеже последние месяцы организовывают нечто грандиозное. Послушайте, я же могу вам отписать письмом? Дам адрес Тимофея Сергеевича. Он остается в Москве, в отличие от меня. Накажу ему, и он ответит на все ваши вопросы.
— Буду вам много признательна. Собак нужно брать под расписку? Вы ее оформите? Заверять в городской управе будем?
— Расписку? Возможно, вы и правы, но не думаю, что нам следует ее оформлять по всем правилам. Я вижу, что собаки выбрали вас, а их не обманешь. Я доверяю их чутью.
Далее мы обсудили детали. Выяснилось, что Алексей Мартынович уезжает завтра поутру, поэтому сегодня вернется с псарем и со всеми аксессуарами для собак. Мы составим расписку, он передаст мне деньги за содержание и отдельно на питание питомцев.
Мы ударили по рукам. Алексей Мартынович перед отъездом посоветовал придержать Беллу.
— Она вожачка стаи. Если остановите ее, вся стая останется на месте.
Полезное знание. Я накинула на шею собаки полотенце, свернутое жгутом, и уговаривала ее потерпеть. Дескать, твой хозяин скоро вернется. К моему удивлению, действительно, вся стая не двинулась с места и не помчалась вслед за Алексеем Мартыновичем.
А когда пыль от копыт его коня улеглась, я позвала собак прилечь. В свои покои, разумеется.
Несмотря на усталость, я в жизни так много не придумывала схем, не хвалила себя и не любовалась собой. Как лихо я дела обстряпала! Староверы через пару дней откликнутся, с них я планирую получить первый существенный доход, а там, глядишь, еще что-нибудь придумаю. Не так уж сложно, оказывается, дела вести. Всего-то следует смекалку применить. Воистину говорят, если человек талантлив, он талантлив во всем!
Я успела даже вздремнуть до приезда Алексея Мартыновича, а потом закружилось. Поводки, ошейники, именные миски у каждой собаки. Благо ко всему прилагался специально обученный человек, Михайло. Псарь неопределенного возраста, может, ему сорок лет, а может, шестьдесят — настолько густая неухоженная борода скрывала черты лица. Хотя нет, глубоких морщин у него все же не видать, значит, сравнительно молодой. Одет был Михайло в растоптанные лапти, привязанные к ногам на веревочках, темные штаны из грубой мешковины, рубаху и нечто по виду напоминающее телогрейку. В руках он сжимал узел, видимо, со своим личным добром.
— Собак разместите на втором этаже, в одном крыле я живу, выберите место в другом. Да и сами там поселяйтесь.
Первым делом, как заботливая хозяйка, я определила место проживание. Опять же, никакой сложности.
Затем мы оформили расписку, я попросила лишь вписать, что весь уход и забота ложится на плечи псаря. Я предоставляю место для проживания, место выгула и прокорм. Это я продумала на случай, если кто из собак, не приведи Господи, помрет.
Затем получила триста рублей, плюс сто с запасом на пропитание, и начались слезные прощания Алексея Мартыновича с собаками. Он подходил к каждой, гладил и объяснял, что у него просто нет другого выхода. Просил их быть покладистыми и не доставлять хлопот хозяйке. Клятвенно обещал, что в начале лета приедет за ними и более они не расстанутся.
Я наблюдала за ним и собаками и ловила себя на мысли, что все они прекрасно понимают. Оттого и вздыхают так тяжело, и прижимаются к его ногам худосочным телом, зарывают длинные морды в его руки и, кажется, даже плачут.
Очень трогательная сцена прощания получилась.
— Оставьте свой московский адрес. Я буду вам писать про собак. А как вернетесь, разом все письма и прочитаете.
Мне было Алексея Мартыновича жаль, оттого и предложила я такое решение, хотя в договоренностях такого не было. Но я великодушна!
— Весьма признателен.
Алексей Мартынович на клочке бумаги написал адрес, при помощи переносной чернильницы и пера. А потом уехал.
Мы же с Михаилом пошли знакомить его с прислугой, выносить ценные вещи из будущей псарни, в общем, обживать будущий дом для собак.
А утром, едва я выпустила собак на прогулку, они вслед за Беллой стремительно вырвались за ворота и умчались в ту сторону, куда вчера уехал Алексей Мартынович. Да с такой скоростью, что я и ахнуть не успела. Вот тебе и послушные собаки. И где я их буду искать? Караул!
