чтобы уничтожить тебя, включая убийство собственными руками. Это то, чему она хочет научить меня.
Это была их игра? Я обошел ее кругом, изучая каждую черточку ее лица.
— И ты ненавидишь меня, волчонок? Ты хочешь убить меня?
Выражение лица Саманты стало холодным.
— Это то, что я ей сказала.
Но это была неправда. Она могла бы пустить в ход всю силу своей магии, когда вонзила мне нож в сердце, но она этого не сделала. Она могла бы оставить меня лежать на полу в моей спальне, когда сбежала, но она сняла проклятие.
Если она что-то чувствовала ко мне, хотя бы намек на то, что я начал чувствовать к ней, это подвергало ее большей опасности, чем она могла себе представить.
— Ты не сможешь солгать королеве фейри.
— Я не лгала, — отрезала она. — Я ненавижу тебя за то, что ты сделал со мной, с моими друзьями и с Мэджик-Сайд, и я сделаю все, чтобы ты больше никогда этого не сделал. Это правда.
Взгляд ее глаз был жестоким и неумолимым, и сожаление пронзило меня. Я хотел извиниться, попросить у нее прощения, но не осмеливался сказать ничего, что могло бы ослабить ее ненависть. Это было единственное, что могло спасти ее.
— Айанна будет манипулировать тобой так же, как Аурен. Ей не нужна твоя помощь — ей нужна твоя магия. Она заберет у тебя лунный осколок и заставит использовать его, чтобы…
— Лунный осколок? Вот почему ты так беспокоишься об этом? Обо мне?
Слишком поздно я понял, что выбрала неправильные слова. Я подняла руки:
— Это не…
— Я ухожу, Кейден. У меня есть шанс спасти свою мать и изменить мир к лучшему. Это то, что я должна сделать. Что я решаю сделать.
Она вскинула руки перед собой, и волна обжигающей магии пробежала по моей коже. Тени вокруг нас превратились в дым, и видение ее растворилось.
Мир закружился вокруг меня, и внезапно я снова оказался в своей башне с Мел и Вулфриком, на полу, усыпанном картами.
Я испустил долгий, дрожащий вздох. Она отгородилась от меня. Смогу ли я прорваться обратно через ее волю, а также магию Аурена?
Мел схватила меня за руку.
— Что происходит?
Когда я ходил тенью, мое физическое тело оставалось неподвижным, как будто я спал, поэтому она понятия не имела, что произошло.
— Саманта на пути ко Двору Бессмертных, и, боюсь, я упустил все шансы убедить ее вернуться.
Я выдернул свою руку из ее хватки, и темные тени обвились вокруг меня.
Глаза Мел округлились.
— О чем ты говоришь? Что случилось?
— Аурен договорился о встрече с королевой, и Сэм отправляется в царство фейри вместе с ней. Айанна держит в заложниках ее мать.
— О, черт, — прошептала она.
Вулфрик вышел из тени и приблизился.
— Кассиан был прав. Мы должны были схватить старуху, когда у нас был шанс. Теперь у королевы есть рычаг воздействия, чтобы настроить Саманту против тебя, и ты можешь быть чертовски уверен, что она им воспользуется.
— Как Аурен позволил этому случиться? — спросила Мел.
Тени вытекли из углов комнаты и влились в меня, когда я представил, как медленно провожу лезвием топора по горлу своего брата.
— Я подозреваю, что он работает с королевой очень долго, и если он поймет, как отчаянно я хочу вернуть Саманту, он найдет способ, вонзить мне нож в спину, еще глубже.
Вулфрик протянул руку.
— Дай мне свой топор. Я возьму своих волков и вытащу ее.
Я опустил взгляд на черный топор в своей руке, топор моего отца. Это был больше, чем древний артефакт — это было проявлением темной силы. Он бы наполнил Вулфрика разрушительной силой бога, но не сделал бы его непобедимым.
— Я не собираюсь слепо приносить в жертву тебя и твоих людей. Аурен убьет тебя в тот момент, когда ты пересечешь границу.
Губы Вулфрика скривились в усмешке.
— Тогда я буду чертовски хитрым. Мы должны остановить ее до того, как она доберется до королевского дворца.
Я крепче сжал рукоять своего топора и вонзил его в каменный пол.
— Тогда я призову дьяволов и демонов и проделаю дыру в Стране Грез, если понадобится. Я найду способ остановить это.
12
Саманта
Кейден исчез в облаке теней, снова оставив меня одну в темноте. Я резко втянула воздух, словно выныривая из глубокого погружения.
Запах Темного Бога Волков витал в воздухе, смешиваясь с ароматом созревающих яблок. Это был не только аромат его магии, но и глубокий, землистый аромат его тела. Он был так близко ко мне, что я почти чувствовала его, но, конечно, его там вообще не было.
И ты должна быть благодарна, что это не так, упрекнула я себя.
И все же его отсутствие оставило пустоту в моей груди. Может быть, это была просто боль от того, что я была чертовски одинока.
Кейден, Аурен и Айанна. Каждый был могущественнее, чем я могла себе представить, и каждый хотел заполучить частичку меня. Я чувствовала себя кроликом, загнанным в угол стаей волков. В каком бы направлении я ни бежала, я бежала прямо в пасть смерти. Они собирались разорвать меня на куски и подраться за объедки.
Я почти чувствовала, как единственный здоровый глаз Сигрун обвиняюще впивается в меня. Перестань прятаться. Изучи свою магию и выясни, откуда она взялась. Как только ты овладеешь своей силой, никто не сможет контролировать тебя. Даже Темный Бог Волков.
Разве не это предлагала Айанна? Обучить меня?
Я не осознавала, что приняла решение пойти с Айанной, пока эти слова не сорвались с моих губ, но это был единственный выбор. Моя магия, моя свобода, лозы — все это отошло на второй план после моей матери.
Зашуршали листья. Я развернулась и понюхала воздух.
— Аурен?
Освещенный золотом силуэт выступил из-за рядов деревьев и склонил голову.
— Прости за вторжение. Я слышал голоса, и мне нужно было убедиться, что ты в безопасности.
Да, точно. Он намеренно скрыл свою силу, чтобы я не почувствовала его приближения. Услышал ли он меня? Знал ли он, что Кейден может приходить ко мне тенью и что мы можем разговаривать?
На тот момент секреты были моим единственным оружием, и это казалось серьезным оружием.
Я накинула платье на плечи и направилась к нему.
— Я просто проклинала тот момент, когда моя нога ступила в Страну Грез. У меня тоже есть для тебя несколько прекрасных словечек, если ты захочешь их услышать.
— Я уверен, что есть, — Аурен тихо
