когда показатель кислорода приблизится к тридцати минутам, чтобы развернуться и пойти обратно.
* * *
Время вышло. Я стоял в неизвестно каком по счету зале, заканчивающемся очередным проходом в другой точно такой же зал. Кислорода было на двадцать минут. Если сюда я шел осторожно, осматривая стены и потолок, то назад я уже несся со всех ног, шлепая подошвой по скользким камням. Бежал и в фазе полета преодолевал несколько метров. Из-за низкой гравитации планировать остановку во время бега приходилось заранее, ведь инерция тут выше, чем на Земле, а значит, можно не рассчитать и врезаться в стену. Боль в ноге стала сильнее, но выбора не было, надо терпеть. Продолжал периодически звать Жоржа, хотя в этом уже не было смысла, я все равно не успею его спасти. Надо выбираться самому. Кислорода оставалось на восемь минут. Я почти добрался до помещения, откуда утащили Жоржа, и тут вдруг услышал:
– Юра! Помоги!
– Жорж!
– Перчатка, она почти растворилась! Мне больно!
– Жорж! Прости, я не смогу помочь тебе, прости меня!
– Не бросай меня, Юра! Я не хочу, чтоб все закончилось вот так вот!
Ком подкатил к горлу. Я сделал все, что мог.
– Юра! Рука горит! Он переварит меня заживо! Не бросай меня!
– Я не могу, не могу! Прости!
– Юр… я… – из-за помех я не мог ничего разобрать, – домой… прошу! Я…
Не в силах слушать крики Жоржа, я выключил микрофон. Через семь минут я начну задыхаться. Еще надо как-то выплыть отсюда!
Бежал со всех ног. Руки мои затряслись, а из глаз брызнули слезы. Слизни к моему возвращению снова заползли на потолок. Под ними я прошел медленно. Добрался до батискафа, и, вместо того чтоб запрыгнуть в него и на полном ходу помчаться к поверхности, я вдруг остановился. Безвольно стоял и плакал. Кислорода оставалось на шесть минут.
Не знаю, что заставило меня это сделать, но я совершил самый безрассудный и иррациональный поступок, который только можно было сейчас сделать, – я побежал обратно в то место, где появилась связь. Добравшись, я включил микрофон.
– Жорж!
– Юра! Помоги!
– Жорж! Я тут! Попробуй описать, куда оно тебя отволокло!
Жорж тяжело дышал.
– После коридора мы вышли в зал, а потом оно скатилось куда-то вниз! А дальше забилось в какую-то щель! Юра! Умоляю, не оставляй меня!
Я рванул что есть мочи к тому откосу, у которого был более часа назад. Бежать было недалеко, буквально один коридор. Связь снова пропала. Добравшись, я кинул взгляд на таймер – четыре минуты. Я осознал, что уже не выберусь отсюда. Да и черт с ним! Все равно помирать!
Чуть ли не кубарем я скатился вниз. Протиснулся в щель. Продвигался, шаркая плечами о стены. Увидел за очередным поворотом слабый свет фонаря Жоржа. Свой фонарь я выключил. Не было смысла и времени что-то планировать. Выйдя из узкой щели, я оказался в небольшой полости. Выставив перед собой гарпун, я с криком бросился на тварь, а она бросилась на меня!
25
Реинкарнация
Крыша буровой промялась, а по стеклопакету пошли трещины. Щупальца сжимали кабину все сильнее. Мингли и Стив сидели на переднем ряду. Стив включил лампочку на потолке.
– Саид! Меня слышно?! – спросил Мингли.
– Слышно, – раздался голос из динамика, – я бегу к базе! Меня не преследуют!
– Саид, если мы погибнем, ты должен…
– Я все знаю, – перебил археолог, – я все сделаю как надо!
– Пистолет твой, я так понимаю, тоже в шатре остался? – спросил Мингли у Стива.
– Да, но какой от него толк? Ты посмотри, какие они огромные!
Стив уставился на щупальце, часть которого проходила по лобовому стеклу.
– Заводи машину! – воскликнул Стив. – Прогреемся и попробуем ошпарить эту сволочь!
Мингли нажал кнопку пуск, и бесшумный электромотор приступил к обогреву буровой.
* * *
Саид бежал, с каждым прыжком преодолевая более двух метров, и скорость его составляла около десяти километров в час. Археолог тяжело дышал, неся на себе костюм и оборудование массой двенадцать килограммов, но здесь это ощущалось в семь раз легче. Двигался Саид в приблизительном направлении ракеты. Свет прожектора, который Юра оставил включенным на базе, скрывала густая атмосфера и дождь. Археолог мыслил так: «Как окажусь на расстоянии в пару километров, дождусь молнию, вдали мелькнет база, и я скорректирую курс». Слушал разговор Мингли и Стива в общем чате, но сам ничего не говорил, чтобы не сбить дыхание.
Через пятнадцать минут Саид все же решил передохнуть. Остановившись, он сделал обогрев костюма чуть слабее. Уперев руки в колени, в полусогнутом состоянии стоял он и пытался отдышаться, глядя в круг света под ногами. Вскоре Саид распрямился и увидел вдали молнию, а точнее, лишь ее слабый блеск, который кое-как продрался через густой метановый ливень.
– Вы прогрелись? – спросил археолог.
* * *
– Да, – ответил Мингли.
Существо (а может, и существа, изнутри было не разобрать, сколько их там оплетают буровую), до этого сжимающее кабину, начало медленное движение. Мингли и Стив смотрели, как ползут щупальца, смещаясь назад к кузову.
– Ага, – сказал Стив, – не нравится им.
Вскоре космонавты увидели через лобовое стекло море. Огромный осьминог уже скрылся в пучине жидкого метана. Буровая из-за перевеса начала медленно вставать на дыбы, так что кабина приподнялась на несколько метров, и спустя мгновение все замерло в таком положении.
– Выскочим и рванем за Саидом?! – взволнованно произнес Стив.
– Нет! – раздался голос археолога. – Я видел, с какой скоростью они набросились на шатер! Сидите в буровой!
– Долго мы тут не продержимся, – сказал Мингли, – кислорода на пару часов.
– Сидите сказал! – крикнул Саид. – Эти штуки лишь кажутся неуклюжими!
– Пока сидим, – ответил капитан.
* * *
Отдышавшись, Саид продолжил путь. Перепрыгивая ледяные камни, он мчался практически со скоростью буровой машины. В земных условиях, даже учитывая прекрасное здоровье археолога, он не смог бы поддерживать такой темп, но тут в условиях низкой гравитации бег казался чуть ли не полетом.
Когда сверкали молнии, Саид, напрягая зрение, пытался уловить вдали силуэт разрушенной базы, но гроза и капли на стекле шлема сильно ухудшали видимость. Сердце бешено колотилось, а пот стекал по вискам. Через двадцать минут Саид остановился. Он высчитал приблизительный путь, который проделал. Получилось около пяти километров, что составляло чуть менее половины маршрута.
Жажда дала о себе знать еще через десять минут бега. К этому моменту археолог был уверен, что преодолел большую часть расстояния и вскоре в очередном блеске молнии должен вдали разглядеть возвышающиеся над равниной контуры «Титана-1».
Гироскопический компас
