кругом была какая-то мешанина из людей, нежити, демонов, туманных чудищ.
И среди всего этого великолепия сиял потрясающе красивой, чистой магией Валентайн. Он призывал свои демонические войска, чтобы защитить замок, и, невероятно, но туман отступал под натиском темных сил!
Победа определенно была близка, но какая-то зубастая сволочь проскочила между наступающими и впилась Максу в шею. Парень оторвал дрянь, измочалив ее на несколько нежизнеспособных кусков, но горло было безнадежно разодрано. Он обернулся к кому-то в толпе темных магов и, беззвучно пошевелив губами, рухнул навзничь.
И это подстегнуло меня. Я бросилась к парню, проскочив мимо Макса, Валентайна и Красавчина, и, упав на колени, начала лечить. Глаза у Макса расширились от удивления, а я зло пригрозила:
– Не выживешь, попрошу декана тебя поднять, и сама убью.
Магия лилась легко и быстро, словно здесь был не человек с разодранным горлом, а порез от бумаги на пальце. Минута, две и Макс судорожно вздохнул. А вокруг раздались воодушевленные крики – я обернулась, чтобы увидеть, как Туманная чаща отступала, теряя флору, фауну и обрывки белой мути.
Я поднялась на ноги и огляделась, ища следующего пациента. В паре шагов лежало тело без признаков жизни, но целитель во мне требовал проверить наверняка. Там и была-то всего пара шагов, которые я даже успела сделать, как вдруг мост под ногами покачнулся.
– Николетта! – рявкнул Валентайн, смотря мне за спину. – Живо ко мне!
Даже не знаю, откуда во мне взялось это нездоровое любопытство. Ведьмы заразили, не иначе. Но вместо того, чтобы дать деру, я обернулась.
Туманная чаща все-таки добилась своего – узкая каменная артерия, соединяющая Темнейшую академию с остальным миром, обрушилась, не выдержав крепких объятий ожившей флоры. Древние каменные плиты осыпались под ногами. Я кинулась обратно, но, конечно же, было бесполезно. Шаг, другой и нога провалилась в пустоту.
Я падала с головокружительной высоты в туманное ущелье, и в голове почему-то была всего одна мысль:
«Валентайн меня убьет».
29
Падение казалось бесконечным.
Я падала и падала сквозь белое молоко куда-то спиной вниз. Светлые маги не видят сквозь Туманные чащи, а потому не видно было ни зги и страшно не было. Считается, что при падении с большой высоты люди умирают от разрыва сердца, но мне, наверное, суждено разбиться о камни.
Малоприятная перспектива.
В общем, пока я хладнокровно предавалась панике, где-то надо мной начали раздаваться подозрительные звуки. То ли удары, то ли хлопки, то ли…
Из белого-белого тумана прямо перед моим носом возникла чешуйчатая, клыкастая морда одного подозрительно знакомого и жуть какого недовольного демона. Я сдавленно пискнула, когда это чудовище вцепилось в меня и куда-то поволокло. Даже сначала не поняла куда.
А волокли меня перпендикулярно вверх, видимо, спасая.
Впрочем, далеко отволочь мою тушку не получилось – туман не привык отдавать свою добычу. На нас налетела какая-то мелкая кусучая дрянь, заставив демона зло зарычать. Я, не будь дурой, сама вцепилась в него, как в единственный шанс на спасение. Здесь главное было – не разбиться о камни, а дальше уже как-нибудь разберусь!
Демон, высвободив обе руки, начал отбиваться от нападающей живности. Я впервые в жизни истово молилась Пресветлому за спасение наших душ, или что там у демонов вместо них. Мне даже показалось, что туман над головой начал проясняться, и я приободрилась, как вдруг к фауне присоединилась флора: несколько лиан с молниеносной скоростью метнулись к нам.
С хрустом сломались демонские крылья, и мы начали падать обратно в пропасть.
Мой спаситель зашипел то ли от боли, то ли от злости, как-то перегруппировался и сделал пару странных движений, будто целился при падении.
Он видит?
Но я не могла ни спросить, ни вырваться – меня держали железной хваткой и пару мгновений спустя мы рухнули на землю. От удара у меня выбило воздух из легких, а демон подо мной нехорошо хрустнул. Нас протащило по земле, но он не разжимал рук и не давал полететь кувырком.
Спасал из последних сил.
И лишь когда движение кончилось, расслабил руки. Я подскочила на ноги, готовая бежать теперь уже от демона, но так и не сделала ни шага. И дело было не в том, что ножки дрожали, во рту неприятно ощущалась кровь, а вокруг сплошное белое молоко.
Демон лежал без движения, хрипел и не мигая смотрел на меня.
Глаза в глаза.
И я не смогла уйти.
30
– Ладно, надеюсь, священным пламенем ты от моей магии не загоришься... – пробормотала я, закатывая рукава и медленно приближаясь к демону.
Привычно растерев меж пальцев дезинфицирующую магию, я распростерла ладони над демоном.
Из плюсов – органы у чудовища были такие же и даже располагались в положенных местах.
Из минусов – целого было... мало. И за один раз определенно было не подлатать. На мгновение я задумалась, мысленно сортируя повреждения. Лекари с таким сталкиваются часто, а вот целители практически никогда. Но мне сегодня особенно везет.
Пока я выбирала, за что хвататься, у демона начали закатываться глаза.
– Стоять! – рявкнула я, выплескивая целительскую магию, точно воду из ведра.
Демон распахнул глаза, и я отстраненно заметила какого они удивительно человеческого цвета – зеленого. Я лечила и латала, латала и лечила. Переломанный в нескольких местах хребет, осколок ребра в легком, пробитый череп, отбитые органы, внутреннее кровотечение...
– Ты меня слышишь?..
– Смотри на меня...
– Не отключайся!
– Смотри, смотри на меня!!!
– Слышишь?! Слышишь? Слушай мой голос!!!
Не знаю, сколько прошло времени. Вокруг был белый туманный мрак. Кажется, что-то шуршало или шкреблось рядом, но мой демон скалился, нервно бил хвостом по камням, и все стихало.
– Ну и хватит для начала, – устало выдохнула я, купировав последний сосуд в мозгу демона. –
