— Не-а, — покачал головой мальчик, — полковник Кристиан добрый вампир, он нас обижать не будет, он нас будет защищать как тогда от тех злых вампиров. Ты не прогоняй его, он хороший, мамочка, мне с ним весело играть.
Неделя за неделей Аннет внимательнее присматривалась к полковнику. Всё чаше ей вспоминалось, как он смотрел на неё, когда сказал, что он «обычный мужчина». В тех словах, в том взгляде было что-то такое, чего Аннет давно не чувствовала на себе.
Как-то в конце недели глава администрации Колин Темпл пригласил её на выходные съездить в Лондон, поужинать в ресторане. Но Аннет, сослалась на то, что должна остаться с сыном, и Темпл спешно ретировался. Все свои поступки Аннет оправдывала благом для своих детей. А Мик вечерами только и говорит, что о полковнике Кристиане.
— Вот если бы у меня был такой папа как полковник… — как-то обронил Мик.
Аннет запали в душу эти слова. Уложив сына спать, она ещё долго слонялась по пустым коридорам корпуса, не в силах унять водоворот мыслей, пока в фойе не столкнулась с полковником Кристианом. После пары дежурных фраз и вопросов наступило неловкое молчание. Аннет не знала, как лучше сказать, что она чувствует, и просто опустила глаза в пол. Но внезапно, она почувствовала, как её рука оказалась в широкой ладони полковника. Она подняла глаза — ласково глядя на Аннет полковник целовал ей руки.
Всё закрутилось и быстро и ожидаемо. Она ведь взрослая женщина, к чему долгие объяснения. В его комнату Аннет позволила внести себя на руках — покойный муж никогда такого для неё не делал. Долгие поцелуи, осторожные объятья и неспешное разоблачение. Может со стороны полковник и казался угрожающе сильным, коим и был на самом деле, но не с ней. Большой и нежный, ласковый и аккуратный, он делал всё, чтобы не спугнуть Аннет, но в панике она чуть было не отстранилась, увидев и ощутив под пальцами его обнаженные руки:
— Откуда такие шрамы? — в испуге вопросила она. — Это ведь не собака покусала.
— Не собака, — подтвердил он. — Тебе неприятно?
Аннет отрицательно помотала головой. Полковник ничуть не обиделся на её реакцию, а значит, у них все будет хорошо и сегодня и завтра и всегда.
Отныне после окончания каждого рабочего дня полковник Кристиан и Аннет Перри появлялись вместе и обязательно под руку. Их отношения всесильный глава оперативного отдела и не думал скрывать, а даже напротив, давал понять Колину Темплу и прочим, что отныне Аннет только его женщина.
Через неделю, когда о романе полковника знал уже весь Фортвудс, Мадлен Бетелл дала согласие Нику Пэлему стать его женой.
Третья Мировая
Глава первая
1979–1980, Сальвадор
На западе Сан-Сальвадора, живя на роскошной вилле, скучала прекрасная альваресса Лили Метц. Её возлюбленный Роберто, которому и принадлежала вилла, сказал, что весь день он будет занят правительственными делами, и потому Лили может развлекать себя самостоятельно.
Они познакомились четыре года назад во Флориде, куда Лили приехала на отдых. Она увидела Роберто на пляже и не смогла отвести глаз от этого красавца. Темноволосый креол с идеальным атлетическим телом, он был пленителен и обаятелен. Сама же Лили никогда не испытывала недостатка в мужском внимании, и потому исход их знакомства был предрешён.
Роберто был майором полиции и происходил из семьи обеспеченных сальвадорских эмигрантов. В его владениях значилась плантация кофе, где трудились две тысячи крестьянских душ. Последнее замечание показалось Лили каким-то анахронизмом и потому быстро забылось. Её не интересовали плантации и крестьяне, только он. Было в Роберто что-то неуловимо странное, некая чертовщинка, придающая ему загадочность и притягательность. И оттого Лили тянуло к нему всё больше и больше.
Четыре года, что они были вместе, пролетели вереницей ярких дней и бурных ночей, периодически прерываемые поездками Роберто в Вашингтон для стажировки в полицейской академии.
Но в итоге Флориду пришлось покинуть и перебраться в Центральную Америку. Роберто захотел вернуться на родину, в Сальвадор, потому как, по его словам, политика и власть изменились, и ему необходимо помочь своей стране. Лили ободряюще поддакивала и всячески поощряла патриотические начинания любимого, ведь это так по-мужски, взять на себя бремя ответственности за судьбу своего народа. А Роберто был мужчиной с большой буквы. Он был офицером.
Но государственная служба в национальной гвардии отнимала у Роберто слишком много времени, слишком мало внимания теперь доставалось Лили. Но она не жаловалась, вилла была шикарной, все её пожелания в самый короткий срок исполняла прислуга. Но ей так хотелось тепла и общения. И Роберто разрешил Лили пригласить в гости свою давнюю подругу, но только если та приедет из Италии со своим кавалеров, ведь к нему у Роберто есть дело. Лили рассудила, что это замечательная идея, ведь пока мужчины будут беседовать о своём, они с Семпронией успеют вдоволь насплетничаться и обменяться новостями.
Когда-то Семпрония очень помогла Лили, открыв ей глаза на то, что в мире есть не только сообщество богатых и знаменитых, но и не менее элитарный клуб альваров, в котором Лили оказалась по воле случая много лет назад, но никогда до этого не пользовалась данными природой привилегиями. Вместе подруги провели веселые послевоенные годы в Аргентине. Тогда Лили узнала многое об альварском сообществе, завязала нужные знакомства и усвоила с десяток необходимых правил. После того, как её пути с Семпронией на время разошлись, Лили дважды побывала замужем и сумела скопить прочное состояние после выгодного развода и вдовства. Семпрония же с высоты своих немалых лет могла позволить себе не волноваться о деньгах, а предаваться с мужчинами удовольствию приятного общения.
Умберто, шестидесяти шестилетний итальянский адвокат, с которым Семпрония приехала к Лили, как опытный полемист, тут же нашел общий язык с Роберто:
— Сейчас коммунисты захватили Никарагуа, — говорил возлюбленный Лили. — Надо предпринимать меры уже сейчас, если мы не хотим, чтобы законную власть Сальвадора точно так же свергли, а страну превратили в тюрьму.
— Ты, конечно, прав, Роберто, — признал адвокат, — но ведь даже с коммунистами можно договориться. Один мой знакомый еще во времена Сомосы открыл в Манагуа филиал своего банка. Сейчас к власти в Никарагуа пришли сандинисты и начали национализировать все банки, а он сумел сойтись с ними в цене, и его филиал оставили в покое. Так что знай, Роберто, и на коммунистов найдется своя цена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
