Щелк. Щелк. И уже среда на носу.
То, что я нахожусь в России, никоим образом не влияет на ход бизнеса. Переговоры идут в штатном режиме. То есть так же часто и плотно, как обычно. Да и контролировать производство удаленно я давно приспособился.
Сидеть целыми днями привязанным к стулу — не моя самоцель. На местах руководят лидеры звеньев, я же координирую общую ситуацию и держу руку на пульсе. Поэтому, как только выдается свободное время, я трачу его на изучение «Эталон-М». Катаюсь по производствам, прощупываю структуру взаимодействия изнутри и негласно общаюсь с контрагентами.
И, естественно, даю команду своей службе безопасности найти мне двоюродную сестру Ярослава, ту самую Марту. А еще раскопать все, что касается брака Даши.
Ее фраза, что развод — слишком дорогое для нее удовольствие, которое она не потянет, хорошо отложился в памяти и родил много вопросов. А я привык получать ответы, если меня что-то волнует.
Единственный раз, когда отступил от собственного правила был как раз с Вукаловой-Шаталовой. И теперь мне кажется, что я поспешил, поверив ее родителям.
19.
ЯРОСЛАВ
Ночь со вторника на среду проходит отвратительно, как и предыдущая. Вместо нормального глубокого сна в голове без умолку варятся одни и те же мысли, а именно последний разговор с Дашей. То, как она себя вела, как отвечала, как сверкала глазами и была неприступна.
Она как будто кожу сменила. Пусть и старалась держаться по-прежнему отчужденно, трансформацию я почувствовал. Прежняя жена, какой я ее видел все последние годы, растворилась. Ее место заняла другая женщина.
Холодная, далекая, знающая. Сильная. И вместе с тем эмоциональная, а не безразличная, как Снежная королева.
Перестав пытаться еще хоть немного поспать, рывком отталкиваюсь от постели и иду в ванную комнату. Включаю тропический душ, настраиваю воду похолоднее и захожу в кабину.
Хочется остудить голову, потому что в ней непрестанно пульсирует не то боль, не то гнев, не то ревность. Взрывной коктейль, от которого внутри кипит.
Перезагрузка супруги, как зудящий на ухо комар, не дает покоя и раззадоривает. Но до трясучки вымораживает иное — понимание, что все случившееся напрямую связано с приездом Тихомирова:
Не отпустила она его до конца, оказывается. Не сожгла чувства дотла, хотя я был в этом практически уверен.
Эх, Даша, Даша. Зря ты в отношении Ивана на что-то надеешься. Не тот я человек чтобы отказываться от того, что считаю своим. А ты моя, как бы не сопротивлялась.
Какой бы холодной рыбиной не прикидывалась, все равно меня магнитом к тебе тянет.
— 0, Ярик, а ты чего так рано встал?
Не позволяя насладиться одиночеством, зевающая Оля просачивается в ванную.
Неторопливо натягивает на плечи белоснежный шелковый халат, но его не завязывает. Явно чтобы я мог полюбоваться тонкой, как паутинка, сорочкой, которая совершенно не скрывает ни длинных ног, ни торчащей пышной груди, ни микроскопических трусов.
— Не спится, — бросаю коротко.
Обвязываю полотенце вокруг бедер и, обогнув девушку, направляюсь к раковине, чтобы почистить зубы.
— Сон плохой приснился?
— Что-то вроде того, — буркаю, не планируя вдаваться в детали.
— Может, расскажешь? Говорят, что если поделиться, то он точно не сбудется.
— Глупости говорят, — закатываю глаза. Еще не хватало с любовницей жену обсуждать. — Оль, иди, еще поспи, рано.
Киваю в сторону выхода, выпроваживая. Хочется дистанцироваться. От нее, от ее вопросов, от пронзительных взглядов.
— Да не-е-ет, я уже выспалась, — отказывается. - Лучше завтрак тебе приготовлю.
Растягивает на губах странную улыбку и, переминаясь с ноги на ногу, постепенно приближается, пока не оказывается рядом.
— Не надо. Не хочу есть, — цежу сквозь зубы. Замечаю блеснувшую в глазах обиду и поясняю, — голова болит, Оль.
— 0, — моментально оживает, — тогда я таблетку пока поищу и кофе сварю. Ладно?
Кофе же ты будешь?
Прослеживаю, как она накрывает ладонью округлый живот, и соглашаюсь
— Буду. Спасибо.
Из ванной сразу прохожу в гардеробную и полностью одеваюсь. Подхватываю в одну руку пиджак, в другую телефон и перемещаюсь на кухню.
Раньше сядешь, раньше выйдешь. Раздражение с утра никуда уходить не спешит, поэтому в пару глотков опустошаю стакан с водой, за ним кофе. Мысленно уже спускаюсь вниз, завожу двигатель, тянусь ногой к педали газа.
— Ярик, постой. А ты куда в такую рань? — врывается в мои мысли удивленный голос Семеновой.
— В офис.
— Так еще и восьми нет:
Делаю глубокий вдох. Медленный выдох.
Нельзя срываться. Нельзя.
Сам себя загнал в ловушку под именем Ольга. Сам захлопнул единственную дверь на свободу ее беременностью.
Теперь отступать некуда. Ни отец, ни Валентин Петрович этого не позволят.
Остается только пожинать плоды.
— У меня много срочных дел накопилось, надо разобрать, — произношу ровно. – Тем более на одиннадцать встреча с немцами назначена и сколько продлится —неизвестно. Там будет ни до чего.
— Но как же? — хмурится Семенова, сцепляя ладони в замок и прижимая к груди. —Нас же в клинике с тобой сегодня ждут. В десять плановый осмотр у врача, в десять тридцать второе УЗИ. В этот раз обещали пол ребенка назвать. Ярик, ты что?
Забыл, что собирался идти туда со мной?
Черт
Точно. Забыл
С силой растираю лоб, срочно пытаясь сориентироваться.
— Прости, Оль. Из-за этих долбаных переговоров всё из головы вылетело. Но то, что обещал, помню, — вру, не краснея. — Я к десяти тридцати обязательно подъеду, —растягиваю на губах виноватую улыбку. Подаюсь вперед, целую ее в щеку и, резко развернувшись, направлюсь к выходу. — Всё, милая, я побежал. А ты поваляйся еще. Тебе спешить некуда.
— Ярик, а как же.
Не дожидаюсь очередной порции вопросов, выхожу за порог и закрываю за собой дверь, оставляя всё это там.
ИВАН
Стук в дверь отвлекает от созерцания набережной и шума просыпающего города.
Покидаю балкон и киваю официанту, накрывающему на стол, чтобы впустил гостей.
— Доброе утро, Вань.
— Привет, брат.
Чета Рихтеров в обнимку, с одинаково широкими улыбками переступает порог моего гостиничного номера.
— Здорово — здорово, — тепло их приветствую. Целую Олесю в щеку, пожимаю руку Карлу. — Как долетел, брат?
— Все в порядке, по расписанию, — усмехается тот, с любовью глядя на супругу.
Ну да, Олеся ждала его сегодня в семь утра вместе с командой наших специалистов, но Карл не захотел еще одну ночь проводить без обожаемой жены.
Все переиграл и прилетел пораньше — вчера в одиннадцать вечера.
Я, естественно, был в курсе пертурбаций, но помощнице и словом не обмолвился.
Зачем портить приятный сюрприз?
И, судя по довольным лицам обоих, сюрприз-таки удался. Судя по румянцу на щеках подруги, встреча была жаркой, и оба от этого безумно счастливы.
Жестом приглашаю гостей за стол и даю команду официанту, чтобы начинал накрывать. Сам занимаю место во главе и некоторое время отдаю должное пышному омлету и гренкам с помидорами и сыром.
— Иван, не передумал? У нас всё по плану? — спустя некоторое время интересуется Карл, наливая и подавая супруге чай и пододвигая поближе к себе черный кофе.
— Нет Не передумал. Всё остается в силе, — отвечаю Рихтеру, тоже переключаясь на напиток. — Пусть Шаталов и дальше считает, что ты — плавный. Так он не особо сильно станет акцентироваться на мне, что значительно развяжет руки. Да и Олесю, как твою супругу, они сильно дергать не будут. Мне это тоже подходит. Ведь она, —подмигиваю бывшей однокласснице, — всегда сможет сослаться на усталость из-за беременности и свалить всю работу на Дарью.
— Дарья, значит, — понятливо кивает Карл. Он, как и Олеся, в курсе истории нашего расставания. — С ней по ходу вышло не всё так однозначно, как ты все эти годы думал?
