совсем немного по ней скучал.
— Да.
— Хорошо. Итак. Первый вопрос. Почему Орегон?
— У моих родителей был здесь летний коттедж. Они оставили его мне в наследство.
— И когда ты об этом узнал?
— Пару недель назад.
— Где именно в Орегоне?
— Недалеко от Розленда. Рядом с озером Гершель.
— Звучит живописно и совершенно ужасно. Я всё это записываю. Разум уже не тот, что раньше. Не хочу ничего забыть на тот случай, если мне понадобится отправить свою толстую задницу в самолёт, чтобы выследить тебя.
Нейт мудро промолчал.
— Озеро… Гершель. Теперь, поскольку я знаю, чёрт побери, абсолютно всё об Орегоне, могу предположить, что это местечко в какой-то глуши, и ты окружён деревьями, природой, птицами и прочим дерьмом.
— Это… подходящее описание.
Потому что да, прямо в этот самый момент он сидел в глуши, окружённый деревьями.
— Ты подался в хиппи? Решил достичь единения с природой? Вкалываешь на какой-то неведомой конопляной плантации и пытаешься снова найти себя, потому что потерялся?
Он улыбнулся вопреки собственной воле.
— Нет, Рут.
— Ты же знаешь, как я отношусь к хиппи, выращивающим травку.
— Знаю.
— Проклятые уклонисты.
— Ты мне это уже говорила.
И много раз. Даже без какой-либо провокации с его стороны.
— Ты в безопасности?
И почему из великого множества вопросов она выбрала совершенно для неё несвойственный. И тогда он заколебался.
— Да.
Конечно, она это заметила.
— Ты в этом уверен?
— Мне… так кажется. Всё… сложно.
— Ну так упрости.
— Мне нужно, чтобы ты нашла для меня информацию об одном человеке.
— Да?
— Да.
— Ну выкладывай.
— Алекс Дельгадо. Ему… сорок. Морской пехотинец. Может, в отставке. Но знаешь, как говорят, однажды морпех…
— Морпех навеки, — согласилась она. — Пожалуйста, скажи мне, что я не собираюсь заниматься поиском информации о ком-то, кого ты хочешь трахнуть.
— Боже мой.
Рут его проигнорировала.
— Потому что если это так, то должна сказать, что чертовски умно использовать таким образом свои связи. Может быть, это немного предосудительно, но осторожность в подобном вопросе лишней не бывает.
— Ради всего святого, Рут!
— Я должна была спросить. Так ты не хочешь его трахнуть?
— Нет!
— Хмм. Ладно, я отстану. Пока что. Почему я собираюсь искать что-то об этом мужчине?
— Просто… он здесь. В коттедже. И он… другой. С ним что-то не так. И я не могу понять что. С ним девочка. Я думаю, что она его дочь, но…
— Но…
— Не знаю! — выпалил он раздражённо. — Всё в этих двоих слишком мутное. И это меня бесит.
— Значит, вместо того, чтобы спросить, ты берёшь и действуешь у них за спинами, звоня мне с просьбой нарыть для тебя компромат.
— Да. Точно. Именно так.
— Я одобряю, — заявила она. — Но если ты считаешь, что этой маленькой девочке угрожает опасность, тебе нужно позвонить в полицию. Лучше совершить ошибку, поступая правильно. После ты всегда можешь извиниться. Нельзя рисковать, особенно если вовлечены дети.
«Он мой Алекс. На Земле нет никого, с кем бы я хотела ещё быть».
— Не думаю, что она в опасности, — признал Нейт. — Но если это изменится, я сделаю всё, что в моих силах. Обещаю.
— Хорошо. Это займёт несколько дней. Я не могу просто так взять и всё бросить, потому что ты, наконец, решил мне перезвонить.
— Знаю. Мне жаль. Просто… мне пришлось уйти. Я должен был уехать.
— Тут… — Она вздохнула. — Ходят слухи, понимаешь?
— Знаю.
— Они правдивы?
— Зависит от того, что в них говорится, я полагаю.
— Сауна, — произнесла Рут сухим, словно пыль, голосом. — Женатый младший сенатор. Ты используешь его как своего информатора, но при этом с ним трахаешься.
— Хорошо. Тогда слухи правдивы.
Она присвистнула:
— Хитрая собака.
— Это не то, чем я горжусь.
— Да, думаю, что не гордишься. Жена раздобыла фотографии, да?
— Наняла частного сыщика. Я не догадывался, что за нами следят.
— Как долго это продолжалось?
Конечно, она не могла об этом не спросить.
— Три месяца.
— Господи, Нейт.
— Знаю.
— Я бы тоже уволила твою жалкую задницу.
— После того, как выбила бы из меня всё дерьмо.
— Чертовски верно. Тебе повезло, что я не узнала обо всём до твоего отъезда из Вашингтона. Что ты теперь будешь делать?
Нейт пожал плечами, хотя она и не могла его видеть.
— Не знаю. Для того и существует Орегон. Чтобы проветрить голову.
— А теперь ты звонишь мне по поводу большого, плохого морпеха по имени Алекс Дельгадо.
— Всё не так.
— Конечно, малец. Раз ты так говоришь.
— Всё не так.
— Мне срать, если ты лжёшь самому себе. Но не лги мне. Это единственное моё предостережение. Я не буду настаивать, но я такого отношения не заслуживаю, Натаниэль.
Он выдохнул.
— Отлично.
— Я перезвоню тебе, когда смогу.
— Если я не возьму трубку, то это потому, что у меня плохо ловит связь здесь, в горах. Просто оставь мне сообщение, и я тебе перезвоню.
— Как ты перезвонил мне после восьми сообщений, которые я оставила до этого, да?
— Ты знаешь, что ты моя единственная девушка, Рут.
Она фыркнула.
— Не пытайся использовать на мне эту очаровательную чушь, Нейт. Оставь это твоим женатым сенаторам. — Она сделала паузу, обдумывая. — Или твоим морпехам.
— Он не мой…
— Я перезвоню тебе, когда что-нибудь выясню. Но помни, если этой маленькой девочке будет нужна помощь, ты ей поможешь. Не позволяй ничему тебя остановить. Дети — самое дорогое, что есть в этом мире. Им нужен кто-то, кто будет сражаться за них, когда они сами не могут бороться за себя. Ты меня понял?
Лес вокруг него ожил.
— Да, мэм.
— Хорошо. — Её голос смягчился. — Береги себя, ладно?
Глаза Нейта слегка жгло. Он очень по ней скучал.
— Спасибо, Рут. Ты тоже.
Телефон пиликнул ему в ухо.
Нейт просидел на обочине в своём пикапе ещё двадцать минут, прежде чем принял решение. Он развернул автомобиль и направился обратно в гору.
«Чикаго Буллз» — профессиональная баскетбольная команда, базируется в городе Чикаго, штат Иллинойс.
Глава седьмая
Нейт почти сразу же пожалел о своём решении.
Алекс ждал на крыльце, наблюдая за пикапом.
Он был одет. Снова в джинсы и фланелевую рубашку, что… слава богу. Нейту не нужно было отвлекаться. Да, Алекс был… привлекательным. Но Нейт не хотел даже думать об этом. Прежде всего из-за того, что многое о нём было неизвестно. Абсолютно всё, на самом деле. Добавьте к этому тот факт, что Алекс с большей вероятностью убьёт Нейта, чем посмотрит на него как-то иначе, нежели чем с неприязнью. Времена, о, они менялись, но из-за своей ориентации Нейт несколько раз
