— С чего все началосъ, черт побери? — Он пытался говорить грубо, но в его голосе звучала боль.
— Не знаю, — честно призналась Розмари, — когда ты начал говорить о своем материале… о науке и всем таком, я… я…
— Ты что? — потребовал Уиллис.
— Я только…
— Что ты только?
— Я только почувствовала… — Она потупилась, не зная, как объяснить свои чувства.
— Что ты почувствовала? — выкрикнул он почти с раздражением, словно не хотел слышать ее слов. — Черт возьми, Розмари, что ты почувствовала?
Она беспомощно пожала плечами.
— Я возбудилась.
— Что ты сделала?! — с ужасом переспросил он.
— Возбудилась. Может, ты не понимаешь, Уиллис, но ты чертовски сексуален. Я хотела…
Розмари захлопнула рот, прежде чем выпалила свое истинное желание. Она взглянула на его лицо и остановилась.
Уиллис смотрел на Розмари так, словно видел ее в первый раз. Он улыбался, но веселья в его усмешке было не больше, чем солнца в ночном небе над Эндикоттом.
— Розмари, это просто смешно. Ничего из того, что я говорил, вовсе не сексуально, не говоря уже о том, что ты не поняла ни слова.
Розмари прижала руку к губам, ощущая, как краска заливает ее лицо. Все, чего она хотела, — провалиться сквозь пол чердака. Потом сквозь пол второго и первого этажей, сквозь фундамент дома, сквозь кору Земли, к раскаленному ядру планеты, которое выжжет наконец ее глупые чyвства к Уиллису Рендому.
Уиллис же продолжал:
— Мне кажется, большинство людей в состоянии понять, что такое угловое ускорение и гравитация, но не ты, Розмари. — Он отошел к телескопу,взял свои очки и тороплиио водрузил их на нос. — Не думаю, чтобы ты когда-нибудь…
— Хватит, Уиллис, — отрезала Розмари. — Можешь не продолжать. Мне известно, что я дура.
Она развернулась к нему спиной и со всем достоинством, которое у нее осталось — а его осталось не так уж и много, — двинулась к выходу с чердака, который обещал ей спасение от позора.
— Постой, Розмари, — окликнул ее Уиллис. — Я не имел в виду, что ты… — его голос прервался на полуслове.
— Нет, ты имел в виду именно это! — Розмари круто развернулась к нему, моргая от слез. — А это слово, которое ты не можешь произнести, — «дура».
— Нет, Розмари, клянусь…
— Иди ты к черту! — рявкнула Розмари. — Ты считал меня дурой в школе, ты считаешь меня идиоткой по сей день. Ты всегда будешь думать, что я глупая, вне зависимости от того, что я говорю. Будь ты проклят!
На ходу глотая слезы, Розмари сбежала по лестнице, залетела в спальню, бросилась на кровать и натянула на голову одеяло.
Она не идиотка. Нет! Но для Уиллиса Рендома она навсегда останется безмозглой курицей. Проклятье! Как она умудрилась влюбиться в человека, который видит в ней претендентку на трон королевы глупости?!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Розмари избегала Уиллиса в течение тридцати семи часов, сорока двух минут и восемнадцати секунд. Она встретилась с ним только потому, что он поймал ее в ловушку в ее же собственной спальне. Розмари собиралась на свадьбу Энджи — о Господи, на свадьбу Энджи! — когда в дверь комнаты тихо постучали.
— Розмари, — мягко позвал Уиллис.
Мгновенье Розмари колебалась. Если она сумеет промолчать сейчас, то сможет навсегда выбросить Уиллиса из головы. Но в ту же секунду Розмари вспомнила о ночных поцелуях и объятиях на чердаке. Нет, она не способна забыть Уиллиса.
— Розмари, — окликнул он немного громче.
— Что?
— Я хочу поговорить с тобой.
— О чем?
— О нас.
Розмари сглотнула и с ненавистью уставилась в зеркало. Самое худшее, что от перспективы встречи с Уиллисом она залилась розовым румянцем. Розмари стояла в желтом нижнем белье и видела, как предательский жар охватил каждый дюйм ее тела.
Независимо от того, что скажет Уиллис, независимо от того, сколько раз он извинится, Розмари не собиралась прощать его.
— Нам не о чем разговаривать, — повернулась Розмари к дверям. — Уходи.
— Нам надо многое обсудить, — возразил Уиллис. — И учти — я не уйду, пока не поговорю с тобой.
— Премного благодарна, Уиллис, но я сыта по горло твоими оскорблениями. Я не собираюсь выслушивать новые. Уходи!
— Мне жаль… — начал Уиллис голосом, полным раскаяния.
Розмари почувствовала, как рушится ее железная решимость. Она собрала в кулак остатки воли и твердо ответила:
— Этого мало, Уиллис.
— Розмари, прошу, выслушай меня. Я все тебе объясню.
— Что ты мне объяснишь? Что не можешь оставить меня в покое? Что не можешь простить слова тринаццатилетней давности, сказанные глупой девочкой? Или ты хочешь объяснить, почему не можешь заниматься любовью с женщиной, чей интеллектуальный уровень ниже твоего?
— Нет, — убито произнес Уиллис. — Я хочу сказать, что не могу позволить себе увлечься красивой женщиной, пока не завершу свою работу.
Розмари с подозрением посмотрела на дверь. Красивой? Уиллис назвал ее красивой? Розмари медленно подошла к дверям.
— Значит, по-твоему, я красивая? — переспросила она, кляня себя за то, что требует доказательств от Уиллиса.
Мгновение он молчал. Потом Розмари услышала тяжелый вздох.
— Да.
Великолепно! Уиллис сделал ей комплимент. Как быть? Возможно, она осудила Уиллиса слишком поспешно. Наверное, стоит выслушать оправдания, дать еще один шанс. Что она теряет, в конце концов?
Что теряет? Розмари возмутилась. А как на счет чувства собственного достоинства?
— Подожди минутку, — сказала она. — Я сейчас оденусь и выйду.
Розмари слышала, как Уиллис молча отошел от двери. Она быстро вернулась к гардеробу, выдернула из него бледно-желтый льняной сараФан и торопливо примерила. Подойдет. Ее пальцы дрожали, пока она возилась с большими белыми пуговицами.
Розмари заставила себя остановиться и глубооко вздохнуть. Это всего лишь Уиллис. Парень, которого она знает полжизни. Парень, которого она однажды швырнула в озеро. Так почему сейчас она боится его? Потому, что он красивый, сексуальный и весит в два раза больше, чем она? И потому, что его коэффициент интеллекта тоже в два раза больше ее? Потому, что он фантастически целуется и в его руках она плавится, как воск? А не потому ли, что он оттолкнул ее за секунду до пика наслаждения?
Господи, чего она испугалась? Разве может быть хуже?
Розмари скользнула в туфли под цвет платья, вдела в уши маленькие золотые колечки и позволила дюжине тонких золотых браслетиков игриво позвякивать на левом запястье. В довершение она слегка подушилась и провела расческой по непослушным завиткам волос.
Розмари бросила последний взгляд в зеркало и фыркнула. Что ж, теперь она выглядит одетой волне интеллектуально.
