– Спасибо вам, Валери, – спокойно сказала Дженни, давая понять, что Валери свободна. Девушка хмыкнула и, молча кивнув, вышла из кабинета.
До встречи оставались считанные минуты. Бегло прочитав договор, Дженни положила его обратно на стол и, чувствуя себя не совсем удобно за таким громоздким столом, стала нащупывать рычаг на кресле, чтобы немного поднять сиденье, но рычаг, как назло, не находился. Чертыхнувшись, Дженни сползла под стол в поисках заветного рычага, и как раз в этот момент в кабинет постучали. Валери вежливо пригласила в кабинет женщину средних лет, одетую в темно-серый брючный костюм и элегантное черное пальто. Выскочив из-под стола, Дженни сильно стукнулась головой и, потирая шишку на макушке, поспешила занять свое место. Поприветствовав посетительницу, Дженни пригласила ее занять место в кресле напротив и вопросительно посмотрела на миловидную брюнетку. Она чувствовала некоторую неловкость в присутствии столь уверенной и элегантной дамы.
Улыбнувшись Дженни, женщина неторопливо сняла пальто, положила его на диван, стоявший около стены, затем подошла к креслу и так же элегантно в него села, закинув ногу на ногу. Неспешно разложив документы на столе, женщина аккуратно положила рядом с бумагами ручку, отливающую золотом, последним вынула увесистый телефон в таком же корпусе, снова приторно улыбнулась, пригладила гладко зачесанные в пучок темные волосы и, скрестив пальцы, вопросительно посмотрела на Дженни.
– Меня зовут Марша Дюваль.
– Очень приятно познакомиться с вами. Я Дженнифер Бейли.
– Мне тоже очень приятно. Миссис Уолтер предупредила меня, что на встрече будете вы. Что ж, приступим. Мы прочитали договор и ознакомились с условиями. Нас все устраивает.
– Да? Хорошо. Но возникло одно обстоятельство. Полчаса назад мне позвонила Ванесса и подняла цену на картину, – стараясь говорить как можно убедительнее, соврала Дженнифер.
– Как изменила цену? И сколько же теперь она стоит, позвольте узнать?
– Два миллиона, – кашлянув, снова соврала Дженни.
– Но в договоре не прописано, что вы можете самовольно поднимать цену. Можно почитать ваш договор?
– Да, конечно, – сказала Дженни, протягивая свою копию договора, на которой уже красовалась цена в два миллиона.
– Нет, это возмутительно! Мы не согласны. Слишком большая цена за такое полотно, – уверенно произнесла мисс Дюваль.
– Извините, Марша, но не я установила такую цену. Я лишь выполняю волю миссис Уолтер. И я не совсем поняла насчет «мы». Разве есть ещё покупатель на эту картину? – спросила Дженни, не понимая, кого ещё имела в виду Марша, когда называла себя во множественном числе.
– Я думала, миссис Уолтер вам все объяснила. Дело в том, что я, как и вы, всего лишь посредник. Мой клиент пожелал остаться неизвестным. Понимаете? Поэтому я как законный представитель моего клиента говорю «мы».
– А, тогда понятно, – кивая головой, ответила Дженни. – Что ж, по поводу цены, чтобы не ходить вокруг да около, я могу сразу вам сказать: измениться она никак не может. Миссис Уолтер, наверное, не успела вас предупредить, я понимаю, но цена останется такой, как сейчас, – как можно увереннее сказала Дженни, со страхом ожидая того, поверит ей покупательница или начнет дозваниваться до Ванессы и говорить с ней о настоящей цене картины.
– Что ж, мы действительно ничего не знали об изменениях в договоре. Извините, я должна позвонить своему клиенту и сообщить об изменениях, – несколько растерянно ответила мисс Дюваль. Схватив телефон, она поднялась из-за стола и, отойдя к окну, стала быстро набирать номер своего клиента. После недолгих переговоров по телефону мисс Дюваль снова подошла к столу.
– Мисс Бейли, вы могли бы еще раз назвать стоимость картины на сегодняшний момент? – чисто по-деловому спросила она. Заметив недовольное выражение лица мисс Дюваль, Дженни решила, что теперь отступать уже точно поздно, и твердо сказала:
– Два миллиона.
Чувствуя, как от вранья потеют ладони, Дженни снова взглянула на картину и тут же подумала: «А стоило ли из-за каких-то там воспоминаний подставлять себя и Ванессу? Я уже не знаю. Какого хрена меня дернуло соврать? Вот так помощь я оказываю Ванессе. А если обман раскроется?» Снова поднеся к своему уху телефон, мисс Дюваль начала о чем-то говорить с клиентом, и Дженни уже было решила, что переговоры скоро закончатся, вранье не раскроется, а она при встрече сможет объяснить Ванессе, почему так поступила.
– Мисс Бейли, мой клиент не отказывается от предложения. Он решил сам приехать и лично вести переговоры. Если вы не против, мы вместе подождем его, – снисходительно улыбнувшись, произнесла мисс Дюваль, снова усаживаясь в кресло напротив.
– Хорошо, – дрожащим голосом ответила Дженни, понимая, что рано радовалась и теперь придется на ходу придумывать, как объяснить клиенту, почему вдруг ни с того ни с сего картина так подорожала.
Ожидание тянулось, казалось, вечность, и наконец осторожный стук в дверь оповестил, что клиент собственной персоной прибыл на сделку.
– Прошу вас, мистер Ховард, – кокетливо проворковала Валери, приглашая Дэниела в кабинет. Ответив дежурной улыбкой, Дэниел, стараясь не задеть пышную выпяченную грудь Валери, боком вошел в кабинет. Оглядевшись, он сразу заметил Дженни, застывшую в полном изумлении. Улыбнувшись ей своей магнетической улыбкой, не сводя с нее страстных глаз, он грациозно подошел к столу и вальяжно уселся в кресло, услужливо подставленное мисс Дюваль. Открывая и закрывая рот, Дженни, как ни старалась, никак не могла произнести ни слова. Она хлопала глазами и не верила, что покупатель, который сейчас ей так нагло улыбается, – это именно тот, кого она меньше всего ожидала увидеть.
– Марша, Валери, прошу вас, оставьте нас наедине с мисс Бейли. Мы проведем переговоры тет-а-тет. Когда подпишем все необходимые бумаги, мы вас позовем. Я правильно говорю, мисс Бейли? – коварно улыбаясь, спросил Дэниел.
Дженни смогла только кивнуть в ответ. Когда озадаченные Валери и Марша вышли из кабинета, Дэниел плотно закрыл за ними дверь и, опять усевшись в кресло напротив Дженни, несколько минут молча рассматривал каждую черточку такого любимого лица, медленно, с нарастающей страстью опуская взгляд на ее декольте.
– Какого черта? – смогла наконец произнести Дженни, недовольно накидывая жакет, чтобы хоть немного прикрыть грудь.
– Если бы я знал, что сегодня здесь будешь ты, я бы сразу сам примчался на сделку. Убери руку. Не надо прятать грудь: я и так отлично знаю, как она выглядит, – не обращая внимания на ее слова, страстно прошептал Дэниел.
