приказал остановить передачу тактического ядерного оружия России, что вызвало озабоченность не только в Москве, но и в Вашингтоне. Передача была возобновлена только после того, как украинцам разрешили наблюдать за уничтожением их оружия на российской территории.
В мае 1992 года под сильным американским давлением Леонид Кравчук подписал Лиссабонский протокол, который обязывал Украину присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве неядерного государства. Протокол также сделал Украину, наряду с Россией, Беларусью и Казахстаном - тремя другими постсоветскими республиками с ядерным оружием - участником СНВ-1, советско-американского договора 1991 года о сокращении ядерных арсеналов. Однако подписание протокола совпало с очередным ростом напряженности между Россией и Украиной из-за Крыма, в результате чего украинский парламент не горит желанием ратифицировать Лиссабонский протокол. Ратификация СНВ-1 столкнулась с трудностями в июле 1993 года, после того как российская Дума объявила Севастополь российской территорией. Попытки Ельцина заставить Украину отказаться от ядерного оружия, а также от претензий на Черноморский флот в обмен на списание газового долга перед Москвой были отвергнуты украинским парламентом. Чем больше росла напряженность вокруг Крыма, тем сильнее Украина хваталась за свое оружие.
В Соединенных Штатах президент Джордж Буш провел последний год своего президентского срока, 1992 год, продолжая курс, который он взял на вооружение в дни заката СССР: Украина и другие постсоветские республики должны были разоружиться и отправить свои ядерные арсеналы в Россию, независимо от того, хотели они этого или нет. Но инаугурация Билла Клинтона в январе 1993 года открыла возможность пересмотреть эту политику, хотя бы для того, чтобы попытаться понять причины украинского сопротивления и в конечном итоге преодолеть его.
Через несколько месяцев после начала президентства Клинтона известный политолог и эксперт по международным отношениям Джон Миршаймер опубликовал в журнале Foreign Affairs статью, в которой утверждал, что Украину следует поощрять к сохранению ядерного оружия, а не оказывать на нее давление, чтобы заставить отказаться от него. По мнению Миршаймера, это наиболее эффективный способ предотвратить российско-украинскую войну, которую он охарактеризовал как "катастрофу", которая может привести к повторному завоеванию Украины и "повредить перспективам мира во всей Европе". Он утверждал: «Украинское ядерное оружие является единственным надежным сдерживающим фактором российской агрессии. Если целью США является укрепление стабильности в Европе, доводы против ядерного оружия в Украине неубедительны».
Клинтон и его советники не были готовы принять совет Миршаймера, но стали более внимательны к проблемам Украины. Вашингтон признал право собственности Украины на ядерное оружие, находящееся на ее территории, и согласился обсудить финансовую компенсацию за его вывоз. Когда речь зашла о проблемах безопасности, администрация была готова рассмотреть возможность предоставления Украине гарантий безопасности. Что еще более важно, признав, наконец, что главной проблемой безопасности Украины является Россия, Вашингтон заменил Москву в качестве ведущего переговорщика на трехсторонних переговорах по ядерному разоружению Украины. Новый подход сработал. До конца 1993 года Вашингтон и Киев достигли принципиального соглашения об условиях денуклеаризации Украины.
Согласно новому соглашению, Соединенные Штаты согласились предоставить компенсацию за украинское оружие в размере одного миллиарда долларов. США и Россия совместно обязались обеспечить ядерные станции Украины топливом, произведенным из снятых украинских боеголовок. Они также согласились предоставить гарантии суверенитета и территориальной целостности Украины. Это стало основой договора между США, Россией и Украиной о денуклеаризации Украины, подписанного в январе 1994 года. В феврале 1994 года украинский парламент ратифицировал Лиссабонский протокол, а в ноябре того же года проголосовал за присоединение Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) в качестве безъядерного государства.
В декабре 1994 года Клинтон и Кучма подписали Будапештский меморандум о гарантиях безопасности, которые будут предоставлены Украине Соединенными Штатами, Россией и Великобританией. Позже свои подписи под документом поставили Китай и Франция. Аналогичные документы были подписаны лидерами Беларуси и Казахстана, двух других постсоветских республик, подлежащих денуклеаризации. Гаранты обещали "уважать независимость, суверенитет и существующие границы Украины" и "воздерживаться от угрозы или применения силы против риторической целостности или политической независимости Украины, и что ни одно из их вооружений никогда не будет использовано против Украины".
Проблема заключалась в отсутствии обязательств по защите Украины в случае, если обещания будут нарушены, и Украина подвергнется нападению. Если произойдет ядерное нападение на Украину, гаранты обещали "добиваться немедленных действий Совета Безопасности ООН для предоставления помощи Украине". Они также обещали провести консультации "в случае возникновения ситуации, которая поставит под вопрос эти обязательства". Это была плохая замена железным гарантиям, которых требовали украинцы, но это было самое большее, что им удалось получить в результате затянувшихся переговоров.
Президент Кучма и его советники надеялись на лучшее, но не питали особых иллюзий. "Если завтра Россия войдет в Крым, никто даже бровью не поведет", - заявил Кучма, бывший директор крупнейшего ракетного завода в Европе и сторонник идеи о том, что Украина должна отказаться от ядерного оружия, предусмотренного СНВ-1, а остальное оставить для собственной безопасности. Почему Кучма, как никто другой, решил принять новую сделку, предложенную Вашингтоном? Причина проста: он вернулся к позиции, которую украинские политики занимали до обретения независимости. В очередной раз избавление от оружия стало самым надежным способом обеспечить независимость Украины и ее признание международным сообществом. В 1993 году независимость была под угрозой не только из-за продолжающейся напряженности в отношениях Украины с Россией и давления со стороны США, но и из-за фактического краха украинской экономики: в 1994 году, когда был подписан Будапештский меморандум, Украина потеряла почти четверть своего ВВП.
Будапештский меморандум заполнил пробел в безопасности Украины, образовавшийся в результате ее вынужденного ядерного разоружения, обещаниями ядерных держав. Этот пробел становился все шире и шире, пока три десятилетия спустя полномасштабное вторжение России в Украину не показало неэффективность гарантий, предложенных Будапештским меморандумом и сопутствующими договорами. Но когда договоры были подписаны, они выполнили важную функцию для Украины, стабилизировав ее экономику и государственность. Американская финансовая помощь начала поступать в Украину вскоре после подписания Клинтоном, Ельциным и Кравчуком трехстороннего соглашения о ядерном разоружении в январе 1994 года. Решение ядерного вопроса также помогло Кучме стабилизировать ситуацию в Крыму, поскольку у Ельцина теперь было меньше стимулов поддерживать там российский сепаратизм и он находился в более сильной позиции, чтобы пресечь такие попытки со стороны российского парламента.
В мае 1997 года Кучма и Ельцин подписали Договор о дружбе, согласно которому Россия признала территориальную целостность Украины, теперь уже в ее постсоветских границах. Договор сопровождался рядом соглашений, разрешающих давний спор о будущем Черноморского флота и его военно-морской базы в Севастополе. Киев согласился передать России большую часть военно-морского флота советского периода, оставив себе только
