– Бак, давай поговорим об этом завтра. Я сейчас… – Бакстер не дал договорить Дженни, снова впиваясь в её губы очередным поцелуем. Его проснувшаяся страсть настолько обескуражила Дженни, что на какое-то мгновение она даже растерялась, но, тут же все решив для себя окончательно, не стала отстранять его и залеплять пощечину, как это бывало раньше. Скрестив руки на его плечах, Дженни терпеливо позволила Бакстеру лапать себя до тех пор, пока он не залез ей под трусики. – Бак, ты что? – вскрикнув, Дженни резко отстранилась и с отвращением посмотрела на Бакстера, зажав ладонью рот, чтобы сдержать рвотный спазм.
– Дженни, прости меня. Я болван. Я просто подумал… Давай подберем тебе классный костюм… Ну, прости меня, – умоляюще прошептал Бакстер, заглядывая в её все еще рассерженные глаза.
– Все нормально, – ответила Дженни, когда прошла тошнота. – Ты тоже меня прости. Потерпи ещё немного. Просто после родов я никак не приду в себя. Бак, я обещаю тебе: как только пройдет Рождество, мы сразу же поженимся, – постаралась уверенно сказать Дженни, и лишь глаза выдавали печаль. Дженни понимала, что в эту секунду она окончательно разорвала последнюю тонкую нить, связывающую её с Дэниелом. «Все. Я сделала это. Теперь точно не отвертеться. Я буду спать с ним, и он будет меня… брр. Нет, нет, я должна ради Дэни. Да так будет лучше. Я выйду замуж за Бака, и этот засранец больше не будет меня преследовать! Решено!»
– Я думаю, что в этом наряде ты выглядишь волшебно, – сказал Бакстер, отвлекая Дженни от печальных мыслей. – Ты удачно продашь картину и быстро вернешься домой. А я буду ждать, – загадочно произнес он, осторожно целуя Дженни в щечку.
– Отлично! Мне нравится. Только не слишком ли это откровенно? Я же не в клуб или ресторан иду?
– Нет, конечно. Это то, что надо! Я пойду к Дэни и Марии. Ждем тебя, – ответил довольный Бакстер и, не оборачиваясь, вышел из гардеробной.
Застегнув на спине мягкий белый корсет без лямок, надев обтягивающие черные брюки до щиколотки и черные туфли на шпильке, Дженни посмотрелась в зеркало и была несколько обескуражена таким откровенным нарядом. Дополнив образ черным жакетом классического покроя, она осталась вполне довольна своей внешностью, тем, что жакет прикрывал достаточно откровенное декольте, подчеркивающее её красивую грудь. «Волосы оставлю распущенными, немного косметики, немного Miss Dior, м-м-м, какие приятные… Ну что, Дженни, готова? Мое первое семейное дело. Я не могу подвести Ванессу. Вперед!»
– О! – только смогли воскликнуть от восхищения Бакстер и Мария.
– Дженни, ты такая красотка! – присвистнул Бакстер.
– Спасибо, – краснея от похвалы, засмеялась Дженни.
– Ты действительно красотка. Чтобы не было холодно, надень сверху леопардовое пальто. Удачи! Ни пуха тебе ни пера!
– Да, удачи тебе, Дженни!
– Спасибо. К черту! – захихикала Дженни и, поцеловав Дэни в носик, Бакстера и Марию в щечки, отправилась на сделку.
Глава 12
– Удачи вам, мисс Бейли, – сдержанно сказал Шон, когда они подъехали к галерее на Пятой авеню.
– Спасибо, Шон, – так же сдержанно ответила Дженни, поймав на себе внимательный взгляд водителя в зеркале заднего вида.
– Позвольте сказать, – вдруг произнес Шон.
– Да, конечно, – непонимающе ответила Дженни.
– Вы прекрасно выглядите, у вас все получится. Все документы на картину в черном портфеле. Еще раз удачи, – уже с улыбкой повторил Шон. Выйдя из машины, он галантно подал Дженни руку, проводил до дверей галереи и вернулся к машине.
– Привет! Здесь есть кто-нибудь? – громко спросила Дженни, проходя вдоль стеклянной стены в полутемном просторном зале с высоченными потолками.
– Здравствуйте. Мисс Бейли? – спросила высокая брюнетка, выйдя из кабинета в конце зала, освещенного ярким светом.
– Да, а вы Валери?
– Да, здравствуйте. Пожалуйста, пройдемте в кабинет. Покупатель будет минут через десять, – деловито ответила Валери, потирая ухоженные ладони с ярко накрашенными ногтями. – У нас есть время просмотреть документы. Если вы не против, я буду рядом во время переговоров.
– Нет, Валери. Думаю, я справлюсь сама, – как можно увереннее ответила Дженни.
– Вы уверены? Миссис Уолтер…
– Да, уверена, спасибо.
– Хорошо, как угодно.
«По крайней, мере, я попытаюсь», – подумала про себя Дженни, семеня за Валери. Зайдя в просторный светлый кабинет Ванессы, Дженнифер снова удивилась, что здесь, как и дома, кабинет был завален большим количеством картин и огромных постеров. Они стояли на полу в несколько рядов, а стены были завешаны огромными прекрасными фотографиями природы, портретами людей – цветными, черно-белыми, матовыми, глянцевыми.
– Там, на столе, лежат все документы касательно продаваемой картины, договор у вас. Если возникнут какие-то проблемы, я буду в соседнем кабинете, – снисходительно ответила Валери, оценивающе рассматривая поверх очков Дженни. Подойдя к картине, она сдернула темную плотную ткань. Представленный пейзаж настолько потряс Дженнифер, что она не удержалась и подошла к холсту. Девушка во все глаза рассматривала пейзаж, изображающий одну из улочек Парижа, по которым она гуляла с Дэниелом. «Обалдеть! Потрясающе! Не может быть! Неужели это та самая улочка? Так жаль, что сегодня картина будет продана. Мне бы хотелось ее оставить. А может, мне предложить завышенную цену, и тогда покупатель разозлиться и не купит ее? Да, надо сделать так, чтобы она осталась у нас», – размечталась Дженни, осторожно дотрагиваясь до засохшей краски на полотне.
– Валери, это ведь в Париже?
– Да, мисс Бейли, это действительно одна из улочек Парижа. Мистер и миссис Уолтер часто бывали там и много рисовали. В коллекции много картин с подобными сюжетами. А вы тоже бывали в Париже? – с некоторой завистью спросила Валери.
– Да, один раз, – коротко ответила Дженни.
– А я вот ни разу, – с досадой ответила Валери. Поглощенная своими воспоминаниями, Дженни совсем не обратила на ее слова внимания и, пройдя за длинный массивный стол, с удовольствием плюхнулась в круглое кресло, обтянутое белой кожей. «Нет, нет, не надо. Зачем снова вспоминать? Не хочу думать, не хочу. Надо успокоиться, что было, то прошло. Я здесь для того, чтобы продать картину, которую написал мой дед. Но я не хочу, чтобы она продалась. Такая красота должна остаться у нас. Конечно, Ванессе это может не понравиться, но я объясню ей, думаю, она поймет. Я просто завышу цену – и картина просто не продастся. И в договоре цена еще не указана. Очень хорошо. Покупателям скажу, что Ванесса в последний момент передумала и повысила цену», – подумала Дженни, снова повернув голову к картине. Тут Дженни заметила, что Валери до сих пор не ушла, а продолжает стоять и пялиться на нее, и это немного ее озадачило.
