ему должное, не сидел без дела. Хотя сидеть без дела он и не умел, для уличного ребёнка безделье равнялось голоду, а голод был самым страшным словом в его лексиконе, даже страшнее стражников.
Пока я наверху, в каморке, превращённой в подобие мастерской, возился с трафаретами и заготовками, мальчишка носился по окрестным улицам и переулкам, заглядывая в лавки, мастерские, чайные и забегаловки. И там весьма бойко рассказывал всем, кто соглашался его слушать, а иногда и тем, кто не соглашался, что в Яшмовом переулке открылся рунный мастер, молодой, талантливый, делает светильники, которые горят вдвое дольше обычных, и нагревательные камни, от которых чай закипает за три минуты, а не за десять, и что цены справедливые, а качество такое, что даже Гильдия одобрила.
Последнее было не совсем правдой, точнее, Гильдия не столько одобрила, сколько ещё не нашла к чему придраться, но Сяо считал, что отсутствие претензий и есть одобрение, и я не стал его разубеждать, потому что с точки зрения маркетинга он был абсолютно прав.
На четвёртый день пришёл первый настоящий клиент. Он пришёл, потому что Сяо перехватил его у входа в лавку каллиграфа и с энтузиазмом, граничащим с агрессией, перенаправил ко мне. Мужчина лет сорока, с обветренным лицом и руками, покрытыми мелкими шрамами, зашёл в лавку, подозрительно оглядывая голые стены и единственную полку, на которой стояли четыре светильника и два нагревательных камня. Весь мой выставочный ассортимент, и выражение его лица говорило, что он уже жалеет, что послушал босоногого мальчишку. Я сразу понял, что это охотник.
— Мне нужен фонарь, — сказал он без предисловий. — Хороший фонарь, крепкий, чтобы не разбивался, если уронить, и чтобы стоил не больше пяти серебряных, потому что за шесть я могу купить гильдейский, а за четыре, дрянь у барыг на втором ярусе, которая сдохнет через неделю.
Я взял один из своих светильников с полки и положил на прилавок, которым служила старая дверная створка, уложенная на два ящика. Настоящего прилавка у меня пока не было, и приходилось обходиться тем, что было. Аактивировал его, пустив этер в бронзовую пластинку.
Свет был мягким, ровным, без мерцания. Охотник приблизился, оценивая яркость, а потом наклонился ближе, разглядывая руны на поверхности.
— Держит сто часов на полном заряде, — сказал я, и я не врал, даже скорее преуменьшал. — Расход этера на треть ниже, чем у стандартных гильдейских, за счёт модифицированной связки рун, так что, если ты заряжаешь его сам, хватит надолго, потому что он берёт ровно столько, сколько нужно, и не тратит лишнего.
Сам светильник выглядел не очень, если честно. Круглая площадка, куда была приклеена бронзовая пластинка, и ручка как на ведрах, чтобы можно было таскать. В разработке был колпак, чтобы закрывать свет и оставлять его идущим в одну сторону, но пока мы даже прототип не сделали. Сложности с полировкой внутренней стороны, как у автомобильных фар.
Охотник повертел светильник в руках, постучал костяшками пальцев по бронзе, проверяя крепость, потом посмотрел на меня, прикидывая, верить мне или нет. Я видел, как в его глазах шла внутренняя борьба между желанием сэкономить и страхом купить кота в мешке у неизвестного мастера без репутации.
— Шесть серебряных, — сказал я, назвав цену гильдейской. — Если через месяц сломается или перестанет держать заряд, приноси обратно, верну деньги или заменю, без вопросов. Это называется гарантия.
— Гарантия? — он удивился, и я понял, что такого здесь не делал никто, потому что в мире, где каждый второй торговец пытался всучить гнильё по цене золота, обещание вернуть деньги было чем-то невиданным. — Ты серьёзно?
— Абсолютно. Скажи своё имя, я запишу, поставим дату покупки, и если в течении месяца, он сломается как светильник, я либо верну тебе деньги, либо заменю на новый бесплатно.
Он помолчал, потом полез в поясной кошелёк, отсчитал шесть монет и положил на прилавок. Забрал светильник, сунул за пазуху и ушёл, бросив на пороге коротко, что, если фонарь окажется хорошим, он придёт за вторым и приведёт друзей.
Когда дверь за ним закрылась, Сяо высунулся из-за полки, где прятался всё это время, наблюдая за сделкой, и его глаза блестели так, словно мы только что ограбили банк.
— Шесть серебряных! — прошептал он восторженно. — Господин Тун Мин, это же почти три монеты чистой прибыли с одного светильника!
— Тише ты, — я убрал монеты в кошелёк, привязанный к поясу. — Это не прибыль, это начало, и если ты будешь орать про мою прибыль на весь переулок, скоро к нам зайдут совсем другие гости, которым будет интересно, откуда у семнадцатилетнего мастера деньги, и нет ли у него чего-нибудь, что можно отнять.
Сяо мгновенно посерьёзнел, жизнь на улице научила его, что деньги привлекают не только клиентов, но и тех, кто предпочитает зарабатывать чужими руками, а потом забирать чужими же.
— Понял, господин, — сказал он тихо. — Буду молчать, как рыба.
— Вот и отлично, а теперь иди на рынок, купи ещё гранита, три куска среднего размера, и зайди к мастеру Цао, спроси, готовы ли пластины. — протянул я ему деньги, подходя к двери.
Он кивнул и выскочил за дверь так быстро, что я не успел добавить, чтобы он не бегал по лужам. Вчерашний дождь оставил на улицах третьего яруса целые озёра грязной воды, но Сяо, похоже, считал лужи не препятствием, а развлечением. Судя по тому, как он с разбегу влетел в ближайшую из них, подняв фонтан брызг, обдавших проходившую мимо женщину с корзиной, которая шарахнулась в сторону и крикнула ему вслед что-то, что я предпочёл не расслышать.
Охотник вернулся через три дня и привёл с собой двоих, угрюмого мужика с перебитым носом и парня помоложе, который всё время озирался, как будто ожидал засады. Оба купили по светильнику. Угрюмый ещё и спросил, могу ли я сделать руну укрепления на его нож, потому что лезвие слишком быстро тупилось.
Я сказал, что могу, но это будет стоить десять серебряных, потому что работа с чужим оружием требовала индивидуального подхода. Каждый клинок имел свою структуру, свои особенности металла, и шаблонным трафаретом тут можно было не обойтись.
Он согласился, и я сделал ему нож за час, пока он сидел внизу и пил чай, который Сяо заварил на нагревательном камне. Я подумал, что нужно сделать ещё один камень специально для гостей. Традиция угощать клиентов горячим напитком, пока они ждут свой заказ, всегда мне нравилась, но тут почему-то была не в ходу. А ведь идея хорошая, стоит копейки, создаёт ощущение уюта и доверия,
