меня, или то, что не дал кончить…
Такое чувство, будто второе меня бесит в миллион раз сильнее.
Так сильно бесит, что, развернувшись, я кидаю в Назара грязными трусиками со следами крови.
— Возможно, ты не заметил. Но это был мой первый раз!
— Думаешь, я не заметил?
— Думаю, да! — отвечаю, дерзко вскинув голову. — Ты так увлекся собой, что не заметил важного, и проморгал важную часть секса.
— Ха. Интересно, какую же?
— Получение удовольствие обоими партнерами!
— Ты хотела стать беременной, а не классно потрахаться.
— Ой, извини. Ты и с зачатием не справился! — выпаливаю и выскальзываю за дверь.
Стучу ей как можно громче, потом ещё пинаю пяткой.
— И я жду свои гребаные планшеты! Через пять минут! Слышишь, ты….
Отхожу и добавляю тихо:
— Говнюк.
* * *
Пробравшись к себе, сразу иду в ванную комнату, чтобы набрать воды в ванну. Лью туда пены побольше, кидаю всякие шипучки, блестки, соль. Словом, все, что нахожу на полочке. И каждый так бутылек меня раздражает: я будто в ванной дома оказалась, все, что люблю. Все, что мне нравится… Это невыносимо! Невыносимо находиться в лапах тирана, который, кажется, знает обо мне все и постоянно на несколько десятков шагов впереди меня.
Потом бреду в спальню и падаю на кровать, позволяя себе разреветься навзрыд. Горько-горько реву в подушку, грызу ее зубами, рву, стучу по кровати кулаками, рыча.
Эмоций много, обиды — через край.
Чувствую себя использованной, униженной…
Но именно Зорин и хотел, да? Использовать меня. Вот и пользует! Ещё и издевается. Потому что я взбрыкиваю. Я взбрыкнула, он наказал, теперь хочет смаковать свое наказание.
Как же мне плохо…. Плохо!
Где он, хочется кричать. Где мой папа?!
Почему не спешит, не торопится.…
Неужели он, правда, сбежал?!
* * *
Зорин
Таша убегает, и только после этого я позволяю себе развалиться на кровати с сигаретой в руках, смакуя каждую минуту этого вечера. Упорно проматываю почти до самого финала и сворачиваю назад, закольцовываю события так, что в моем воображении скользит лента: противостояние, флирт, противостояние, яркое возбуждение, вкусный секс, противостояние, флирт….
До финала не проматываю. Не хочу.…
Мой оргазм даже для самого себя чувствуется наказанием, оборванный, скомканный финал. Я был бы гораздо более рад, если бы Таша кончала подо мной снова и снова, даже в первый раз. Зачем лишил себя вкусной победы? Довольствовался суррогатом…
В голове снова звенят слова Еремина.
Балабол, весельчак, но не дурак. Отнюдь не дурак. Он сразу понял, что Тая Бонд поплатилась за выходку в клубе. Догадался и не преминул мне сказать об этом несколько раз. Второй раз напомнил во время ужина, позвонил.
— Назар, ты просто обязан поставить мне горячую цыпочку вместо Таи Бонд. Эту дырку, ставшую помойной, даже через резинку натянуть побрезгую. А член без дела простаивает…. И я все-таки рискну замолвить словечко за дочурку Данилова. Конфетка с норовом. Кстати, узнавал, она в цифре отлично рисует. Ты знал? Хочу заказать ей портрет. Разумеется, в стиле ню. Не прочь показать несколько выгодных поз…
Взбесил он меня!
Будто я не знаю, что Таша рисует. Да я все про нее знаю! Знаю даже, когда последний раз была у стоматолога!
Конфетку ему подавай! Сам сожру.… И не подавлюсь!
Я был готов, что Таша будет сопротивляться, но думал, что принцесса будет капризничать день-другой и быстро стушуется, примет правила игры. Она же вздумала установить свои собственные…
Наверное, в этом есть львиная доля моей вины. Дал понять, что хочу ее. Конфетка со всеми задатками стервочки мигом решила, что её пися — самое важное, что можно этой писей меня на колени поставить.
Вот только не выйдет. Не выйдет, Данилова. На коленях будешь очень скоро стоять ты сама и глотать всё, что я дам тебе в рот.
В запале я даже забыл о первоначальной цели — мести Данилову через его дочь. Теперь сама Таша вышла на первый план. Чертовски быстро вышла, и все словно померкло.
Но так нельзя.… Теперь проучить негодяйку стало моей целью. И месть никуда не денется. Я поклялся, на могиле поклялся, что отомщу….
Прикрываю глаза, пуская сизые клубы дыма в потолок. Курить в постели — плохая привычка, и я давно избавлен от многих слабостей. Однако сейчас позволяю себе одну за другой. Непростительно. Гашу окурок.
Мыться не хочется. Кожу уже стягивает. Но мне нравится пахнуть маленькой, вредной гадючкой.…
* * *
Наверное, я заснул.
Будит уверенный стук в дверь. В комнате темно. Бреду вслепую, хорошо зная комнату.
На пороге — прислуга.
— Назар Семенович!
— Что стряслось?
— Вода.
— Какая вода?!
Спросонья ни черта не понимаю.
— Там, — показывает перепуганная управляющая. — Целый потоп! По коридору. Из спальни вашей гостьи.
— Что?!
Мигом несусь в том направлении.
Дверь заперта, но прислуга права — кругом вода, заливает уже коридор.
И ни хрена не слышно.
Ни одного звука, кроме звука льющейся воды.
Это пугает.
Если честно, внутри все сковывает льдом страха..
Глава 24
Зорин
По щекам румяным катится слеза.
И верить хочется, но верить ей нельзя
EGO — Голливуд
Налегаю плечом на дверь — заперто!
Толкаю изо всех сил, пытаясь выбить замок.
Вода продолжает весело бежать мне под ноги. Управляющая что-то ахает о ремонте.
Я зол.
Если паркет за пять минут раскис, говно ему цена! Но, однозначно, комната испорчена, в этом я с прислугой согласен.
Удар, ещё удар!
— Черт побери! Крепкая!
Уже и плечо саднит…. Но дверь не поддается.
Приходится бежать в хозяйственное помещёние с инструментами. Не думал, что когда-нибудь сам возьмусь за топор с маленьким ломиком, но ситуация вынуждает реагировать быстро и не думать ни о чем.
Разъебываю дверь в щепки. Не поддается сразу, кажется, за дверью ещё и комод! Чем-то тяжелым подперла.
Ах, ты….
— Таша!
В комнате темно. Никто не отзывается!
Твою же мать!
Ещё несколько рывков.
Управляющая запоздало ахает, что надо перекрыть воду. Здрасьте, опомнилась.
Врываюсь в комнату, ноги утопают в воде, шлепают.
Щелкаю ладонью по выключателю, обвожу помещёние взглядом.
Сердце не бьется, затаившись, но усиленно делает несколько ударов в грудную клетку, когда вижу Ташу на кровати.
Ни капельки сна в глазах! Наташа слышала, что я дверь ломал.
Слышала.
И ни одного звука не издала!
— Что здесь творится?! Ты.… зачем дверь ломаешь?!
— У тебя вода… Ты полдома мне затопила.
— Ах, вода. Ой. Наверное, выключить забыла. Прости, — снова ложится, подтянув одеяло повыше.
От ее деланного спокойствия хочется рвать и метать.
