люди и пережидали, обрушившееся на них несчастье.
И лишь гадали с надеждой:
— Когда же закончится это наваждение?
И все с нарастающей тревогой прислушиваясь к отдельным раскатам грома, вызванного, вне всякого сомнения, чем-то более серьезным, чем попадание в цель простых авиабомб.
Иные доходили в своих предположениях до крайности.
Как это можно было понять по возгласам, то и дело раздающимся в убежище:
— Светопреставление!
— Третья мировая война!
— Не иначе против нас они и ядерный заряд использовали?
К рядовым паникерам вскоре прибавился и высокопоставленный, еще до последнего времени, сам хозяин острова.
— Таким путем они и десант высадят, — после монотонного и абсолютно бесполезного произнесения страшных проклятий, разборчиво раздался голос дона Луиса. — Нам тогда против них не выстоять!
Но такой вариант событий отверг самый дальновидный и предусмотрительный во всей этой компании людей.
— Вряд ли! — категорически опроверг доктор Лерих все эти возможные исходы воздушной атаки на их остров. — Никаких ядерных бомб, никакого десанта.
Окружение притихло.
Каждый начал верить в лучшее. Только сам доктор вовсе и не собирался, как оказалось, никого успокаивать.
— Все не намного лучше, — заявил он. — Скорее всего, это взорвался наш собственный, последний на этом острове, атомный реактор.
Очевидный факт катастрофы подсказал и еще одну причину сейчас здесь произошедшего бедствия:
— Все же, что ни говори, никто кроме правительственной авиации не смог бы столь прицельно атаковать мощными ракетами самые уязвимые места острова.
Что и высказал все тот же доктор Лерих, невозмутимо взявший на себя роль лидера:
— К тому же у военных в Пентагоне был полный и самый точный план всех наших сооружений.
Его поддержал еще один приближенный сеньора Грасса, вместе с ним, выведенный доктором в бункер из аппаратной, где проходили опыты с обезьянами.
— Потому и загнали ракету в вентиляционную шахту реактора, — проявил свои познания, молчавший до этого, Мануэль Грилан, который только сейчас отошёл от шокового состояния.
Обычный, испуганный до глубины своей трусливой души, он совсем не походил ныне на былого, представительного кабальеро.
Да и большинство уцелевших во время ракетного нападения на остров потеряли бывший свой имидж. По праву считая, что теперь, когда их тайной островной базе пришел конец, не стоит больше таиться от прочих сотрудников:
— От всех тех, кто вместе с ними, спасались в одной, мечущейся от ужаса толпе, сумевшей добраться до убежища.
О том, что своя версия спасения имеется и у самого бывшего хозяина острова выразил внезапный возглас дона Луиса:
— Все это так!
Все замерли, потому наступившую тишину лишь прерывал отдалённый грохот внешних разрывов и куда более внушительный шум, рядом осыпавшихся конструкций подземных сооружений.
Затем и новая реплика мистера Грасса не заставила себя долго ждать.
— И всё же, нет худа без добра, — вдруг присмиревшим тоном обронил дон Луис. — Теперь знаем главное…
Он еще не завершил свою мысль, как был прерван некорректным вопросом ближайшего сподвижника.
— Что именно? — без былого лицемерного почтения, резко и отрывисто спросил доктор Лерих.
Сеньор Грасс в темноте осклабился.
— Теперь, после ядерной катастрофы, можем быть уверены в одном, — отчетливо услышали все. — Нет сейчас, над нами с вами, и никогда не будет потом, хотя бы отрядов полиции или спецгруппы коммандос!
И далее, столь же уверенно раскрывал свои карты дон Луис:
— В зону радиационного поражения никто морской десант, а тем более спецназ высаживать не станет.
Прошло совсем немного времени после начала хаоса, а он уже не выглядел прежней испуганной курицей:
— Так что отсидимся, господа, сколько нужно, да и выберемся наружу, чтобы начать всё заново.
Голос мистера Грасса становился все жестче. Явно, что в пику, ускользавшего из-под его влияния ученого:
— А там еще посмотрим:
— Кто кого одолеет!
Разумное предположение, вернувшего себе прежнее самообладание, шефа, в какой-то мере сняло накал, охватившей, было, всех — безудержной тревоги.
Уже не только убежденность, очнувшегося от растерянности, дона Луиса, сколько простой здравый смысл, заставили обитателей бункера подчиниться силе. Чем сразу же и разрядили обстановку.
Паника прошла.
Когда же наверху, наконец-то, стихли звуки разрывов бомб и снарядов, рядом смолкли последние громыхания рушившихся конструкций, уже вкратце был принят план действий, на ближайшую перспективу, переработанный доктором Лерихом:
— Запасов провианта здесь нам хватит надолго.
Доктор, разобравшись в схеме, включил ручное управление аварийного освещения, взамен, не выдержавшего атаки, управления автоматического:
— Есть в достатке даже батареи питания, необходимые для работы кондиционеров.
К концу его выступления, всем уже стала понятна вполне реалистичная перспектива спасения:
— Через месяц-другой, когда до разумных пределов снизится основной поток радиационного излучения от разрушенного атомного реактора, применим наш дезактивирующий препарат, ранее уже доказавший свою высокую эффективность.
Благо, что содержащих его, аэрозольных баллонов, по данным научного руководителя исследовательского центра, было вполне достаточно припасено с расчетом вероятности куда большей аварии, чем сейчас имела место.
— Ну а потом дадим знать нашим, — подхватит мысль дон Луис. — Как ни говори, но «Грузовые перевозки Грасса» располагают всем необходимым, чтобы «той же монетой» расплатиться с обидчиками.
Его поддержали одобрительными возгласами.
— Оставалось только, — как и говорил дон Луис. — Переждать до лучших времен.
И заодно принять меры, чтобы точно сориентироваться в тех изменениях, которые могли произойти на континенте, откуда послали бомбардировщик?
И вообще Дону Луису просто не терпелось узнать подробности того, почему правительство решило его уничтожить именно теперь:
— Когда он был так близок к полному мировому могуществу?
Выяснить все было делом, на практике, не столь уж и сложным. Ведь, как предполагал доктор:
— В электронной памяти множества современных компьютеров, что включены в систему противовоздушной обороны острова, должны иметься все данные о том, кто сумел прорвать защитный барьер из самонаводящихся на любую, даже незначительную цель, ракет оборонного комплекса.
Ну, а дальше стоило пробовать подключиться к мировой электронной сети по их собственному подводному кабелю.
Потому первую вылазку из бункера решили провести именно на том этаже, где располагался компьютерный зал.
Пока же время терпело, расконсервировали оборудование убежища, где теперь в нем стало даже уютно. Особенно когда мощные батареи осветили часть зала.
Там, где было суше, появились спальные мешки. И лаборант, назначенный поваром, научился делать из, запаянных в жестянки, продуктов худо-бедно сносную еду.
Одно только не стал
