— Извини, — ехидно, без малейшего раскаяния сказала Дороти.
— Я просто в шоке, — призналась Лиза. — Не ожидала, что ты настолько изменилась за пару дней. Коул и впрямь маг. Вернее, злой колдун.
— Прекрати, Лиза. Я, честно говоря, уже устала от нашего пустого разговора. Ты сказала все, что хотела? Если да, тогда я лягу спать…
— Нет, не все. Я не оставлю тебя в покое, пока ты мне не поверишь. Коул использует тебя как дойную корову.
— Я не желаю верить всем этим грязным сплетням и слухам. Домыслы твоего Марка меня не волнуют. Я больше верю Коулу.
— Больше, чем мне?
Лиза готова была разрыдаться от осознания собственного бессилия. Марк оказался прав: пока Дороти пребывает в состоянии страстной влюбленности и ослеплена ею, разговаривать с ней бессмысленно. Она видит только то, что желает видеть. В своем воображении Дороти обрядила Коула в рыцарские доспехи и отказывалась видеть в нем плута и авантюриста с большой дороги.
Дороти промолчала.
— А как же Фрэнк? Ты ведь любишь его? — тихо спросила Лиза, словно упоминание мужа было единственной спасительной соломинкой, за которую еще могла ухватиться подруга, чтобы не погибнуть в бурлящих водах страсти.
Так как Дороти не ответила на ее вопрос, Лиза продолжила:
— Мне всегда казалось, что ваш брак подпадает в разряд «идеальных союзов». Этакое исключение из правил. Признаться, порой, глядя на вашу пару, я и сама задумывалась о свадьбе.
— Однако так и не вышла замуж, — язвительно заметила Дороти.
— Вы ведь с Фрэнком полюбили друг друга с первого взгляда.
— Коул тоже клянется, что полюбил меня с первого взгляда.
— Ты ему веришь?
Лиза заглянула в глаза подруги и — о счастье! — поймала в них мимолетное, но все-таки сомнение. Даже эта искорка неуверенности перевесила по важности произнесенное вслух «да». Слава богу, Дороти еще не окончательно погибла. Она любит Фрэнка, но Коул затуманил ее разум красивыми словами. Как только Дороти вернется в Филадельфию и встретится с мужем, она тут же забудет все те глупости, которые посетили ее голову на тропическом острове.
— Нет, ты меня пытаешься обмануть, Дороти.
— Лиза, оставь меня в конце концов, я устала! — неожиданно резко сказала Дороти. — Ваши с Марком козни и сплетни меня не заботят. Ты мне завидуешь, вот и все! Коул хороший парень. Добрый, честный, открытый. Не то что вы, люди цивилизации.
— Боже, Дороти, сколько же в тебе злости… За что ты меня ненавидишь? — На ресницах Лизы сверкнули слезы.
— Я тебя вовсе не ненавижу. Просто… просто оставь меня в покое. Дай мне жить своей жизнью. Мне надоело, что все всегда решают за меня. Я хочу любить и жить так, как велит мне сердце. Если тебя это не устраивает… что ж, мне жаль.
— Ты… ты отказываешься от моей дружбы? — Лиза не верила собственным ушам.
— Ты первая предала меня.
— Я? О чем ты, Дороти?
— Да-да. В тот самый момент, когда поверила Марку. Неужели ты думаешь, что я не могу самостоятельно разобраться в человеке?
— Дороти, в таком случае мне тоже жаль. — Лиза поднялась с колен и пошла в ванную.
Она включила воду, чтобы Дороти не услышала ее глухих рыданий. Не увидела слез горечи, разочарования и досады.
9
Лиза осмотрелась.
— Не волнуйся ты так, дорогая, — попытался успокоить ее Марк, стоявший рядом с ее чемоданами. — Дороти обязательно появится. Не останется же она на Гавайях.
— Я не видела ее уже несколько дней, — возразила Лиза. — После той ссоры… ну когда она с Коулом сбежала из ресторана. Дороти старалась не попадаться мне на глаза. Даже на ночь не всегда приходила.
— Однако она не сможет остаться на Гавайях. Ее ведь ждут в Филадельфии муж и дети.
Лиза вздохнула.
— О чем ты говоришь, Марк?! У меня стойкое ощущение, что Дороти уже забыла обо всем на свете, кроме своего страстного загорелого красавчика, который немногим старше ее детей. К тому же, — Лиза посмотрела на часы, — она никогда раньше не опаздывала.
— Полагаю, она раньше не делала многого из того, чем занимается сейчас, — заметил Марк.
— Как ты можешь шутить в такое время? — упрекнула его Лиза. — Разве ты не видишь, как я беспокоюсь!
— Успокойся, потому что твоя подруга уже пришла. — Марк указал в сторону одного из входов в здание аэропорта. — Кстати, не одна.
Действительно, Дороти шла вместе с Коулом.
— У меня галлюцинации или они действительно держатся за руки?
— Похоже, Дороти счастлива, — констатировал очевидный факт Марк.
— Интересно, во сколько сотен долларов ей обошлось это счастье? — саркастически поинтересовалась Лиза.
— Надеюсь, ты не станешь ее сейчас об этом спрашивать. Может быть, хоть на этот раз послушаешь моего совета.
Лиза одарила Марка испепеляющим взглядом. Таковы все мужчины: считают себя властителями мира, всеведущими и всезнающими.
— Привет, Лиза, Марк, — поприветствовала их Дороти.
— Добрый день, Дороти, — вежливо ответил Марк, чтобы как-то смягчить неловкую паузу, которая возникла из-за упрямого молчания Лизы.
Коул поставил на пол две сумки, которые нес в руках.
— Регистрацию уже объявили?
— Пока нет. Должны с минуты на минуту, — снова ответил Марк, выразительно посмотрев на Лизу.
Ну вот, теперь она строит из себя обиженного ребенка, забившегося от родителей в дальний угол платяного шкафа.
Похоже, на Лизу его взгляд возымел нужное действие, и уже в следующее мгновение она обратилась к подруге. Впрочем, Марк тут же пожалел о том, что Лиза открыла рот. Лучше бы он и впредь выступал в роли дипломатического посредника. По крайней мере, удалось бы сохранить если не перемирие, то его видимость.
— Ого, Дороти. Я смотрю, ты зря времени не теряла на островах: обратно ты везешь вещей даже больше, чем я. Наверное, это подарки Коула на память? — невинным тоном предположила Лиза. — Ах, эти влюбленные мужчины! Готовы завалить женщину драгоценностями и цветами с головы до ног! Жаль, что после регистрации брака их щедрость куда-то испаряется.
Дороти гневно сверкнула глазами, поняв, на что намекает ее подруга. Ведь за все эти дни она получала от Коула только ласки и нежность. Впрочем, они были для нее куда дороже тех мелочей, которые она презентовала ему во время их прогулок по местным магазинам.
— Нет, Лиза. У меня с собой по-прежнему всего лишь одна сумка.
Лиза демонстративно похлопала ресницами, затем протерла глаза руками.
— Извини, у меня, наверное, двоится в глазах. Неужели я умудрилась схлопотать солнечный удар в последний день пребывания на Гавайях?
