мы обычно с ним – не позволял ни есть из рук уличных торговцев, ни стоять рядом с такими местами. С мамой так же: она морщила нос и быстро переходила на другую сторону улицы, подальше от вонючего, по ее словам, хрючева.
Я припала взглядом к лотку с пирожками не только из-за голодного урчания живота, а из неясного бунтарского желания. Мол, смотрите, мама и папа, вы не уследили за своим ребенком. Я теперь самостоятельная и самостоятельно решаю, что буду есть.
Торговец наблюдал за мной со скукой на лице, не стремясь предлагать товар. То ли устал за день, то ли я выглядела как просто любопытная без медяка в кармане и ему не хотелось тратить на меня остатки сил.
Пирожки в лотке над шипящими углями исходили паром и ароматами ягод. Я проглотила слюну с тихим вздохом: отравлюсь, как есть отравлюсь.
– Вишневый пирожок, пожалуйста.
Я протянула торговцу медяшку. Хорошо, что пришел тот мальчик с горсткой монет, иначе пришлось бы расплачиваться серебром, а сдачи я бы не дождалась.
С жирным пирожком, наполовину завернутым в бумагу, я, донельзя довольная, шагала через мост. Откусывала от пирожка, горячий вишневый джем норовил вылиться мне на пальцы, приходилось останавливаться и слизывать его. Жевала быстро, с открытым ртом, вдыхая прохладный сырой воздух, чтобы остудить обожженный язык. Кто бы из знакомых увидел меня – не признал бы.
Когда мой скромный ужин был съеден, я как раз подошла к агентству. Провела в нем всего ничего: написала заявление на поиск Лии, попросила детектива – смурного мужчину лет шестидесяти – сообщить мне адрес ее дома, но ей не говорить, что ее ищут. Отдала пять серебряных задатка, еще пять должна буду заплатить после выполнения работы. Стоимость услуг меня несказанно порадовала, я-то рассчитывала расстаться со всей выручкой за вчерашний день.
Совсем стемнело, пока я дошла до дома мисс Торвик. Надо сказать, что темных подворотен сегодня я боялась уже меньше. Все отчетливее осознавала, что родители отдали меня в бордель и это была не шутка, а потом я в доме своего мужа наткнулась на какого-то Люсика в кандалах, пусть и иллюзорного. Окончательно запугали меня плачущие детскими голосами «питомцы» Рио, так что мои нервы теперь, пожалуй, крепли с каждым днем все больше.
Это и есть главная причина глупых гибелей на ночных улицах: когда человек перестает видеть опасность для себя в опасных для всех местах, он непременно сталкивается с неприятностями.
Подумав об этом, я решила не идти домой пешком, а нанять экипаж. Да, дорого, но жизнь дороже. Еще я пообещала себе больше никогда не выходить на улицу по темноте, пока не заработаю достаточно денег для платы извозчикам.
С этими мыслями я поднялась на второй этаж в кромешной тьме, держась за перила. Прикинув, какая из двух квартир принадлежит мисс Торвик, я уверенно постучала в ту, что была с правой стороны. Волнуясь, переступила с ноги на ногу, постучала еще раз погромче, и по ту сторону двери раздались шаркающие шаги.
Не отворяя ее, мисс Торвик хриплым голосом спросила:
– Кто там? Вы от мистера Гилтона?
– Да! – воскликнула я обрадованно. Не могла придумать причину моего визита, а старушка сама ее подсказала. Какая удача!
В замочной скважине заскрежетал ключ, петли протяжно заскрипели. Мисс Торвик, маленькая сухонькая старушка в теплом цветастом платье, с аккуратно убранными в пучок седыми волосами, посмотрела на меня пристально. В одной руке она держала кочергу, наверняка с целью обороняться, другой цеплялась за ручку двери, чтобы захлопнуть сразу же, как только почувствует угрозу от незваного гостя.
Я широко улыбнулась, совсем как коробейник, яростно жаждущий продать никому не нужный хлам.
– Проходите, – наконец сказала мисс Торвик, и я не заставила себя уговаривать.
В комнате, служащей сразу и кухней, и гостиной, оказалось очень уютно: деревянный пол, покрытый толстым ковром, слева от входа в кухонном уголке были шкафчики для утвари и продуктов, стол и стул, у стены справа – жаркий очаг и два кресла. На окнах висели газовые занавески, трепыхающиеся от легкого ветерка, проникающего через приоткрытую форточку.
В воздухе приятно пахло свежей выпечкой и овсянкой с медом. Мой желудок тут же забыл, что недавно насытился, и снова заурчал. К счастью, этого позорного звука мисс Торвик не услышала, она семенила к очагу. Прислонила кочергу к решетке, предложила мне присесть в одно из кресел и занялась приготовлением чая.
Пока она заваривала чай, я в панике перебирала в голове десятки вопросов, не зная, какой из них не отпугнет старушку сразу. Мисс Торвик думает, что меня послал Рио, – наверное, он часто передает ей деньги с посыльными. Если я буду расспрашивать о лавке, как скоро она меня прогонит?
Решила, что начну издалека, но потом вспомнила, что с Рио мне этот способ выуживания информации не помог, так что нужно пробовать другой – спрашивать в лоб.
ГЛАВА 11
От исходящих паром фарфоровых чашек на блюдцах пахло ежевикой. В отдельной миске лежали рассыпчатые печенья с кусочками шоколада, румяные булочки в сахарной посыпке и слоеные пирожки с яблоками. Мне пришлось приложить усилия, чтобы оторвать от них голодный взгляд и скромно отпить вкусного чаю.
Мисс Торвик будто ждала, когда я сама заговорю. Она уже знает, что я якобы от мистера Гилтона, но догадывается ли, кто я?
– Супруга? – словно прочтя мои мысли, спросила мисс Торвик, и я поперхнулась чаем.
Чашку отставила, сложила руки на коленях.
– Вчера утром поженились, – подтвердила я. – На самом деле… Рио не отправлял меня к вам.
– Я уже поняла. Вряд ли он отпустил бы тебя одну в столь поздний час. Что же привело тебя ко мне?
– Вопросы, – пробормотала я с осторожностью. Мисс Торвик смотрела на меня испытующе, словно хотела просверлить взглядом, отчего по коже бежали взволнованные мурашки. – Рио подарил мне книжную лавку, в которой вы работали.
– Два года верой и правдой, – кивнула старушка.
– А я два дня, и у меня, кажется, больше нет желания ею управлять. То есть дарить людям радость через книги – здорово, но вот то, что происходит в лавке…
Мисс Торвик непонимающе вскинула брови. Я тоже глянула на нее вопросительно, надеясь, что она сейчас начнет выбалтывать все секреты какие есть. Старушки ведь обычно так и делают – ничего утаить не могут.
– На одной из книг я прочла о персонаже Элизе Лонгвей, и спустя всего минуту эта Элиза появилась в лавке. Она мне не представилась, но я слышала ее фамилию
