ее там, привязала.
— Прошу нас простить за резкость, но не сразу опознали в вас хозяйку, — мазнув по мне взглядом, извинился Алексей Мартынович.
Ну конечно, я же в одежде старообрядцев. Вот и Луша, выбежавшая на шум, уставилась на меня немигающим взглядом.
— Прощаю, если это все, забирайте собаку и уезжайте. У меня дела. — Я повернулась и ушла к себе в покои.
На самом деле я до слез расстроилась предстоящей разлукой с Маней, уж больно умная и ласковая собака, поэтому торопилась побыстрее пережить тяжелый момент. Пусть убираются восвояси, а я пойду пореву от расставания. Забирают голубушку мою, свет очей и подругу. Навсегда забирают.
Ревела я страстно, самозабвенно, с воем и причитаниями. Только Господь послал утешение и тут же отобрал.
Да еще и с дальнейшей судьбой по-прежнему нет ясности. А какая хорошая затея была с магазином? И что сейчас? Деньги имеют свойство заканчиваться, пусть не сейчас, но через полгода. А дальше что я буду делать? Катастрофа!
Ревела, лежа на кровати, прогнала всех, кто приходил со словами утешения. Они мне не помогут, только глупостей наговорят, а я натура тонкая и сейчас переживаю страшное горе — потерю любимой собаки. Кто через это проходил, поймут.
Наревевшись вволю, я пошла гулять в лес. Но и здесь все мне напоминало о Манюне. Как она стремительно уносилась вдаль и пропадала из вида, чтобы через несколько минут так же стремительно вернуться. Как грациозно она прыгала метра на три, она вообще передвигалась в лесу только галопом. Как вздымалась ее шерсть, какими оттенками переливалась на солнце.
Красавица моя. Деревенские собаки дурные, глупые, а моя ненаглядная совершенно другая. Была.
Вернулась я домой, аппетита не было, но домашние в голос уговаривали перекусить. Я поела чуть, после чего ушла к себе, напилась травок успокоительных, что принесла Луша, и, еще раз всплакнув, уснула.
Каково же было мое удивление, когда утром, по привычке выйдя с чашкой чая на крыльцо, я увидела перед ним стаю борзых во главе с моей Маней. Они стояли, весело размахивая роскошными хвостами, и улыбались мне своей собачьей улыбкой. Я точно вам говорю. Я различаю это.
Глава 20
— Любимки мои! Зайки сладкие! Бегите ко мне обниматься!
Слезы хлынули из глаз, я еле успела чашку поставить на столик, распахнула объятья, присела и с размаху очутилась в гуще хвостатых-волосатых питомцев.
Моя Манюня повизгивала, облизывала лицо и слегка прикусывала руки от избытка чувств после расставания. Остальные просто ласкались, лизали и усиленно махали хвостами.
Выбежавшая Луша с Лизой замерли в дверях.
— Эка невидаль, — покачала головой старуха.
— А можно мне одну собаку? — нашлась Лиза.
— Боюсь, что скоро за ними примчится хозяин. И вновь заберет к себе.
Так и вышло. Правда, до того мы с красавцами в количестве восьми штук успели вволю поноситься по лесу. Затем их напоили молоком, и мы устроились на крыльце. Я, как истинная барыня, попивала чай, а собаки, развалившись у моих ног, сопели и подрыгивали длинными лапами.
— Анна Сергеевна! Мое почтение.
Алексей Мартынович прискакал один, в наспех надетой одежде, волосы растрепаны. Но едва увидев своих собак, на подъезде к дому начал улыбаться. А спешивался совершенно счастливый. Одернул жилет, пригладил рукой волосы и поклонился мне.
Возраст его я определила между двадцатью и тридцатью. Очень моложаво выглядит, но уже купец. Поэтому точнее определить возраст я не смогла.
Собаки повскакивали с мест и кинулись к нему «здороваться».
— Здравствуйте, Алексей Мартынович! Пока вы не начали меня обвинять в очередном похищении, сообщаю: собаки сами пришли. Я утром встала, вышла на крыльцо испить чаю, а они стоят у ступеней.
— Что вы, сударыня, и мыслей не было винить вас. Михайло, псарь, утром, как водится, выпустил их погулять, они через загон перемахнули и в лес. Шум поднялся, собаки же целое состояние стоят. Помчались по их следу, да куда нам. И только позже я сообразил, что Белла к вам их повела.
— Присаживайтесь, чаю попейте, а потом и поедете в обратную дорогу.
Я пригласила его к столу. Приказала подать чаю, меду, в общем, накрыть как полагается.
— Алексей Мартынович, вы представились купцом третьей гильдии, позвольте поинтересоваться, какими товарами торгуете?
Раз уж нас свели собаки, следует поближе познакомиться. А вдруг я нащупаю какую денежную жилу? Мне сейчас это крайне важно.
— Колониальными товарами. Привожу чай из Китая.
М-да. Этот бизнес мне не подходит. Кому в Семёновске чай продавать? Все пьют травяные сборы или морковный чай.
— Вы сами за ним ездите? — светски спросила я, не молчать же за столом.
— Да. Но не сразу в Китай. Вначале на севера, там покупаю металл. После чего отвожу его охотникам в Сибирь и вымениваю на шкурки животных. А вот уже с ними направляюсь в Китай и обмениваю шкурки на чай.
— Это сколько времени поездка занимает? — искренне удивилась я.
— Девять месяцев. Лето провожу в Москве и у друзей, а едва осень, отправляюсь в дорогу.
— А собаки? — У меня возник резонный вопрос.
— Это моя боль и тревога. В Москве им плохо. Михайло их, конечно, в лес вывозит, но в остальное время они заперты в псарне. Воля им настает только летом, когда мы выбираемся за город, — печально вздохнул Невольский.
— А зачем завели?
— Это наследство от покойного батюшки. Сам я не в состоянии купить таких собак. Да и люблю их всей душой. Честные и верные, не чета многим людям.
С этим я целиком и полностью согласилась.
— И что же сейчас? Обратно в Москву.
— К сожалению. Собаки это чувствуют и сбегают…
Еще бы. Кому охота в четырех стенах сидеть.
— А вы откуда?
Вот и начались неприятные вопросы.
— Вдова. По состоянию здоровья не могу жить в городе. Доктор посоветовал именно этот климат. И здесь я почувствовала себя лучше.
Алексей Мартынович мельком глянул на мой цветной, а не траурный наряд, но промолчал.
— Постойте, охота же разрешена с осени?
Внезапно меня осенила догадка. Дело в том, что во всей империи существует закон. Пока зверье вынашивает потомство, а это с весны до поздней осени, охота категорически запрещалась.
— Анна Сергеевна, вы совершенно правы.
— Тогда получается, что вы держите охотничьих собак и не выходите с ними на охоту? Это как иметь бальное платье и не посещать балы. Скажите — зачем?
И тут выяснилось, что эта поездка в Китай для Алексея Мартыновича последняя, он наладил схему и сейчас едет со своим поверенным, чтобы лично его всему обучить и перезнакомить с людьми.
