быть для него безразлично.
Алекс всё ещё держал свой пистолет.
Он не тронул Нейта.
Вместо этого мужчина обошёл дом сбоку.
— Он должен всё осмотреть, — пояснила Арт.
— Зачем?
— На случай, если Мачо Мен Рэнди Сэвидж был шпионом.
Нейт открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но хоть убей, он не знал, как понимать это предложение, поэтому просто покачал головой и последовал за Алексом.
Тот стоял на коленях перед счётчиком воды, пистолет лежал рядом в траве. Он потянулся и ощупал счётчик, его руки скользнули по пластиковой крышке и пробежались вокруг, словно он что-то искал.
Ничего не найдя, он отодвинул решётку, закрывающую вентиль, нагнулся и засунул в дыру всю руку до самого плеча, сузив глаза.
— Знаешь, — бросил Нейт. — Для того, кто ещё вчера с трудом передвигался из-за того, что в него стреляли, ты кажешься слишком здоровым.
Алекс не ответил.
— Конечно, рана выглядела старой, но всё же. Дряхлый старик вчера, энергичный и бодрый парень сегодня. Это из-за кофе? За который, кстати, не стоит благодарности. Спасибо, что разгрузил пикап, а затем сам себя попотчевал.
Ни слова.
— Вероятно, это из-за бекона, — сказала Арт, внезапно появившись рядом с Нейтом, словно из ниоткуда. Он не слышал, как она подошла. — Бекон делает всё лучше.
— Верно, — медленно произнёс Нейт. — Потому что ты никогда раньше не ела бекон. Или не встречала официантку.
— Она была такой милой, — восхитилась Арт. — Она принесла мне сок, когда я попросила. И мороженое. И мясной рулет. И морковь. И картофельное пюре.
— Это…
— И масло для моего хлеба, который не был тостом.
Нейт ждал.
Девочка ему улыбнулась.
— Ты репортёр, — садясь обратно, проворчал Алекс, словно они играли в горячую картошку, перебрасывая темы разговора.
— Прошу прощения. Я журналист…
— Ты должен был об этом сказать.
— Ой. Ве-е-е-ерно. Ведь ты-то уже стольким со мной поделился. Как я мог быть таким чертовски грубым и не рассказать о своей карьере тебе — человеку, который вломился в мой дом? Прими мои самые искренние извинения. Пожалуйста, поразмысли над тем, чтобы меня простить.
— Он простит, — пообещала Арт. — Ты начинаешь ему нравиться, хотя обычно ему никто не нравится, кроме меня. Это можно определить по тому, что он не направлял на тебя пистолет уже больше десяти минут.
Нейт почувствовал, что краснеет. Он не знал почему. Ему было срать, если он хоть немного нравился этому мужчине. Он всё ещё не был уверен, что здесь не происходит какое-то преступление, и если в нём была замешана маленькая девочка, Нейт сделает всё возможное, чтобы оградить её от Алекса. То, что Алекс о нём думал, не должно было иметь значения.
Не должно.
— Неудивительно, что ты задаешь так много вопросов, — пробормотал Алекс, вытирая руку о штанину. — Репортёры не знают, когда им стоит заняться своими чёртовыми делами. Всегда суют свой нос туда, куда не…
— Я приехал сюда делать именно это, — отрезал Нейт. Обычно ему было наплевать, что другие думают о том, чем он зарабатывает на жизнь. Вернее, зарабатывал. Работа была для него важна, и он занимался журналистикой не для того, чтобы добиться популярности. Но сейчас даже он мог признаться самому себе, что осуждение Алекса немного его задело. — Заниматься своими чёртовыми делами. Но если вдруг ты не осведомлён, кто-то вломился в мою хижину и устроился, как у себя дома. Что незаконно.
Алекс выпрямился во весь рост.
Нейт не испугался. Ну ладно, испугался, но он уже сталкивался с мудаками раньше. Алекс был просто ещё одним.
Нейт испытывал облегчение, что пистолет остался лежать на земле.
— Хорошо, — сказал Алекс с хмурым лицом. — Здесь полно хижин. Мы найдём другую.
— Но в них нет воды, — посетовала Арт. Они оба посмотрели на неё сверху вниз. — В этой есть. И озеро холодное, и мне нравится моя кровать, и я прочитала только пятнадцать книг, а это значит, осталось ещё триста шестьдесят две. — Она кивнула, солнцезащитные очки соскользнули с её макушки на лицо. — Кроме того, Нейт будет грустить, если мы уйдём. Мы ему нравимся.
— Вы оба мне совсем не нравитесь, — заявил Нейт.
— Ты приготовил нам бекон.
— Это не значит, что вы мне нравитесь.
— Определённо казалось, что нравимся, — настаивала она. — Если ты даришь кому-то что-то настолько хорошее, это должно что-нибудь значить. Ты не можешь просто подарить кому-то подарок, не испытывая при этом никаких чувств.
— Это был всего лишь завтрак.
Алекс присел перед девочкой на корточки.
— Всё будет хорошо, — заверил он, не глядя на Нейта. — Мы найдём другое место. И я знаю, что вода холодная, но если мы будем двигаться быстро, то мигом помоемся и сможем снова согреться. И, может быть, там будет даже больше книг. Разных жанров. Всё будет хорошо. Я обещаю.
Это была самая длинная речь, которую Нейт от него слышал.
Он задавался вопросом, не пытаются ли им манипулировать.
Ему казалось, что им действительно манипулировали.
Арт подняла взгляд на Нейта, медленно снимая очки. Её глаза были широко распахнуты, будто она являлась проклятой аниме-принцессой.
Однозначно, манипулировали. Но Нейт считал, что махинации проворачивала только девочка. Алекс не походил на такой тип людей. Он был кулаками, и оружием, и насилием. Он не разбирался в изощрённости.
Но Артемида Дарт Вейдер?
Она была профи в манипуляциях.
И они работали.
— Завтра, — процедил Нейт сквозь стиснутые зубы. — Вы, ребята, можете уйти завтра. По крайней мере, надо дать ей принять горячий душ. Тебе тоже. Но, чёрт возьми, я должен идти мыться первым, потому что это всё ещё моя грёбаная хижина. Вы меня слышите? Я приму душ первым и буду оставаться в нём столько, сколько захочу, так что не ругайте меня за это.
Арт выглядела самодовольной.
Алекс нахмурился.
Нейт чуть не разбил лицо этому придурку.
Вместо этого он повернулся и побрёл вокруг дома обратно ко входу.
Ему показалось, что он услышал смех маленькой девочки.
Рэнди Марио По́ффо — американский рестлер и комментатор, известный под именем «Мачо Мен» Рэнди Сэвидж. Те́рри Джин Болле́а, более известный как Халк Хо́ган — американский рестлер, актёр, телеведущий, предприниматель и музыкант. Он считается самой узнаваемой звездой рестлинга во всем мире и самым популярным рестлером 1980-х годов. Хоган с Сэвиджем сначала дружили, но поссорились и стали друг друга ненавидеть, превратившись из друзей в заклятых соперников. Проныра Вилли — прозвище Билла Клинтона (42-й президент США, занимавший должность в 1993–2001 годах), которое иногда использовали его оппоненты. Рональд Рейган — 40-й президент Соединённых Штатов Америки, занимавший должность в 1981–1989 годах.
Глава шестая
