некоторые пары отходят от столиков, чтобы потанцевать. Лекс хмурится, хочет уйти, но люди не торопятся расходиться. Наоборот, встают кучнее, образуя группы. Хочется выть, словно зверь, загнанный в ловушку, в тупик.
— Сергей! — Раздается громкий бас и к их столику подходит еще одна семья.
Супруги и молодой мужчина, скорее всего сын.
Родители улыбаются, прекращая диалог в кругу их столика.
— Добрый вечер, давно не виделись, Павел — улыбается глава семейства. — Как поживаете?
— Вот решили развеяться. Сын вернулся из штатов, решили выйти в свет.
Мужчины пожали друг другу руки. Женщины с улыбками кивали. Лекс стояла отрешенно, с натянутой улыбкой, глаза бегали по толпе, ища просвет из тел, чтобы выйти.
— Я слышал, что и твоя дочь вернулась из Америки.
Словно пощечина ударила и брюнетка замерла, сосредотачивая взгляд на семействе.
— Верно, Алексия вернулась на пару недель, на свадьбу брата, — отчим стойко выдержал слово «дочь» и виду не подал, как внутри передернуло. Он рукой показал на девушку, проехался хмурым взглядом и отвернулся. Вновь прибывшие с интересом начали разглядывать, словно диковинную зверюшку. Лекс поежилась.
— Вот как, — с улыбкой проговорил молодой мужчина, — могу ли я пригласить на танец? У нас, оказывается, есть общие интересы. Тем более играет моя любимая композиция.
— Нет! — в ужасе воскликнула брюнетка, инстинктивно делая шаг назад, упираясь в сильную мужскую грудь. Делает шаг в безопасность.
Глава 10. Три минуты
Все переводят удивленные взгляды на брюнетку, у которой в панике расширились зрачки, а сердце в груди бешено стучит. Она не выдержит прикосновение незнакомца. И ей совершенно наплевать на сердитый взгляд отчима, который уже сотню раз уничтожил мысленно за каких-то несколько секунд.
— Прошу простить, но Алексия обещала танец мне. Сами понимаете, четыре года не виделись с сестрой.
На помощь неожиданно приходит Андрей. Лекс совсем растерялась от внезапной помощи. И помощь ли это вообще? Родители недовольно смотрят на молодого мужчину, который уже отошел от своей невесты.
— У ваших детей отличные взаимоотношения, хоть они и сводные, — с улыбкой замечает незнакомый мужчина. — Похвально.
Родители натянуто улыбаются. Знал бы всю историю этих взаимоотношений, то ужаснулся бы. Насколько все грязно. Мелькает в головах четы Платоновых.
А у Лекс все в замедленной съемке. Она внимательно смотрит на сводного брата, как он приближается и не знает, как реагировать. Волнительно. Страшно. Интересно. Но она чувствует еще кое-что, совершенно непонятное, выбивающее из колеи. На ее талии появляется сильная мужская рука. И именно она заставляет что-то внутри перевернуться. Тис прижимает к себе и в этом жесте нет ничего, чтобы говорило «мое, никому не трогать», только беспокойство и желание отгородить.
Андрей видит все это и хмурится, интерпретировав по-своему. Ревность, неожиданно заполняет легкие. Губы вытягиваются в тонкую линию. А в голубых глазах, штормовое предупреждение. Он молнией стреляет в сторону лучшего друга, встречаясь с абсолютным спокойствием. Андрей протягивают руку и ждет, когда в ней окажется тонкая и нежная ладонь сводной сестры.
Девушка не произвольно спиной вжимается сзади стоящего мужчину. У нее так быстро бьются сердце, что, кажется, Мстислав может почувствовать его ритм своей грудью. В голове много мыслей. Там вообще кавардак, граничащий с безумием. Лекс трудно разобраться в себе и выделить, хотя бы одну эмоцию. Их там целый вихрь. Они сметают ее душевное равновесие. Она чувствует на себе взгляды, они неприятно давят. Напряжение искрится, все ждут, что будет дальше. Тревожно.
Хочется плюнуть на все, прорваться через толпу людей и сбежать из этого места, ситуации, давления. Но знает, что не сможет. Она запаникует сразу же как отлипнет от безопасного места рядом с Мстиславом.
Секунды идут. Напряжение возрастает, как и ее беспокойство. Но тут через весь спектр подавляющих эмоций вырываются самые страшные. Желание и любопытство.
Алексия хочет прикоснуться к когда-то любимым рукам. Почувствовать тепло когда-то родного тела. Хочет побыть рядом. Хочется почувствовать себя живой в его объятьях. А еще ей любопытно. Что будет дальше? Знает, что родители будут в бешенстве. Но что же будет с ней? Какие эмоции почувствует? Такие же, как тогда?
В мгновение все замирает. Звуки. Люди. Эмоции. Женская рука медленно и неуверенно, поднимается. Касается. Вздрагивает тело. Карие глаза видят, как выдыхает мужчина. И она снова будто начинает дышать. Дрожь. Волнение. Облегчение. Внутри все переворачивается, а сердце. Это чертово сердце. Танцует. Выстукивая свой собственный ритм. Мужчина крепче сжимает ее пальцы. И они тут же начинают приятно покалывать.
Она касается его. Чувствует ток. Он сосредоточен на кончиках пальцев, потихоньку расползаясь по всему телу. Лекс кажется, что она не дышала все эти четыре года. Будто ее замуровали в бункер, где она ничего не видела и не слышала. А сейчас все ярко. Да так, что хочется кричать от восторга.
Но через всю эту пелену. Алексия чувствует еще кое-что волнительное. Рука, которая все это время лежала на талии, исчезает, как и тело. Мстислав отступает от нее, теперь не прикасается. Отнимая безопасное место. Будто толкает в пропасть. Ей некомфортно от этого. Яркость момента от касания с когда-то любимым человеком меркнет.
Алексия делает неуверенный шаг. Получая в ответ нежность в глазах и теплую улыбку. Противоречивые чувства одолевают. Мучают. Ей хочет побыть с Андреем рядом. Почувствовать его прикосновения. Утонуть в нем. Но ей так же не хочется уходить от Мстислава. Ведь рядом с ним безопасно и спокойно. Она делает несколько шагов рядом со сводным братом, а мысли отчего-то тянутся к оставшемуся мужчине около столика. Хочется обернуться. Посмотреть на него.
