и его правительство не поддержали парламентскую резолюцию, Ельцин согласился с некоторыми из своих ключевых союзников, такими как Анатолий Собчак, мэр Санкт-Петербурга и начальник Путина в то время, что Черноморский флот должен оставаться российским независимо от того, какую позицию займет Украина и ее руководство. До конца месяца Ельцин прилетел в российский порт Новороссийск, чтобы встретиться с командующим Черноморским флотом адмиралом Игорем Касатоновым на борту крейсера "Москва", который тридцать лет спустя будет потоплен украинскими ракетами в разгар российско-украинской войны. Целью визита было продемонстрировать решимость Москвы сохранить флот под своей юрисдикцией.
Ельцин и его советники следовали плану, предложенному Владимиром Лукиным, первым послом независимой России в США. Перед своим отъездом в Вашингтон в 1992 году Лукин написал предложение использовать вопрос о суверенитете Крыма для подрыва позиции Украины на переговорах о будущем Черноморского флота. В апреле 1992 года, после того как президент Леонид Кравчук взял под контроль бывшие советские войска на территории Украины, Ельцин издал приказ о подчинении Черноморского флота себе. Вице-президент Ельцина Александр Руцкой посетил Крым и встал на сторону российского парламента, заявив, что передача Крыма Украине в 1954 году должна быть отменена. "Здравый смысл диктует, что Крым должен стать частью России", - заявил Руцкой. "Те, кто подписал решение 1954 года, очевидно, были в состоянии опьянения или страдали от солнечного удара". Он заявил, что Черноморский флот был и останется российским, а советник Ельцина Сергей Станкевич поставил под сомнение законность передачи Крыма в 1954 году.
Этот переход произошел одновременно с пропагандистской кампанией, посвященной трехсотлетию "воссоединения Украины с Россией" - так в то время называли принятие протектората русского царя украинским казацким гетманом Богданом Хмельницким. Он присягнул на верность царю Алексею Романову в украинском городе Переяслав в январе 1654 года. Советская парадигма воссоединения была заимствована из имперских времен, и в Крыму она затмила другой давний миф с сильными имперскими корнями - о Севастополе как городе русской славы, рожденном героической обороной в Крымской войне 1853-56 годов. Эти две мифологии дополняли друг друга в преобладающем русоцентричном повествовании советского периода, но столкнулись после выхода Украины из орбиты России.
Напряженность вокруг Крыма достигла опасной точки в мае 1992 года, когда парламент Крыма - Крымская область стала автономной республикой в составе Украины и обрела свой собственный парламент в предыдущем году - провозгласил республику самостоятельным государством. Объявив, что Крым должен определять свои отношения с Украиной на основе союзного договора, парламент принял конституцию и назначил дату референдума о независимости Крыма. Эта инициатива была поддержана националистическими силами в России, и в том же месяце российский парламент повысил ставки, заявив, что передача полуострова Украине в 1954 году была незаконной, и предложив Украине вступить в переговоры о статусе Крыма.
Киев сопротивлялся на двух фронтах - внутреннем и внешнем. Украинский парламент отказался от переговоров, осудив предложение Москвы как вмешательство во внутренние дела Украины. Тем временем украинское правительство убедило власти Крыма внести изменения в конституцию и отменить предложенный референдум. Юридический конфликт был разрешен без применения силы, что отличалось от ситуации в соседней Молдове. Там конфликт между пророссийскими сепаратистами в Приднестровье вылился в открытые военные действия с участием российских войск и привел к фактическому отделению анклава от Молдовы. Но напряженность в Крыму и вокруг него не ослабевала. В России они стали частью борьбы между парламентом и президентом.
В июле 1993 года российский парламент принял постановление, утверждающее город Севастополь, базу Черноморского флота, как часть территории и юрисдикции Российской Федерации. "Мне стыдно за решение парламента", - сказал в ответ Борис Ельцин, добавив: "В конце концов, мы не можем начать войну с Украиной". В следующем месяце Ельцин встретился с Кравчуком на курорте Массандра в Крыму, где два президента обсудили будущее Черноморского флота, а также растущий долг Украины перед Россией за поставки природного газа. Украинцам угрожали отключить газ, если они не "продадут" свою часть флота России, чтобы погасить долг. Кравчук чувствовал, что у него нет другого выбора, кроме как принять "предложение", но украинский парламент отказался бы ратифицировать сделку, заключенную под принуждением.
Массандровские соглашения помогли Ельцину забрать инициативу по вопросам Черноморского флота и Крыма у парламента всего за несколько недель до того, как он приказал своим танкам открыть огонь по зданию российского парламента. Но соглашения мало способствовали решению проблемы. Победа коммунистических и националистических сил в новой Думе на осенних выборах 1993 года ободрила сепаратистское движение в Крыму. В 1994 году Крым обрел собственного президента, Юрия Мешкова, который вернул вопрос о независимости Крыма в политическую повестку дня, предложив провести новый референдум. Позже в том же году городской совет Севастополя, который оставался базой Черноморского флота и зависел от Москвы в оплате своих счетов, проголосовал за признание российской юрисдикции над городом.
Крымский кризис был разрешен во многом благодаря тому, что украинская демократия продолжала функционировать. Смена президента в Киеве в результате выборов 1994 года привела к появлению кандидата, которого активно поддерживали крымские избиратели. Леонид Кучма получил 90 процентов голосов в Крыму в целом и 92 процента в Севастополе. Кучма, русскоговорящий житель промышленного юго-востока Украины, заверил этнических русских полуострова, что их языковые и культурные права будут защищены центральным правительством. Украинские чиновники достигли неформального соглашения о разделении власти с лидерами крымского парламента, которые упразднили должность президента Крыма и согласились согласовать свою конституцию и законы с украинскими.
Напряженность в Крыму не переросла в гражданскую войну еще и потому, что Россия отказалась использовать своих сторонников на Черноморском флоте для вмешательства на стороне сепаратистов, как это было в Молдове. Было несколько причин нежелания Ельцина полностью принять крымский сепаратизм. Отделение Крыма было бы воспринято как уступка националистам и коммунистам в российском парламенте, что, возможно, придало бы силы российским автономиям и дало бы им законные основания последовать крымскому примеру - это было особенно опасно в случае с Татарстаном. Не менее важно и то, что поддержка Россией независимости Крыма и его фактической интеграции в состав Российской Федерации поставила бы под угрозу попытки ельцинской администрации укрепить отношения с США. Речь шла о совместных усилиях Москвы и Вашингтона по убеждению Украины отказаться от ядерного арсенала, доставшегося ей от Советского Союза.
Будапештский меморандум
С момента провозглашения независимости Киев был готов принять безъядерный статус Украины, но не передавать России свое ядерное оружие без гарантий, что оно будет уничтожено и не будет использовано против нее. В марте 1992 года, когда напряженность по поводу контроля над Черноморским флотом начала расти, президент Кравчук
