перенести готовые блюда с кухни. Когда всё готово, зовём девочек.
Я очень боялась неловкости, но ситуацию спасает Рансон. Рассказывает нам забавные истории времён службы, и все как-то расслабляются.
После наступления темноты следуем ещё одной местной традиции — выходим на улицу, чтобы загадать желание. Почему это нужно делать именно на улице — теряюсь в догадках.
Загадываю здоровье для дочки и для себя. Деньги я заработаю, мужчина мне сейчас не нужен — просто не до него. А счастье… Счастье — это когда твои близкие живы и здоровы. Теперь я это понимаю со всей отчётливостью.
По возвращении в дом вручаю девочкам подарки: по белому зайчику, сшитому из меха, а также по три платья для их кукол. Они убегают примерять новые наряды куклам, а мы рассаживаемся вокруг камина с чаем и тортом.
Впервые мне настолько уютно. Заботы словно отступают и начинают казаться незначительными. Впервые появляется уверенность в том, что всё получится.
Дочка начинает засыпать ещё до того, как её голова касается подушки. Раздеваю дочку сама, чтобы не будить. Кошка запрыгивает на кровать и сворачивается клубком у её ног.
В эту ночь мне снится что-то очень приятное и радостное, но сам сон забываю, как только открываю глаза.
Глава 14
К концу зимы успевает созреть ещё один урожай, поэтому Рансон с селянами отправляется в город.
Узнав об угрозе волков, уговорила Рансона больше не рисковать, поэтому за всё это время он выбирается в лес всего один раз — убрать уже расставленные ранее силки и собрать добычу. Договорились, что мясо он купит в городе, и я жду его возвращения с особым нетерпением.
Мясо — это хорошо, но десерт мне тоже хочется, поэтому после завтрака затеваем с Рисой торт. На этот раз с заварным кремом.
Крем уже готов, а коржи томятся в духовом шкафу, когда дверь на кухню открывается и вбегает Татина. Рукав её платья в крови. Тяжёлые алые капли стекают по кисти и оставляют отметины на полу.
На мгновение застываю от ужаса, но слёзы дочери быстро приводят меня в чувство. Вскакиваю с места и осматриваю её руку. От локтя до плеча рукав распорот и видна глубокая рана. Подхватываю малышку на руки и бегу в ближайшую ванную. Шепчу:
— Милая, тише! Потерпи, пожалуйста! Сейчас!
Отрываю рукав, промываю рану, а потом прикладываю к ней исцеляющий артефакт. Благодарю видение, которое позволило мне подготовиться к сегодняшнему происшествию. Мне хватило времени расспросить Рансона о том, как действуют исцеляющие артефакты. Оказалось, в случае с порезами нужно сперва промыть рану, очистить её от инородных предметов, чтобы в дальнейшем избежать заражения, и только после этого использовать артефакт. Поскольку я уже видела, что будет, и мысленно проработала план действий, то теперь действую, не особенно задумываясь.
Успокаивающе глажу доченьку по спине и шепчу всякую успокаивающую чушь. Постепенно рёв стихает. Когда она окончательно приходит в себя, вздыхаю:
— Расскажи, пожалуйста, что случилось.
— Будешь ругаться?
— Не буду. Думаю, ты и без этого уже поняла, что была не права.
— Мы с Литой играли на чердаке.
— Но ведь там холодно!
— Но мы же одним глазком. Только я споткнулась и напоролась на гвоздь… Мы больше так не будем.
Вздыхаю:
— Конечно, не будете — сегодня же запру чердак понадёжнее.
— Сердишься на меня?
— Скорее испугалась… Посиди здесь — я принесу платье, чтобы ты могла переодеться.
— Хорошо, мама.
Выхожу и сталкиваюсь с обеспокоенной Рисой:
— Как Татина? Всё в порядке?
— Да. Я её подлечила. А с Литой всё нормально?
— Да. Она обо всём рассказала. Мне так жаль!
— Хорошо то, что хорошо заканчивается. Девочки испугались, так что не ругай её слишком сильно. Мне нужно сходить за платьем.
— Конечно.
Перебирая вещи дочки, замечаю, что у меня трясутся руки. Страшно, что всё могло закончить хуже. Корю себя за то, что не закрыла чердак. Если бы не видение, я бы наверняка растерялась и сделала что-нибудь неправильно.
Прежде чем войти в ванную, выпиваю успокаивающую настойку. Помогаю дочке смыть остатки крови, переодеваю её, а потом крепко-крепко прижимаю к себе. Как же хорошо, что в этом мире есть исцеляющие артефакты! Даже не хочется думать, что было бы, если бы их не было.
Рансон возвращается к следующему вечеру. Привозит двадцать пять золотых и долгожданное мясо. Улыбается:
— Мы успели буквально в последние дни — на обратном пути снег уже начал таять. Ещё пара недель и совсем сойдёт.
— Значит, можно будет поехать в город на телеге?
— Да. Вы не передумали насчёт переезда?
— Не передумала. У меня есть идея, как можно заработать. Хочу попробовать.
— Поделитесь?
Качаю головой:
— Пока нет. Сперва хочу всё рассчитать и убедиться, что мне точно хватит денег.
— Как скажете, — в его взгляде любопытство.
— Думаю, нам лучше сперва поехать вдвоём. Если всё получится так, как я рассчитываю, вернёмся за дочкой.
— Может быть, вам тогда стоит приобрести лёгкую коляску? Всё-таки телега — это не то, на чём пристало разъезжать благородной даме.
— Как думаете, есть шанс починить экипаж, который находится у нас в сарае?
— Я его видел, но не особенно рассматривал. В деревне один мужик мастерит мебель. Завтра же схожу и узнаю, возьмётся ли он помочь с ремонтом. Но нам всё равно нужно будет купить для экипажа лошадь — моя годится только для верховых прогулок, да и старенькая уже.
— Как думаете, мы сможем одолжить лошадь у деревенских?
— Я спрошу.
Экипаж деревенский мастер смог починить только частично: заменил сломавшееся колесо, подновил доски верха. Нужного размера стёкол у нас не оказалось, так что решили без них. Обивку сняли, а вместо неё и поеденной молью сидушки положили подушки. Насчёт лошади тоже удалось договориться.
Все эти хлопоты заняли гораздо больше времени, чем мы рассчитывали — пропустили первые дни весны. Поэтому завтрашний отъезд жду с волнением и нетерпением.
По сотому разу обсуждаем с Рансоном, что нужно взять с собой, когда наш разговор прерывается звоном, который раздаётся на грани слышимости. Непонимающе оглядываюсь по сторонам, а Рансон вскакивает:
— Похоже, у нас гости. Оставайтесь в доме. Я проверю.
Провожаю его до двери кухни. Рансон натягивает дублёнку, а потом непонятно откуда достаёт длинный кинжал.
Его нет всего несколько минут, но я успеваю распереживаться. Возвращается он вместе с дамой, укутанной в дорогие меха, и мужчиной в неприметном сером пальто. Внешность этого мужчины такая, что два раза не посмотришь — подобных ему в городе полно.
Стоит даме зайти в кухню и увидеть меня, она на
