— В моем присутствии не происходит ничего такого, чтобы могло оскорбить меня, — резко отрезала Мередит. — Вы говорите так, словно на моих глазах каждую ночь происходит дикая вакханалия!
— Да даже находиться в одном доме с такой женщиной — уже оскорбление! Вот почему я запретил Алтее навещать вас.
— Что?!
— Наверняка вы заметили, что ни моя сестра, ни мать больше не ездят к вам.
— Теперь, когда вы упомянули об этом, — да. Прежде мне как-то не приходило в голову…
— Мы с отцом не можем позволить им общаться с миссис Чандлер.
— Считаете, они заразятся, если будут дышать тем же воздухом, что и она? — Теперь Мередит пришла в холодную ярость. Иногда гордость кузена приходила в явное несоответствие с реальностью. Имя Уитни и хорошая репутация важна и для нее тоже. И ей не нравится, что Дэниэл поселил свою любовницу в доме. Но поведение Галена раздражало ее. Неужели одно лишь присутствие Лидии могло хоть как-то запятнать положение истинной леди. — Что ж… Если так, то я, без сомнения, давно перестала быть настоящей женщиной в ваших глазах.
Гален даже рот приоткрыл от удивления, пойманный в ловушку собственной логики.
— Ну, что вы, кузина Мередит! — запинаясь, произнес он.
— Достаточно, — оборвала его Уитни, — думаю, мы оба выразили свою точку зрения. Я еду домой. Надеюсь, мне все еще можно навещать Алтею? Или сие тоже нанесет ущерб ее репутации?
— Мередит, конечно, я хочу, чтобы вы навестили нас. Пожалуйста, не будем расставаться таким образом.
— Когда вы решите извиниться, буду счастлива снова принять вас.
Мередит неловко развернула лошадь и пришпорила животное. Гален не отправился следом за ней.
То ли от ветра, то ли от ссоры с кузеном слезы жгли глаза Уитни. Она влетела во двор конюшни и резко остановилась.
Джереми Девлин появился в дверях, удивленно посмотрел на нее и направился к Мередит, чтобы помочь спешиться. Как ни странно, но Мередит хотела его помощи, поэтому она вытащила ногу из стремени и стала соскальзывать прямо в его руки. Из-за ее поспешности юбка запуталась и оплела ноги. Она чуть не упала. Джереми подоспел вовремя, и его сильные ладони приняли тело Уитни. Рука девушки невольно коснулась его плеча. Кожа под его пальцами оказалась неожиданно теплой и гладкой. Она сразу же убрала свою ладонь.
— Вы выглядите очень хорошенькой в этом верховом костюме, — тихо произнес он низким голосом. Мередит вспыхнула, уверенная, что Девлин издевается над ней.
— Поставьте меня!
Джереми подчинился, позволив ей легко соскользнуть на землю.
— Однако верхом вы смотритесь не очень-то хорошо, — мягко заметил он.
— Прошу прощения?
— Вы неуклюже держите поводья. Да и посадка у вас прямо-таки ужасная.
— Что?! Как вы смеете? Девлин спокойно усмехнулся.
— Я не имею в виду вашу… э… ваш физический атрибут, поскольку мне не довелось лицезреть той части, о которой идет речь. Мне просто хотелось сказать, что вы плохо сидите на лошади.
— Прошу прощения, если оскорбила вашу чувствительную душу. Не все из нас хорошо ездят верхом или, по крайней мере, интересуются этим. Я была весьма благодарна вам, держись вы в рамках приличия.
Джереми снова отвесил вежливый поклон, грациозно склоняясь.
Уитни зашагала к дому, гордо выпрямив спину.
— О, простите, миссис Мерри! — громко прокричал Девлин вслед. — Не хотите ли забрать свои туфли и чулки? Ведь вы оставили их под мою ответственность.
Она резко остановилась, ее щеки запылали: он, должно быть подобрал вещи, которые пришлось оставить, убегая от него. Но Девлин произнес эти фразы так, словно между ними что-то произошло. Нет, даже слова прозвучали совсем иначе. Казалось, что Мередит в тот момент находилась рядом с ним распутно-раздетой! Она развернулась и бросила на него испепеляющий взгляд. Джереми прислонился спиной к столбу, небрежно скрестив руки на груди.
— У вас что, нет ни капли порядочности?! — раздраженно прошипела Уитни.
Он словно бы задумался над ее вопросом, затем, ухмыляясь, ответил:
— Насколько мне известно, нет.
Мередит хотелось закричать на него, уподобляясь торговке рыбой на базаре. Он просто невыносим и не проявляет ни малейшего намерения вести себя подобающим образом.
— Вы отвратительны! — гневно бросила Уитни, откидывая влажную прядь волос, выбившуюся из прически. — И не менее безнравственны!
— Мне уже говорили это. — Ее слова ничуть не задели его самолюбие. — Итак, вернуть ваши… э… предметы одежды?
Мередит вскипела от злости. Она, разумеется, не хотела оставлять свои вещи у Девлина. Не стоило даже говорить, что он мог показать их другим слугам и состряпать какую-нибудь историю, каким образом они оказались у него. Джереми способен войти в дом и вернуть все в присутствии гостей! Но как бы сильно ни хотелось получить назад свои вещи, Уитни не могла позволить, чтобы кто-либо увидел, как слуга передает ей столь интимные предметы туалета.
Озорная усмешка Девлина стала еще шире. Он прекрасно понимал ее колебания и явно находил создавшуюся ситуацию забавной.
— Пожалуй, мне лучше оставить их у себя. Не годится, чтобы кто-либо заметил эти милые вещи! Разумеется, вы можете рассчитывать на порядочность джентльмена.
— А таковой разве есть поблизости? — язвительно парировала выпад Джереми Уитни, но почти вся колкость сего резкого ответа погасла под насмешливым блеском его глаз. Девлин ожидал подобного выпада, и это доставило ему огромное удовольствие. Мередит ничего не оставалось, как отвернуться и пойти прочь.
Как же ненавистен ей Девлин! Она просто презирает его! Должно быть, Галена действительно обеспокоила грубость Джереми, иначе бы он никогда не заговорил с ней столь недоброжелательно. Странно, зачем она попыталась оправдать покупку слуги после того, как сама упорно возражала против подобного шага? И почему Девлину не выдали никакой другой одежды? Одна из служанок могла бы сшить бриджи и рубашку для него. Незачем ему расхаживать повсюду в рваных штанах, выставляя напоказ свой голый торс. Это же совершенно неприлично.
Мередит прошла в столовую, где одна из девушек занималась чисткой серебра.
— Мейзи, ты ведь хорошо шьешь, не так ли?
— О да, мэм, я иногда помогаю Эм, когда она кроит что-либо.
— Прекрасно. Я обратила внимание, что у Девлина нет подходящей одежды. Прикинь, сможешь ли ты подобрать для него пару бриджей и рубашку. Если ничего не получится, сними с него мерку и сшей нечто подходящее.
— Слушаюсь, мэм. Сейчас?
— Да, да, разумеется, не откладывая в долгий ящик.
Служанка поставила серебряную чашку и выскользнула из комнаты.
Уитни, внезапно почувствовав усталость, поднялась к себе, снимая по пути жакет и шляпу. Войдя в спальню, она потянула за шнурок звонка, вызывая Бетси. Без ее помощи Мередит никак не могла снять сапоги. Она открыла дверь как раз в тот момент, когда служанка бежала вверх по лестнице.
