— Благодарю отца моего, съ достоинствомъ отвѣчалъ индѣецъ: — Тускароры не бѣдны и жена достанетъ изъ челнока мое одѣяло.
— Ну, какъ знаете! Я хотѣлъ сдѣлать вамъ лучше, сказалъ сержантъ. — Пошлите жену за одѣяломъ, войдите сами въ челнокъ, чтобы принести сюда весла.
Индѣецъ и жена его послушно сошли въ челнокъ. Пока оба тамъ были заняты, слышно было, какъ мужъ упрекалъ жену свою за то, что она взяла не то одѣяло. Перебраниваясь, Юнита, стала искать другое, чтобы удовлетворить своего строгаго супруга.
— Всходите опять наверхъ, между тѣмъ закричалъ съ нетерпѣніемъ сержантъ:- уже становится поздно и намъ нужно идти на отдыхъ.
— Стрѣла идетъ, прозвучалъ отвѣтъ, и Тускарора выступилъ на носъ своего челнока.
Но вмѣсто того, чтобъ подняться на бортъ, онъ острымъ ножемъ перерѣзалъ канатъ, которымъ прикрѣпленъ былъ челнокъ, и куттеръ, быстро двигаясь впередъ, оставилъ легкое судно за собою почти неподвижнымъ. Все это было исполнено такъ быстро и съ такою ловкостью, что челнокъ былъ уже далеко, когда сержантъ сообщилъ объ этомъ случаѣ Гаспару. Тѣмъ не менѣе поспѣшно попытался онъ снова нагнать бѣглеца, но Тускарора былъ уже слишкомъ далеко, и не боялся никакого преслѣдованія.
Пока Гаспаръ снова принялъ прежнее направленіе, Капъ отвелъ сержанта въ сторону, и съ горячностью высказалъ ему свои мысли.
— Братъ Дунгамъ, сказалъ онъ:- это важные факты, какъ плѣнъ Стрѣлы, такъ и бѣгство его. Пусть Гаспаръ бережется.
— Да, да, братъ, и то и другое важно, но одно выкупаетъ другое. Противъ Гаспара говоритъ то, что Тускарора бѣжалъ, а въ пользу его, что онъ захватилъ его въ плѣнъ.
— Это все равно, сержантъ, и по моему мнѣнію, слѣдовало бы Гаспара арестовать немедленно. Если ты не хочешь завтрашній день видѣть себя въ плѣну у французовъ, то прикажи отвести его въ каюту, поставь у ней часоваго, и передай командованіе куттеромъ мнѣ. Ты имѣешь на это полномочіе и твоя обязанность поступить такимъ образомъ.
Сержантъ болѣе часа обдумывалъ этотъ совѣтъ своего зятя; и не могъ рѣшиться ни послѣдовать ему, ни оставить его безъ вниманія. Въ такомъ затруднительномъ положеніи онъ призвалъ къ совѣту квартирмейстера, и рѣшился послѣдовать его рѣшенію. Капъ объяснилъ этому положеніе дѣла, и Мунксъ вполнѣ согласился съ его мнѣніемъ. Теперь устранилось всякое сомнѣніе, и сержантъ немедленно принялъ надлежащія мѣры.
Не входя въ подробныя объясненія, онъ просто объявилъ Гаспару, что считаетъ нужнымъ отнять у него командованіе куттеромъ и передать его въ руки своего зятя.
При такой мѣрѣ, Гаспаръ пришелъ въ величайшее изумленіе, такъ какъ сержантъ Дунгамъ не считалъ удобнымъ объяснить ему основанія своего строгаго рѣшенія. Тѣмъ не менѣе онъ спокойно повиновался, даже приказалъ своимъ матросамъ на будущее время слушаться приказаній Капа, и затѣмъ сошелъ внизъ вмѣстѣ съ своимъ главнымъ помощникомъ, который долженъ былъ раздѣлить съ нимъ заключеніе.
Когда оба удалились, то Капъ сказалъ:
— Ну, сержантъ, будь такъ добръ, сообщите мнѣ курсы и дистанціи, чтобы я могъ убѣдиться въ вѣрности направленія носа нашего куттера.
— Братъ Капъ, возразилъ сержантъ: — я объ этомъ не имѣю вы малѣйшаго понятія. Моя инструкція гласитъ, чтобы мы какъ возможно скорѣе достигли тысячи острововъ для смѣны тамошняго караула. Вотъ и все.
— Но развѣ у тебя нѣтъ карты, которою бы можно было руководствоваться?
— Нѣтъ, и я даже сомнѣваюсь, чтобъ у Гаспара было что нибудь подобное. Наши моряки плаваютъ по этому озеру, никогда не употребляя карты.
— Но, помилуй, сержантъ, какъ же мнѣ найти одинъ островъ изъ тысячи, когда я не знаю ни имени его, ни положенія?
— Ну, въ этомъ, братъ, ты долженъ понимать больше, чѣмъ я. Сколько я знаю, то ни у одного острова нѣтъ имени, а что касается ихъ положенія, то мнѣ рѣшительно ничего неизвѣстно, такъ какъ я никогда и не бывалъ тамъ. Но, можетъ быть, кто либо изъ матросовъ сообщитъ тебѣ эти свѣдѣнія.
— Ну, я попытаю счастія и попробую разспросить рулеваго.
Капъ и сержантъ подошли къ рулевому, но ничего отъ него больше не узнали, какъ то, что только Гаспаръ и помощникъ его, называвшійся лоцманомъ, могли указать положеніе станціи.
— Мы же съ своей стороны, добавилъ рулевой, такъ мало знаемъ дорогу, какъ будто никогда и не видали ея, потому что Гаспаръ посылаетъ насъ всегда подъ палубу, когда мы достигаемъ извѣстнаго разстоянія отъ острововъ,
Капъ съ неудовольствіемъ покачалъ головой и попалъ такимъ образомъ въ немало затруднительное положеніе.
— Это опять фактъ, говорящій противъ Гаспара, сказалъ онъ, отзывая въ сторону сержанта. Такъ какъ я вижу, что у этого малаго мы ничего не добьемся, поэтому часа два буду держаться настоящаго направленія, а потомъ остановлюсь и кину лотъ. Намъ необходимо, такъ или сякъ, подчиниться силѣ обстоятельствъ.
Сержантъ не имѣлъ ничего сказать противъ этого, и, считая себя вполнѣ безопаснымъ подъ управленіемъ своего зятя, улегся на палубѣ и вскорѣ крѣпко заснулъ. Напротивъ того, Капъ спокойно сталъ ходить по палубѣ взадъ и впередъ, такъ какъ это былъ человѣкъ, котораго крѣпкое тѣло могло сопротивляться всякой усталости. Во всю ночь онъ не закрылъ глазъ.
Когда сержантъ Дунгамъ проснулся, то уже разсвѣтало. Лишь только поднялся онъ и осмотрѣлся вокругъ, какъ у него вырвалось восклицаніе удивленія. Погода совершенно измѣнилась. Густой туманъ покрывалъ всю окрестность и озеро шумѣло пѣнящимися волнами. Отъ зятя онъ узналъ, что въ полночь вѣтеръ стихъ было, а около часа ночи обратился въ бурю съ сѣверо-запада.
Сержантъ, хорошо сознававшій опасность ихъ теперешняго положенія, тотчасъ предложилъ своему зятю послать за Гаспаромъ и спросить совѣта этого опытнаго молодаго моряка; но Капъ упорно уклонился отъ этого, и сержантъ вынужденъ былъ покориться его непреодолимой рѣшимости.
Цѣлый день и послѣдовавшую затѣмъ ночь куттеръ плавалъ по озеру наугадъ, и гонимый силою бури, бралъ всевозможныя направленія. Капъ старался всѣми силами держать его довольно далеко отъ берега, и разсчитывалъ, что вѣтеръ успокоится, и ему все-таки удастся достигнуть станціи безъ помощи Гаспара. Буря, однако, не уменьшалась, а усиливалась, и снова наступившая ночная тьма поставила судно въ столь крайнюю опасность, что Слѣдопытъ, который до того былъ молчаливъ, нашелъ себя вынужденнымъ положить дѣлу конецъ. По его сильному настоянію, на разсвѣтѣ слѣдующаго дня, Гаспаръ и его помощникъ позваны были изъ ихъ заключенія и снова вступили въ управленіе кутееромъ, который далеко укловился отъ настоящаго пути. Однако Гаспаръ далъ ему надлежащее направленіе и хотя все еще подвергался подозрительнымъ наблюденіямъ Капа и сержанта, однакожь повелъ куттеръ прямо къ его мѣсту назначенія. Достигнувъ тысячи острововъ, онъ, въѣхавъ въ каналъ, съ увѣренностію плылъ между безчисленнымъ множествомъ большихъ и малыхъ острововъ, и наконецъ бросилъ якорь у одного берега, густо поросшаго кустарникомъ. Станціи достигли благополучно; солдаты на куттерѣ привѣтствованы были жаждавшими ихъ прибытія товарищами съ тою радостію, которая всегда имѣетъ мѣсто при смѣнѣ.
