трава здесь ядовитая. Нужно аккуратнее по ней идти.
Местная стража — две ламии — не сдвинулась с места, хотя они явно заметили меня, ещё когда я был на корабле.
Стоило подойти ближе, как мне стало ясно, что это вовсе не мужчины. Передо мной стояли девушки в доспехах, покрывающих всё тело, включая хвост. О том, что это женщины, говорили не только длинные волосы, которые могли быть и у мужчин, но и их фигуры — талия каждой отчётливо выделялась под облегающей бронёй.
Когда до стражи оставалось всего несколько десятков метров, я смог разглядеть их необычные доспехи. Они сверкали серебром под солнцем, а на хвосте состояли из множества подвижных сегментов — очевидно, чтобы ламии могли свободно двигаться, оставаясь при этом в полном комплекте защиты. На их головах красовались высокие шлемы с узкой прорезью для глаз.
Подойдя ещё ближе, я заметил, что ламии держали в руках очень длинные, идеально заточенные копья, упирая древки в землю строго вертикально.
Вскоре я остановился за несколько метров до ламий, не решаясь нарушать их личное пространство. Пока шёл, вспоминал, как себя правильно вести. Лучше дождаться, когда ламии обратятся ко мне сами.
Так и сделал.
Но они молчали, внимательно следя за мной. И совершенно не двигались — живые статуи. Так можно стоять бесконечно, поэтому я всё же решил заговорить первым:
— Добрый день, — начал с приветствия, ибо по-другому просто не мог. — Позвольте, пожалуйста, к вам обратиться.
Ламии переглянулись почти незаметно, что легко было упустить из виду, но я следил за ними достаточно внимательно, хотя и старался не задерживать взгляд, помня о правилах. И это оказалось сложнее, чем казалось: говорить, не глядя собеседнику прямо в глаза, — весьма непривычно. А может, именно во время разговора смотреть как раз и позволено. Этот момент я, похоже, не уточнил у Риллиан.
Тем временем одна из них снизошла до ответа:
— Какова цель прибытия, двуногий?
Двуногий… Вроде и оскорбительно, но по факту так и есть. Однако их называть хвостатыми не стоит — я ведь у них в гостях, а не наоборот.
— Путешествие, — ответил я коротко, но решил добавить: — Погостить хочу у вас.
— Людскому роду вход воспрещён, — получил тут же строгий ответ.
А раньше нельзя было сказать? Зачем тогда спрашивать про цель прибытия?
Падший же как-то к ним попал. Чем я-то хуже?
— Почему? — не мог я не спросить. — Я же просто в гости.
— Потому, что после посещения одного из двуногих пропала наша сестра.
Вот в чём дело… Ну спасибо, Падший, угодил…
— И что мне теперь делать? Корабль-то ушёл. А чтобы заказать его у вас, мне же как-то в город надо попасть. Так ведь?
— Не наши проблемы, — отозвалась вторая, голос которой чем-то напоминал голос Риллиан. Или она сестра им по крови, или ламии всех своих называют братьями и сёстрами.
— Понял, — кивнул я. — Больше вас не беспокою.
На самом деле я уже знал, что мне делать, поэтому развернулся и побрёл в сторону берега.
Корабль всё ещё виднелся в море, но лучше дождаться, когда он уйдёт достаточно далеко, чтобы дворфы точно ничего не увидели.
Хотелось присесть на траву или опереться на пальму, но я решил всё-таки не касаться лишний раз того, чего можно не касаться. Хотя по траве же хожу, значит, и сесть можно.
Сел — и ничего страшного не произошло. Разве что становилось совсем жарко. Если у нас уже осень вовсю, то тут погода больше напоминала весну, плавно переходящую в лето.
Ожидая, когда корабль уйдёт ещё дальше, я пару раз оборачивался, поглядывая на стражу: мало ли что у них на уме. Но нет, обе ламии так и стояли на своих местах, не сдвинувшись ни на метр. Как всё строго. Я бы, наверное, на их месте хотя бы подошёл ближе, предложил как-то решить проблему. Так ведь обычный гость может просто умереть, слоняясь вдоль городской стены.
Хотя о чём я вообще? Это же ламии, и я прекрасно знаю, какой путь они прошли. Нечему тут удивляться: никакого милосердия к каждому, кто когда-либо пытался их уничтожить. И плевать они хотели, что лично я никогда им зла не желал. Им уже достаточно того, что перед ними представитель людского рода.
Тем временем корабль отдалился на достаточное расстояние, чтобы нельзя было разглядеть происходящее на берегу.
Что ж, пора открывать хранилище.
Я поднялся с травы, отряхнулся и бросил короткий взгляд в сторону ламий. Ну, сейчас удивитесь, что ваша сестра жива и прибыла со мной.
Едва я подумал о том, чтобы воспользоваться хранилищем, как краем глаза заметил, что одна из ламий с какой-то сумасшедшей скоростью рванула в мою сторону. Ей понадобилось секунды три, чтобы оказаться в нескольких метрах от меня. С такой скоростью только Снежок способен бегать, и то когда уже разогнался. А эта ламия с места мгновенно сократила дистанцию.
Она возвысилась надо мной, упираясь едва ли не самым кончиком хвоста в землю, направила на меня длиннющее, идеально заточенное копьё, которым можно с десяток людей пронзить разом, и почти прошипела:
— Не двигайся, двуногий!
Вот это чувствительность…
Похоже, стража ощутила даже не активацию хранилища, а саму мысль о том, что я собираюсь это сделать.
Приплыли, как говорится.
Глава 11
Под прицелом копья
Я бы мог мгновенно уйти в невидимость, использовав призрачную вуаль, но не стал этого делать по двум причинам.
Первая — если бы ламия действительно собиралась меня убить, она б не угрожала оружием, а просто укусила или запустила в мой организм магический яд, будь одарённой.
Вторая — да, я бы исчез, но учитывая скорость её движений, был шанс оказаться проткнутым копьём в тот же миг. Конечно, у меня есть защита, но неизвестно, что у неё за оружие. Может, оно способно пробить даже хорошую защиту.
Все эти мысли пронеслись у меня в голове за считанные секунды, что вполне ожидаемо в экстренной ситуации, когда требовался ускоренный анализ происходящего.
— Стою, не двигаюсь, — как можно спокойнее ответил я. — Видишь? Я не собираюсь делать ничего плохого.
Было очень некомфортно смотреть на неё снизу вверх. Она возвышалась почти во весь рост, напоминая башню в три-четыре этажа, и длинное копьё лишь усиливало ощущение давления.
— Что ты задумал? — наклонила она голову так же, как делала
