мадам Дюпон.
– Вы? – искренне удивился Марвин, а Аннет присела позади моего кресла. – Я думал, что вы не выходите больше.
– Да, дорогой. Не интересуют меня больше эти прогулки, да и птички не радуют, а солнце только раздражает мои старческие глаза. Но ходить я еще могу.
– Проходите, присаживайтесь. Я знаю, по какому поводу вы зашли, Аннет поступила плохо, я верну вам кресло сейчас же.
– Нет-нет, что ты, – старушка подошла ко мне, улыбаясь, как своей внучке, – девочке оно важнее. Я же вижу молодость в глазах, азарт.
Она доковыляла до меня, отстукивая своей клюкой каждый шаг и крепко сжала мою руку. Такое рукопожатие я чувствовал только при знакомстве со спортсменами-аморфами, и то мы в тот раз не сильно поладили. Второй рукой она похлопала меня по коленям, оставив свою руку и прощупывая полы халата. Нехорошая женщина.
– Вы спустились ради этого? – Марвин поднял с пола валяющийся стул и подставил старушке, спасая мое положение. – Не стоило, вижу, вам каждый шаг дается с трудом.
– Я слышала днем какой-то шум, решила посмотреть, все ли у вас в порядке. А вот теперь сижу и думаю, у вас что-то случилось, или это обычные бытовые будни? Вы же знаете, молодежь сейчас не сильно напрягает себя уборкой, дело молодое.
– Даже не знаю, случилось или нет, – развел руками Марвин. – Вроде ничего не пропало, но все перевернули.
– У тебя и брать-то нечего, – высунулась из-за моей спины девчонка, но под взглядом старушки спряталась обратно.
– Энгрин, – раздался взволнованный голос в моей голове, – мы засекли три подозрительные машины около входа. Люди с оружием в спецкостюмах поднимаются и по лестнице, и в лифте. Лифт идет к вам на этаж.
– Ой, как я вам сочувствую, – залепетала старушка, – расскажите, что у вас случилось, не нужно ли вызвать полицию. Вы меня извините, но в моем возрасте живешь только событиями молодых.
– Полицию, говоришь? – я подкатил кресло к ее стулу и прижал к стене. – Ты мне зубы тут не заговаривай!
– Линн! – Марвин бросился ко мне, но одной рукой я отбросил его в сторону, а второй прижал старушку, зажав между мной и спинкой стула.
– Вот и вылезла твоя натура, верно? – зашипела мадам Дюпон мне в лицо. Милая улыбка пропала, сменившись довольным оскалом гадюки. – Значит, я правильно рассчитала и вызвала своих мальчиков.
– Кто ты такая?
– Подполковник Дюпон де Фантоне, космическая полиция.
– Это как люди в черном? – раскрыла рот Аннет.
– Много лет назад засекли инопланетное присутствие вблизи Парижа, а две недели назад – в этом районе, но не могли определить точное местоположение. И тут появляешься ты, а радары начинает лихорадить от инопланетной энергии.
– Ты их вызвала, – отпустил я хватку и стул ударился об пол.
– Кого вызвала? Сюда кто-то идет? – Марвин стоял как вкопанный смотря на меня обезумевшими глазами. – Во что ты нас втянула?
– Энгрин, у вас 30 секунд, они вышли из лифта.
– Никогда не бил ни женщин, ни пожилых, но впервые сделаю это с удовольствием.
Я замахнулся, но Дюпон успела сказать до этого, как удар вырубил ее:
– Я найду тебя, где бы ты и была.
– Сегодня я уже это слышал.
Аннет взвизгнула, когда тело старушки осело на пол.
– Она придет в себя через пару минут, – я взял Аннет за руку и потащил к пожарной лестнице, по которой мы с Марвином поднимались в первый раз. – Быстрее.
– Я не пойду, – уперся Марвин, выдернув у меня руку девчонки.
– Хочешь, чтобы тебя пристрелили прямо здесь, пожалуйста, – я выехал на балкон, уцепился за перила руками и хвостом, и стал спускаться. Через два этажа услышал звук выбитой двери и крик Аннет. Возвращаться не стал, это их выбор. Я раскрыт, мне все равно не будет доступа в ресторан. А повар и девчонка, какое мне дело до двуногих?
– Ты так их и оставишь? – раздался тихий голос в голове.
Я завис над перилами, держась только на руках.
– Твою ж, – выругался я, поднимаясь наверх, – женщин и детей не бросаем.
Подниматься далеко не пришлось. Уже на следующем этаже я встретил бравого солдата в зеленом костюме, закрывавшим все тело, лицо и даже руки. Жарко, наверное, бедняге.
– Русалка? – опешил он, что было его ошибкой.
Ударом хвоста я перекинул его через перила. Баб с хвостами не видел, что ли? Второй оказался более подкованным в общении с женщинами и автомат не опустил. Но с такой бандурой на узкой лестнице не развернешься, стрелять можно либо четко прямо, либо никуда. В метровом пространстве маневра никакого. Выпрыгнув за перила, я схватился за автомат и рванул на себя. Армейские правила во всех мирах одинаковые – никогда не терять оружие во время боя. Вот и этот молодец не выпустил его, даже оторвавшись от пола и улетая за своим товарищем.
Остальные посчитали, что двоих для погони за рыбохвостой девушкой достаточно, поэтому занимались удержанием дохляка и девчонки. Вчетвером. Еще двое приводили в чувства мадам полковника.
– Линн, – рванулась ко мне девчонка, выкрутившись из руки военного. Тот направил на нее автомат, но Марвин, заорав не хуже белуги (я таких видел в передаче про животных), кинулся на него и вышиб автомат. Вот может когда хочет!
– Беги, – оттолкнул я девчонку к двери, схватил копошащегося на теле сваленного им автоматчика, и выскочил следом.
Остальные опомнились, дав по нам очередь. Тонкие стены задрожали, раскрошившись под жесткими ударами пуль. Захлопнув дверь, я выдернул ручку. Если это их задержит, то на пару секунд, не больше. Перехватываю руками перила и догоняю Марвина и Аннет. За мной уже стучат сапоги преследователей. У подножья лестницы валяются двое моих «первых», поднимаю автомат и нажимаю на курок.
– За углом стоит их машина, – кричит Миа, – там никого нет, ключи в зажигании.
– Машина за углом, – кричу я не оборачиваясь.
Марвин срывается с места, но останавливается и, пригнувшись, возвращается ко мне, перекидывает через плечо и тащит за угол. Аннет держит дверь открытой, я отстреливаюсь на ходу.
– Гони! – Марвин прыгает за руль и срывается в места.
– Кто-нибудь ранен?
Кладу автомат рядом и смотрю на перепуганное личико девчонки. Она судорожно кивает и поворачивается к отцу.
– Пап, что они хотели? Почему милая старушка хотела нас убить? Она знала, что Линн здесь? Но как, никто не видел, что она русалка.
– Вот и мне интересно, – раздался голос в голове, – откуда у них две недели инопланетная энергия, если ты здесь два дня? И кто они вообще такие, первый раз слышу про космическую полицию.
– У старика спроси, – сквозь зубы процедил я, отворачиваясь в окно. Но Аннет услышала.
