стоял этот Ворон, то я начищу ему клюв и выщиплю все перья, но до вожделенного дивана доберусь!
– Может, лучше все обсудить в ресторане? – вместо ответа задал вопрос этот непрошибаемый огнеборец.
Моему гордому «нет» вторил бурлящий от голода живот. С утра я так и не поела.
– Тогда кафе? Блинная? Кофе навынос? – невинно поинтересовался этот… цензурных слов на него нет!
– Ты так хочешь меня отрави… накормить? – не выдержала я этой пищевой провокации.
– Вообще-то, поговорить, – сухо заметил блондин, продолжая держать передо мной тюльпаны, которые я так и не взяла.
– А если я не хочу?
– Есть? – уточнил Ворон, вскинув бровь.
Гад! Он словно печенкой почуял, что психологический момент для перекуса вот-вот наступит. Только ужинать я буду им! Сожру и не замечу.
– Общаться, – рявкнула я, делая шаг в сторону.
Белобрысый молниеносно повторил мой маневр, вновь оказавшись на пути.
– И откуда ты такой настойчивый выискался? – не выдержала я, смерив взглядом этого… парламентера.
Да уж… Похоже, если этот тип намеревается вести переговоры, его не то что скандал – собственная смерть не остановит.
– Из пожарной части, – прозвучало мне в ответ сдержанно. – Адрес ты знаешь.
– Не отстанешь? – спросила, уже зная ответ.
– Ресторан или блинная? – тут же уточнил этот невозможный тип.
Бесит! Как он умудряется оставаться таким спокойным и холодным, как айсберг? Со злости я схватила тюльпаны на манер веника, думая: то ли огреть, то ли пусть живут. Цветы же не виноваты…
– Ресторан! – выпалила мстительно.
– Тогда прошу. – И Ворон указал на припаркованный чуть в стороне, у обочины, джип.
Машина была под стать владельцу. Внушительная, явно мощная зверюга с колесами, которые одинаково легко пройдут и по асфальту, и по бездорожью. Хромированные детали блестели в лучах закатного солнца, обещая скорость и свободу.
Я посмотрела на джип. Потом на цветы. Потом на самого мистера Спокойствие в деловом костюме и предупредила:
– Учти, первое впечатление со второго раза тебе произвести не удастся.
– Я даже не пытался, – усмехнулся Ворон, открывая передо мной дверь. – Наша первая встреча если и не получилась хорошей, то незабываемой – уж точно.
Я ошпарила этого наглеца гневным взглядом и… И тут передо мной во весь рост, точнее, во весь порог встал вопрос: как в эту машину залезать?
Была бы в джинсах и кроссовках – закинула бы ногу, и все. Но узкая юбка… А все из-за дресс… – голову бы оторвать тому, кто его придумал! – код. Хорошо еще, что не мундир с погонами: его надевало в основном начальство, и то чаще всего на съемки, в остальное время предпочитая пиджаки. Но не более. Так что никаких худи и джоггеров. Все строго, как для гроба.
Нет, парадную форму выдавали всем. Мне тоже пришлось заглянуть на склад за ней. Там-то я и получила блузку, шерстяные жакет, пилотку и юбку, а также туфли. Все это я как принесла в свою каморку, так и не трогала, ибо можно было не трогать, а носить офисные костюмы.
Правда, юбку последнего я ненавидела. И сегодня она мне отомстила. Так что я стояла перед выбором: задрать подол повыше и запрыгнуть или красиво развернуться на каблуках, дескать, я передумала, и пошагать домой?
Виктор, не подозревавший о терзаниях, но, похоже, опытный в плане перепадов женского настроения, вкрадчиво уточнил:
– Тебе помочь или лучше не трогать?
– Да! – выдохнула я и, решительно положив букет на сиденье, начала приподнимать подол юбки.
– Ясно… – выдохнул этот невозможный тип, и в следующую секунду я взмыла в воздух.
Не успела опомниться, выдохнуть, возмутиться, закричать… В общем, совершить привычный женский ритуал, который закончился бы фразой: «Верни, где взял!» – как уже оказалась рядом с букетом.
– Извини, – как-то хрипло выдохнул Ворон и посмотрел на меня.
Наши взгляды встретились. Краткий миг, в который мое сердце пропустило удар. У Ворона были удивительные глаза. Порой в них вьюжила стужа, как на фьордах лютой зимой. О такой взгляд можно было разбиться, как о скалы. А сегодня, сейчас… Я едва в нем не утонула, как в теплом синем море. Вынырнула в последний миг, втянув воздух.
Тот хлынул в легкие, обжигая их.
А Вик… Он в эту секунду, кажется, и вовсе не дышал. Лишь дернулся кадык да сжались до побелевших костяшек пальцы, державшие дверь автомобиля. А затем Воронов резко выдохнул, на миг прикрыл глаза, будто пытаясь сосредоточиться.
И у него это получилось. Через несколько секунд в его глазах вновь скупо сверкала сталь. Ее отблески я замечала всю дорогу до ресторана, когда как бы невзначай бросала взгляды на Виктора. Он сосредоточенно вел машину по узким улицам, мягко поворачивая на перекрестках, виртуозно вписываясь в поток и лавируя в плотном движении шумного проспекта.
А я украдкой смотрела на сильные руки, уверенно державшие руль, на невозмутимый мужской профиль…
Красота Ворона была скупой, созданной из четких правильных линий. Прямой нос, острые скулы, твердый подбородок, росчерк бровей, которые чуть темнее шевелюры… Сейчас этот огнеборец напоминал мне клинок. Старинный, родовой. Из древней стали, что редко блестит, но разит яростно…
Едва на ум пришло столь поэтическое сравнение, как я прикусила щеку изнутри. Поддубник, соберись! Что за романтический бред у тебя в мозгах? Не иначе как от недостатка глюкозы… Так, где там наш ресторан? Сейчас как приедем… Как сяду… Как мстительно объем подчистую этого наглого скалоподобного блондина! И будет мне хорошо…
Только что-то мне подсказывало, что не все будет так просто. Во всяком случае, пока я проигрывала Воронову с разгромным счетом. Я не хотела никуда ехать. Ни о чем с ним говорить. И даже цветы брать не хотела. И тем не менее сижу в его машине, меня везут ужинать, а в руках – тюльпаны… И главное – при полном моем согласии! Без похищений, кляпов, угроз… Даже почти без шантажа! Ну куда это годится?
Хотя, думаю, если бы я не была голодна, то так просто не сдала бы своих позиций. Но есть хотелось до легкого головокружения. Так что появившейся вывеске ресторана я даже обрадовалась. И выскочила из джипа навстречу ужину сама. Без помощи всяких огнеборцев. Тем более что спрыгивать гораздо легче, чем забираться наверх.
Ворон, глядя на это, лишь усмехнулся и галантно предложил руку. Я на миг замешкалась, раздумывая над тем, принять ли ее.
– Это не ухаживания, а всего лишь учтивость…
Губы блонда тронула скупая улыбка, словно намекая, что одна романтичная барышня лишнего себе навоображала. Провоцировал, гад!
– Тогда учтиво понеси цветы, – и с этими словами вручила Ворону его же тюльпаны.
И после этого гордо развернулась на каблуках и поцокала к входу в ресторан. В конце концов, у меня была важная цель на этот вечер – поесть. Вот только когда идешь к ней напролом, есть вероятность наломать кучу дров… Ну или разбить собственный лоб, не заметив стеклянной двери.
Это-то со
