она волнами сжималась и расслаблялась вокруг меня, задыхаясь от удовольствия. — Я войду в тебя так глубоко, что у тебя не будет выбора, кроме как принять все это. У тебя будут мои дети, снежинка. Я положу их в твой милый маленький животик.
Она откинула голову назад, впиваясь ногтями в мои предплечья, когда схватила их. Теперь я двигался быстрее, сжимая челюсти от усилия продлить это, но видение того, как она наполняется моей спермы, такой густой, что она хлынет из нее, приблизило меня к освобождению.
Я не смог сдержаться.
— Я буду трахать тебя каждый день, пока ты не забеременеешь, жена, — сообщил я сквозь стиснутые зубы, трахая ее так быстро, как позволяло наше положение. — А потом я буду трахать тебя каждый день, чтобы постоянно напоминать тебе, что ты моя. Эта киска моя. Это лоно мое. Это теплое маленькое тельце полностью мое.
Она издала гортанный стон и крепко сжалась вокруг меня, ее охватил еще один оргазм.
Я застонал, больше не в силах сдерживаться. Я крепко держал и трахал ее, входя своим членом так глубоко, как только мог, и выпуская потоки спермы в плодородное тело жены.
Я прижал ее к себе, тяжело дыша, когда мои яйца напряглись, отголоски моего оргазма наполнили меня томным жаром. Люси издавала тихие стоны, все еще крепко прижимаясь ко мне. Я опустил руку, чтобы погладить ее живот, и замер в изумлении.
Ее стройный живот был раздут, увеличился. Это был не просто мой член, наполнивший ее, это было нечто большее. Она ощущалась так, словно уже была беременна, и на мгновение мой разум отключился, ничего не понимая.
А потом я понял, что это была моя сперма. Она заполнила ее до краев, и поскольку мой член все еще был глубоко внутри нее, а ее киска плотно обхватывала его, моя сперма не имела выхода. Все это было внутри нее, наполняя ее так, что она вот-вот лопнет.
— Снежинка? С тобой все в порядке? — внезапно разволновавшись, спросил я.
Человеческие тела не были созданы для того, чтобы вмещать такой большой объем, не так ли?
— Хорошо, — пробормотала она, ее голова слабо качнулась на моей груди. — Просто замечательно. Такая наполненная. Мне это нравится.
— Тебе не больно? — спросил я.
Я продолжал спрашивать, мои пальцы осторожно обводили изгиб ее живота.
— Внутри ничего не кажется неправильным?
— Это не могло быть более правильным, — вздохнула она, прижимаясь ко мне. — Я так наполнена… Так довольна. Впервые я чувствую себя завершенной. Давай так и останемся.
Я ласкал ее спину и плечи, и даже несмотря на то, что я так обильно кончил в свою жену, мой член оставался твердым и нетерпеливым. Мысль о том, что моя жена — вот так полна моей спермой, вызвала у меня желание трахать ее снова и снова.
Вскоре она зашевелилась. Я вышел из нее, позволив избытку вытечь из нее, а затем трахнул ее снова.
Она была моей, и я показывал ей это каждый день. Моя жена, мое сокровище.
Любовь моя.
ЭПИЛОГ
ЛЮСИ
Я наклонилась над Дейзи, чтобы убедиться, что она спит. Моя младшая сестра хорошо приспосабливалась к жизни во дворце, но, несмотря на это, она не могла заснуть без меня.
Она страдала в мое отсутствие. Но теперь она была здесь, и я могла заботиться о ней, как делала всегда.
Как только мои братья и сестры прибыли через портал, тайно доставленные сюда Олдригом, Дейзи набросилась на меня и отказывалась отпускать в течение нескольких часов. Она ужасно скучала по мне. И хотя другие мои сестры делали все, что могли, чтобы утешить ее, она все еще не могла привыкнуть к жизни без меня.
Но теперь они все были здесь. Олдриг заметил, как я скучаю по ним, увидел, как часто я писала и получала письма, и, наконец, небрежно спросил меня, будут ли мои братья и сестры против переезда.
Я сказала ему, что на самом деле ничто не удерживает их на нашей родной земле. Наши родители были мертвы и кремированы, их прах развеян. Дом, в котором жили мои братья и сестры, им не принадлежал.
Он сменил тему. Неделю спустя мои братья и сестры были здесь, переехав в комнаты во дворце, которые выделил для них Олдриг.
Я улыбнулась, лаская небольшой изгиб своего живота. Тихо, я на цыпочках вышла из комнаты и поплелась в нашу спальню, где Олдриг уже был в постели и ждал меня.
— Как ты себя чувствуешь? — сразу спросил он.
С тех пор, как я сказала ему, что беременна, он отказывался отходить от меня дольше, чем на несколько минут. Мы ходили на еженедельные осмотры в храм, где эксперты по биологии, изучавшие межрасовое размножение, наблюдали за моей беременностью. На данный момент они сказали, что все развивалось идеально и риск был очень низким.
И все же Олдрига невозможно было оторвать от меня. Он делегировал столько задач, сколько мог, а когда ему приходилось заниматься чем-то лично, он брал меня с собой.
Теперь он позвал меня в кровать, расставляя бутылки с горячей водой, которые были нашим способом справиться с разницей температур. Я скользнула под простыни, прижалась спиной к нему спереди, натянув между нами электрическое одеяло. Мы лежали так до тех пор, пока Олдриг нетерпеливо не пошевелился.
Я ухмыльнулся. Я почувствовала, как его член затвердел, как только легла, и только ждала, когда он наконец потеряет контроль.
— В прикроватном столике, — пробормотала я.
Он отвернулся, пошарил туда-сюда, и мгновение спустя холодный палец, скользкий от масла, прижался к моей сердцевине, заставляя меня сжаться от возбуждения.
— Скажи мне сразу, если ты плохо себя почувствуешь или… — начал он, но я прижалась к нему, заставив его застонать, когда мое тело прильнуло к его члену.
— Перестань волноваться и трахни меня. Пожалуйста, мой король, — сказала я без намека на почтение в голосе.
Он зарычал и глубоко засунул пальцы, заставив меня застонать. Вскоре я была готова, и он направил свой член в меня.
Мы занимались медленной, нежной любовью, и когда Олдриг вошел в меня, то не вышел. Я заснула с членом моего мужа глубоко в моей киске, согревая его, чтобы он мог расслабиться и сбросить все свои тяготы.
И все было хорошо.
ЭПИЛОГ
ОЛДРИГ
Я бегал вокруг, а Эви сидела у меня на плечах, и смеялась от души, как трехлетний ребенок. Она держала мои уши в своих маленьких кулачках и направляла
