изящно протянула руку для поцелуя.
Как истинный дворянин, герцог сперва автоматически склонился к ее руке, а лишь затем заговорил:
— Приношу свои извинения, что разочаровываю, но нет, я герцог Викторф, к вашим услугам, миледи?..
— Леди Зоуи Крантерлот, герцог. Приятно познакомиться, — она слегка покраснела и затрепетала ресничками.
Я чуть не расшибла себе лоб фейспалмом. Вот дурочка, нашла кому глазки строить!
— Герцог явился обыскивать наш дом на предмет улик, — решительно оборвала я романтичную атмосферу.
Зоуи взглянула на меня удивленно, а потом состроила на лице выражение полного незамутненного восторга:
— Ах, вы, герцог на досуге подрабатываете сыщиком? Вы решили найти убийцу моего отца? Как благородно! — она прижала ручки к груди и говорила с придыханием.
Герцог явно не ожидал такого напора и немного смутился:
— Эм... я...
— Вы, наверное, хотели бы обыскать кабинет моего покойного мужа? Идемте, — предложила я строго, указывая рукой на выход.
— Кабинет? Зачем? Вы полагаете, отца убил кто-то знакомый? Думаете, что бандитское нападение было подстроено? — Зоуи шла за нами, будто привязанная, продолжая сыпать предположениями.
Фло и Трис тоже с удовольствием присоединились бы, но хватило одного строгого взгляда, чтобы они поняли, что любопытство тут не к месту, а вот с Зоуи было сложнее — она намеков понимать не собиралась, да и фактически являлась хозяйкой дома.
— В некотором смысле, — хмуро ответил девушке Викторф, цепко оглядывая все вокруг.
Я проводила его в кабинет, который в последнее время считала уже своим, раскрыла все ящики:
— Пожалуйста, ищите свои доказательства.
— В счетах? — удивилась Зоуи и только тут посмотрела на Викторфа с некоторым подозрением. — А что именно вы ищите?
Герцог, уже закопавшийся в бумаги, выпрямился и серьезно посмотрел на девушку:
— Доказательства того, что маркиз Крантерлот был мошенником!
— Как вы можете! — ахнула Зоуи, некрасиво краснея, — это поклеп! Провокация! Вы хотите очернить память о моем поконом отце?! — она не сдержала эмоций и с каждой фразой голос ее становился все выше, пока не перешел на противный фальцет, отдающийся неприятными ощущениями в голове.
— Зоуи, я думаю, мы не должны мешать работать министру финансов, у него есть приказ, — примирительно произнесла я.
— И вы на его стороне?! Предательница! — взвизгнула девушка, глядя на нас обоих, как на врагов.
Викторф тем временем действовал четко и быстро, явно он в своем министерстве не только за столом сидел. Он поверхностно просмотрел бумаги, отсортированные по типам и, не найдя их интересными, принялся за обыск кабинета. Каково же было мое удивление, когда он отодвинул одну из картин, за которой обнаружился сейф.
— Код? — спросил он с хищной усмешкой.
— Я не знаю, — развела руками.
— Ни за что не скажу! — Зоуи по-детски надулась и скрестила руки на груди.
— Вы обязаны открыть его, иначе это будет нарушением королевского приказа. А нарушение приказа, подписанного лично королем, — это предательство, а значит лишение титула, дворянской чести и ссылка на границу обитаемых земель, юная леди, — жестко напомнил Викторф.
— Вы не посмеете так со мной поступить! — испуганно ахнула Зоуи и покосилась на меня.
— Просто скажи ему код от сейфа, — тяжело вздохнула я. — Если веришь в то, что твой отец не виноват, то нам нечего скрывать.
В Зоуи явно боролись два противоположных желания. Она любила отца и пыталась ему верить, но реальность... он не был идеальным родителем. И она, конечно, хотела защитить его память, но...
— Я верю, что отец ничего плохого совершить не мог. Если он и выписывал неподтвержденные чеки, то только потому, что ошибался в расчетах. Ему просто нужно было чуть больше времени, чтобы погасить долги, — произнесла Зоуи.
— Код, — напомнил Викторф.
И девочка сдалась. Четыре цифры — день ее рождения, заставили меня тяжело вздохнуть. Все же и отец ее очень любил, хоть и был козлом. Герцог легко набрал код на панели с помощью поворотного механизма, похожего на старый телефон, и распахнул дверцу. Матильда никогда не была свидетельницей того, как открывали этот сейф, поэтому и я не сдержала удивленного аханья.
Внутри сейфа на стопках каких-то коробок и бумаг стояли, поблескивая гранями, хрустальные туфельки.
Глава 21
Хрустальные туфельки стояли на специальной деревянной подставке, Викторф небрежно переставил ее на стол, и солнечный свет заиграл на гранях, переливаясь радужными искрами, будто на бриллиантах. Ни герцог, ни Зоуи не высказывали никакого удивления этой находке. Следом за туфельками на стол были выложены какие-то обитые бархатом коробочки.
Но все это Викторфа не интересовало, он с победным возгласом зарылся в папки с бумагами, которые лежали подо всем этим добром.
У меня в голове не укладывалось, почему эти туфельки уже в доме. Как такое могло случиться? Разве фея не должна их дать Золушке только перед балом?
— Что это? — не сдержала вопроса я и протянула руку к сверкающим, будто чистейшие из бриллиантов, аккуратным туфелькам.
— Не трогайте, — оборвала меня Зоуи и аккуратно отодвинула подставку с туфлями подальше от края стола и от меня. На меня она покосилась возмущенно-пренебрежительно, а вот на свои сокровища — с гордостью. — Это наследие рода маркизов Крантерлотов, подарок фей!
Что? Может, это не история Золушки, может, это — ее потомки, раз туфельки уже подарены?
— Как и у многих дворян, — насмешливо хмыкнул Викторф, на миг оторвавшись от бумаг. — Бесполезные артефакты, потерявшие свою силу от времени.
— Вот и не у многих! — возмутилась Зоуи. — Только самые сильные и древние рода королевства сохранили подарки фей. Если вы не чувствуете их магическую ауру, это нормально, только наследники рода могут ее ощутить, — она протянула руку и почти коснулась туфелек, но в последний момент все же отдернула палец.
— Или они, выращенные на старых легендах, просто обманывают себя, — скептически добавил герцог.
Зоуи обидчиво надулась, и я поспешила встрять, мне хотелось больше узнать о находке:
— Они прекрасны, — девушка чуть растаяла и приосанилась. — Только не представляю, как в них ходить, они же, наверное, твердые.
— Вот деревенщина безграмотная! Это же артефакт, туфельки не предназначены, чтобы в них ходить! — возмутилась Зоуи.
— Чудесное воспитание, — буркнул Викторф.
Я почувствовала, что краснею, но при посторонних не стала устраивать конфликт. И тема туфелек
