я, освободившись наконец из одеяльного полуудушающего захвата, рванула в ванную и одеваться.
На работу я прибежала вовремя, но настолько злая и голодная, что могла кого-то и покусать. А от числа задач, которыми меня щедро осыпала Снежана Вампировна, и вовсе озверела.
Глава 4
Виктор
Ночь в пожарке началась тихо. Видимо, запас гадостей на ближайшее время был исчерпан, а на новый судьбе кредит пока не дали. Но это не значило, что у нее не найдется заначки.
Поэтому Леха и Михалыч дремали вполглаза. А я и вовсе как идиот пялился в потолок. Не шла у меня из башки эта стерва жопастая – и все тут. Хотя у нее не только сзади было на что полюбоваться, но и спереди ничего так… Сразу видно, девушка умная, два высших образования имеет. Из декольте они смотрелись особенно выигрышно. Упругие, соблазнительные…
При воспоминании о последних комбез в районе ширинки натянулся. Твою ж… Дурак! Не о сиськах надо думать, а о том, какой паршивый характер к ним прилагается. Просто-таки чертовски паршивый.
Каждая попытка поговорить с этой демоницей заканчивается если не скандалом, то бедствием. И как-то надо завтра разорвать этот порочный круг, пока меня самого министерское начальство не порвало… И ведь не снимал я никакого компромата-то особого и не выкладывал. Все лишнее вырезал всегда, замазывал, чтобы никаких лиц погорельцев в кадре, ничего компрометирующего… Но все-равно помешал.
Нет, надо попробовать найти с этой министерской демоницей общий язык. А подобной стыковочной лингвистикой лучше заниматься под салатики, торты, воздушные пирожные, коктейли…
Значит, ресторан и цветы. Но только не розы. Ими, если что, получать по роже не очень… Потому как имелись у меня небезосновательные опасения, что послать могут далеко и надолго. С такими мыслями я и переспал эту ночь. Хотя мой организм намекал, что стоило это сделать не с думами о демонице, а с ней самой… В этом у него, тела, были самые твердые убеждения… Правда, все пониже ремня.
Но только я был уже не сопливый юнец, который думает хре… гормонами. Так что с этой демоницей – все только по делу. А по телу… Найду себе не такую взрывоопасную девицу.
В этот простой и логичный план, который я только-только выстроил в своей голове, ворвался вой сирены.
«Нашла все-таки заначку с неприятностями, зараза», – пронеслось у меня в голове, в то время как тело само вскочило с койки. Движения. Привычные, выверенные, молниеносные. Боевка, сапоги, пояс с карабинами, шлем…
Выезд.
На этот раз авария в тоннеле. Массовое ДТП. Виновник-лихач куда-то сильно спешил… Видимо, на тот свет. А может, он сохранился, как персонаж в игре, перед тем как вдавить тапку в пол? Другого объяснения тому, что этот придур… альтернативно одаренный пошел на обгон большегруза в тоннеле, не было.
Капот авто у этого любителя скорости смяло гармошкой. Багажник вдавило уже машиной, которая ехала сзади… Видимо, водила не успел среагировать…
– Чтоб водятлы ездили тише и аккуратнее, они должны возить с собой полторашку с нитроглицерином как оберег, – глядя на это, авторитетно отозвался Михалыч.
– Не факт, что это поможет, а вот у нас работы точно будет больше, – возразил я и увидел, как к месту аварии подъезжает сначала наряд ДПС, а за ним и скорая.
Те остановились рядом с нами. Перебросились парой фраз с патрульными и медиками и начали работу. Дорожники организовали реверсивку. Мы гидроцилиндрами разрезали металл, вскрыли багажник и дверь разжимами и отсоединили аккумулятор, чтобы не закоротило. Заодно и сбросили сработавшую подушку безопасности, которая спасла гонщику жизнь, зафиксировав его на сиденье.
– Смотри, походу, движок пробило, – заметив растекавшуюся по асфальту лужу, произнес Леха.
– Так он им и тормозил, – обронил Михалыч. И пояснил: – Сначала бампером, потом капотом, потом радиатором, а затем и двигателем…
Я же пригляделся и понял, что текли не только антифриз и масло, но и бензин. Твою ж… пришлось запенивать, чтоб опасная лужа не вспыхнула от искры.
Между тем медики погрузили виновника аварии на носилки. Тот был в сознании, таращил на всех испуганные глаза.
– Ну что, долетался, боксер, – подошел к лежавшему водитель, замкнувший (хорошо, что фигурально, а не электроникой своего авто) эту тройку лидеров. Его самого тоже «поцеловали», но уже по касательной.
– С чего это я боксер? – ошалело, не понимая, что произошло, спросил гонщик.
– А потому что показываешь вправо, а сам уходишь влево, – зло выдохнул водитель. И добавил еще кое-что из шахматных терминов. Точнее, мат.
Он бы и дальше продолжил свои укрывные работы, но тут медики подхватили носилки и загрузили пострадавшего в реанимобиль.
Гонщика увезли. А мы еще оставались некоторое время, контролируя, чтоб не полыхнуло. В часть вернулись, когда на горизонте забрезжил рассвет.
– Вы как хотите, а я – отдыхать! – заявил Леха и упал на койку, закинув руки за голову. – Вот что это у нас за смена сегодня такая проклятая? Одни вызовы…
– А тебе все бы в спортзале или на кухне сидеть, – усмехнулся я.
– Почему только там? Я еще на учебку способен, если сильно нужно! – гордо отозвался мелкий, но широкий зевок подпортил окончание фразы.
– Спи давай, способный. – Я махнул на балагура рукой.
Мы же с Михалычем, глянув на часы, решили, что лучше перебдеть оставшееся время до сдачи боевого дежурства: голова яснее будет.
Только сразу после смены не ушли: пока подвешивали использованные рукава на просушку в башню, пока укладывали новые, пока загнали технику на мойку, а потом и себя в душ, пришло начальство. И не просто пришло, а успело развить бурную деятельность. Итогом этой работы был приказ о моем новом назначении и еще несколько бумаг, которые нужно было подписать.
Так что я, поняв: просто так эта смена заканчиваться не желает, – махнул Лехе и Мыхалычу, чтоб ехали отдыхать. Я сам решил заскочить в больницу. Узнать, как там Веня.
Хотя я и сам был не прочь оказаться сейчас у себя дома. Тот я купил несколько лет назад в новом коттеджном поселке, что находился в пригороде. Здесь почва оказалась слишком болотистой для высоток. Если бы не близкие грунтовые воды, то новые человейники выросли бы тут как грибы. Место для нового микрорайона было хорошее. Но стройка многоэтажек оказалась очень уж дорогой с учетом грунта, так что отдали участок под коттеджи.
Те – аккуратные, двухэтажные, одинаковые, словно близнецы, – выстроились ровными линиями улиц. И один из этих домов был моим. Уже полностью моим, без ипотечных обременений.
Хотя за эти деньги я мог бы взять шикарную квартиру в центре. С соседями, воем сигнализаций под окном, воздухом, пропитанным выхлопными газами машин, и вечной городской суетой.
Здесь же было спокойно. И в это спокойствие я и окунулся. Хотя правильнее было бы сказать – рухнул. Произошло это уже после обеда, когда
