воды. Сармак[41] захватил реку, и, если ему каждый день не приводить по девушке, он не будет давать воды. Сегодня ему должны привести дочь падчаха, а до этого он воды не даст.
— Я пойду к нему, — решил сын князя.
Он на десять пальцев повесил десять ведер и пошел к реке.
— Не подходи! — закричал Сармак.
Но юноша подошел, набрал десять ведер воды и отправился в обратный путь.
— Я тебя отпускаю потому, что ты гость, не вздумай больше приходить сюда, — сказал Сармак[42].
На дороге играли дети. Они бросились к сыну князя и выпили все десять ведер воды. И снова пошел сын князя за водой.
— Не подходи! — опять закричал Сармак.
Но юноша подошел, набрал воды. На обратном пути налетели на него утки и гуси и выпили всю воду. И он опять отправился за водой.
— Не подходи! — снова закричал Сармак.
Но сын князя опять набрал воды.
— Ты приходишь в третий раз. Я пощадил тебя, потому что ты гость. Но если ты придешь еще раз, я съем тебя.
Когда сын князя возвращался, на него набросилось стадо коров и выпило всю воду. В одном ведерке на дне осталось несколько капель, и он пришел к старушке, месившей муку. Тесто затвердело без воды. Он взял ведра и снова, хоть старуха и отговаривала, пошел к Сармаку.
— Не подходи! — скрипя зубами, Сармак двинулся на юношу, из его пасти вырывалось синее пламя.
Сын князя разрубил Сармака шашкой на шестьдесят три части, проткнул их шашкой и пригвоздил к земле со словами: «Пусть никто не сможет тебя выдернуть, кроме того, кто воткнул». А сам набрал воды и пошел к старушке.
Увидев убитого Сармака, все очень удивились.
— Тому, кто убил Сармака, я отдам полцарства и дочь, — сказал падчах.
«Я, я убил Сармака», — говорили пузачи, усатые богачи, известные воины, но выдернуть шашку никто из них не смог.
— Кто не может выдернуть шашку, тот не мог убить Сармака, — злился падчах. — Есть ли еще кто-нибудь в моем царстве, кто не явился на мой зов? — спросил он.
Дети сказали, что не явился только один человек — сын старухи, который ведрами носил воду с реки. Падчах велел привести его. Сын князя подошел, мизинцем подбросил шашку, а когда она полетела вниз, с маху вложил ее в ножны.
Падчах сказал юноше, что ему принадлежит полцарства и теперь он его зять. Сын князя отказался. Удивился падчах.
— Что же тебе нужно? Все, что запросишь, мы тебе дадим! — упали перед ним люди на колени.
— Мне нужно подняться в верхний мир, — сказал сын князя.
Все понурили головы:
— Это не в наших силах, дорогой гость. На черной горе свила гнездо чужая орлица. Птенцов этой орлицы поедает большая змея. Если ты спасешь птенцов орлицы, она постарается вынести тебя в верхний мир, — сказал падчах.
Взобрался сын князя на черную гору, спрятался под гнездом орлицы и стал выжидать. Когда он увидел, что змея поднимается к орлиному гнезду, он шашкой изрубил ее на куски. Птенцы, услышав, что ползет змея, заклекотали, и орлица на их крики полетела к гнезду. Самый маленький птенец видел, как юноша изрубил змею. Он сказал сыну князя:
— Сейчас прилетит орлица, если она увидит тебя, то съест. Спрячься под нашими крыльями.
Только спрятался сын князя, как появилась огромная орлица, изрыгавшая из клюва пламя. Увидела она убитую змею и спросила птенцов:
— Кто вас спас, мои птенчики?
— Если ты не сделаешь ему ничего плохого, мы скажем тебе, — сказали они.
— Не сделаю.
И птенцы показали ей сына князя.
— Что тебе нужно? — спросила орлица.
— Мне нужно подняться в верхний мир, — сказал он.
Немного подумала орлица и сказала:
— Ты просишь меня о трудном деле: если на каждое мое «вак», ты будешь давать мне по быку и бочке воды, я смогу поднять тебя. Если этого не будет, у меня не хватит сил подняться в верхний мир.
Сын князя уставил на спине орлицы шестьдесят быков и шестьдесят бочек воды. И они отправилась в путь.
Орлица говорила «вак», и он бросал ей быка и бочку воды и так шестьдесят раз. Когда они были уже недалеко от верхнего мира, кончились и быки, и вода. «Вак», — крикнула орлица, и сын князя отрезал от левой ноги икру и бросил ей в рот. «Вак», — повторила орлица, а он бросил ей в рот икру правой ноги. Опять подала сигнал орлица — он бросил мышцу левой руки, в следующий раз — мышцу правой руки. И когда еще раз орлица сказала «вак», сын князя произнес:
— Да умри у твоего отца семь человек, у меня ничего больше нет, если не отдать самого себя.
Взмахнув крыльями, орлица сбросила седока, по вскоре подлетела и снова усадила его на спину.
— Я хотела испытать тебя, — сказала орлица, и вскоре они достигли верхнего мира.
Здесь орлица выплюнула икры и мышцы княжеского сына, и они мгновенно приросли. Поблагодарили они друг друга и расстались.
Пошел сын князя по селу.
— Кому нужен даровой пастух, даровой пастух кому нужен?
— Мы и за деньги не можем найти работника, — сказал один богач и нанял его.
Сын князя заметил, что хозяева готовятся к какому-то празднику.
— Куда вы собираетесь? — спросил он.
— На свадьбу спасителей девушек, которых когда-то унесла черная сила, — ответили ему. — Разве ты не слышал об этом?
— Если вы позволите, я пойду с вами, — попросил сын князя. — Может, мне дадут там милостыню.
Когда сын князя в старой одежде пришел на пиршество, он увидел, что там веселились его бывшие друзья.
Младшая дочь падчаха сразу увидела на руке гостя кольцо, подаренное ею когда-то.
— Это не они спасли нас, вот наш спаситель, — указала дочь падчаха на гостя.
Сын князя убил коварных друзей, забрал девушек и отправился к себе на родину. Старших сестер он отдал в жены старшим братьям, а на младшей женился сам.
Нож-меч между ними,
Козел-баран между нами[43]!
Три брата
У одного человека было три сына. Однажды отец сильно заболел. Чувствуя, что смерть приближается, он позвал сыновей и завещал им:
— После моей смерти сделайте мне из каменной соли надгробную плиту и иногда приходите на могилу.
Отец умер. Сыновья поставили на могиле отца надгробную плиту из каменной соли. Стали приходить на могилу отца и заметили, что надгробная плита день ото дня уменьшается.
Старший брат сказал младшим:
— День ото дня надгробная плита уменьшается. Надо сторожить могилу
