Что сделалось с пауком! Его раздуло, а потом, наоборот, сжало, он издал жалобный писк, зелёные глазища вылезли из орбит, но вскоре сделались неподвижными и какими-то тусклыми. Одновременно замерло, прекратив агонию, и страшное туловище.
Поставить диагноз не составляло труда: с уродцем случился банальный передоз. А не хрен злоупотреблять! И наркотиками, и положением. Не успел я порадоваться избавлению, как услышал над головой рокот. Задрал голову и мысленно сплюнул: прямо надо мной завис аквалёт мардака. Он всё ещё пыхтел выхлопом, движок работал с перебоями, а из окна, оскалившись, выглядывало, направив на меня бластер, волосатое чучело. В задней части аппарата, скрипнув петлями, открылся вместительный люк, из него свесилась верёвочная лестница.
– Давай! Лезь! – на ломаном человеческом велел мардак.
– Хрен тебе! – выкрикнул я. На первый взгляд, поступил опрометчиво. Но если вдуматься всё равно ведь как сдохнуть – от рук обезьяны или палача Чернятински. Я уже не сомневался, что нечёсаный примат – есть наймит бывшего шефа безопасности.
– Не зли меня! – угрожающе прорычал мардак, ствол его бластера дрогнул.
На меня, – вероятно, это произошло из-за только что пережитого стресса, – напал такой пофигизм, какого я за свою жизнь не испытывал. Весь накопленный негатив вылился в незамысловатую реплику, в которой не осталось место воспитанности.
– Идите в жопу! – выкрикнул я, подписав себе смертный приговор.
С поразительным спокойствием я наблюдал за тем, как лазерный прицел замер у меня на груди, как в предвкушении моей кончины оскалилась обезьянья морда. В этот критический момент из болота вырвался столб воды, гулко ухнуло, аквалёт вместе с мардаком и бластером разорвало взрывом. Инстинктивно я упал, прикрыв голову руками.
Когда всё утихло, расслышал тихие шаги, приподнял голову – возле моего лица расположились босые пенальские лапы, и знакомый голос проквакал:
– Надо бы содрать с тебя неустойку, но, принимая во внимание мою природную скромность и бескорыстность, ограничусь пятерным тарифом, утроенным на двойной коэффициент плюс комиссионные за моральный ущерб.
Таксист! Усохни моя душенька таксист! Живой и невредимый! Я вскочил и, не веря глазам, принялся ощупывать жабоида.
– Эй-эй, поаккуратней, – отмахиваясь четырьмя руками, квакал таксист, – я не ханжа, но если у тебя плохо с ориентацией, надо ж предупреждать!
– Ты как живой? – ущипнув напоследок за зелёный живот, спросил я.
– Капсула! – пояснил пеналец, указав за спину. Я присмотрелся, возле берега покачивася сигарообразный предмет.
– И ты вот на этом… – я указал на посудину.
– Ну да, ты выпрыгнул, а я катапультировался.
Я нахмурился, вот, значит, как. Оказывается, аквалёт оснащён средствами безопасности, только рассчитаны они на водителя, а вот на пассажиров – не рассчитаны. Нечего сказать, хорошенький сервис, просто пять звёзд! Вот выберемся, обязательно пожалуюсь в их профсоюз, подробно опишу, как обходятся с клиентами!
– И как же ты теперь без…
– Без драндулета этого? – ухмыльнулся жабоид. – Туда ему и дорога, – он беспечно махнул двумя лапами. Не понимаешь? – заметив на моём лице недоумение, спросил прохиндей. – Страховка! – воздел он зелёный палец.
Ах вот оно что, старый рыдван был застрахован, и теперь этот жук жаждет получить компенсацию.
– Кстати, ты должен подписать свидетельский протокол, – сообщил он. Я снова кивнул, после того, как таксист меня спас, я готов подписаться в чём угодно. Хоть в том, что он – принц датский.
Между тем совсем стемнело, раздалось отчётливое шипение, один в один повторявшее шипение страшного паука, которого я закормил дурью.
– Ты слышал? – я посмотрел на таксиста.
– Н-да, – ответил тот полушёпотом, – лучше поскорей смыться.
– Смыться? На чём?
– За мной! – буркнул на бегу пеналец, я поспешил следом.
Капсула, о которой говорил жабоид, представляла из себя прозрачный цилиндр, настолько узкий, что уместиться в нём мог только один.
– Лезь! – велел таксист, я послушался, кое-как пристроившись на дне.
– А ты? – я едва смог повернуть шею, мешала панель с кнопками и маленьким рычажком.
– Я тоже, – квакнул жабоид.
Ужасная догадка только начала оформляться в моём мозгу, как это земноводное недоразумение плюхнулось мне на спину и захлопнуло крышку цилиндра. Зелёные лапки пробежались по кнопкам, тронули рычажок, цилиндр сорвался с места в тот самый момент, когда паучьи когти царапнули по обшивке.
Глава 8
Я едва мог дышать, не только от того, что меня придавили, запах от пенальца напоминал запах нестиранного носка, который уже может стоять самостоятельно, без чьей-либо помощи. Странно, но раньше я подобных ароматов не ощущал, вероятно, пенальцы пахнут только когда испытывают стресс.
– Послушай! – прохрипел я. – Как тебя звать?
– Квинкер! – квакнули над ухом, жабоид расположился брюхом на моей спине. Мало того, что мне было тесно, подобное положение казалось унизительным и давило на самолюбие. Впрочем, не мне привередничать, меня ведь снова спасли. Поэтому вместо того, чтобы возмущаться, я просто спросил:
– Далеко ехать?
– Если снова не нападут, часа полтора.
О господи, нет! Лучше бы меня утопил Винц. Или прикончил мардак, это было бы гораздо гуманнее.
Не знаю, как мне удалось выдержать, но наступил долгожданный момент, когда мы причалили. Послышался скрип крышки, таксист освободил мою спину, которая онемела и не чувствовала практически ничего. Кое-как я смог выбраться из капсулы, голова гудела, ноги ныли. Зато моё обоняние наслаждалось запахами, отличными от того, что ему пришлось пережить за последнее время. Я снова глянул на капсулу и не мог поверить, что там могли разместиться двое.
– Ты как?! – меня хлопнули по плечу. Я обернулся, Квинкер улыбался как ни в чём ни бывало. Вероятно, его наш совместный вояж не особенно утомил.
– Спасибо, хреново, – честно признался я, потирая затёкшую шею.
– Тогда пошли! – пеналец махнул зелёной лапой.
– Куда?
– Туда, откуда мы улетели!
Только сейчас я смог рассмотреть местность. Мы стояли на краю болота, кроме аварийной капсулы, возле берега покачивались ещё пару утлых судёнышек. Чуть поодаль виднелось гигантское сооружение, в котором я узнал космопорт, тот самый, куда я причалил на звездолёте.
– Слушай, мне бы переодеться, – я оттянул комбинезон, демонстрируя его плачевное состояние, – и помыться бы не мешало.
– Не вопрос! – кивнул таксист-пулемётчик и направился к одноэтажному строению, расположенному неподалёку.
