предвкушение, как перед хорошей дракой.
«Так значит, вот ты какой, опальный сын Арджеша».
Древний вампир, который был, по слухам, изгнан братьями из правящей касты за свой дурной характер и неспособность договариваться, выглядел совсем не так, как представляла себе Медея.
И уж точно она не могла даже подумать, что такой, как он, будет развлекать людей, летая, исполняя трюки на трапеции под куполом, и наслаждаться этим сам.
— За кого ты меня принимаешь? — Альбеску приложил руку к сердцу и вытаращил глаза. — Меня больно ранит твое недоверие, мой дорогой друг. Твои дети для меня все равно что ты сам. — Тут он начал хохотать безумным смехом так громко, что согнулся пополам и едва не свалился с бортика.
Серп закатил глаза.
А Медея, напротив, сама не удержалась от смешка. Хотя бы в одном слухи не соврали. Изгнанный представитель Арджеша, похоже, был немного безумен… или не «немного».
Замолк Нику так же резко:
— Почему никто не смеется? — Он сделал вид, что вытирает слезы, проводя по нарисованным на лице каплям, но те не стёрлись, будто были набиты татуировкой. Вампир обиженно вздохнул. — Ладно, как там тебя? — Он пощелкал пальцами в воздухе,
— Михаил, хозяин, — подсказал клоун, пряча глаза в пол.
— Точно, Пантелеймон. Если с детьми моего дорогого гостя что-то случится, то завтра у меня будет новая труппа, так всем и передай. Что случится со старой, думаю, они сами догадаются. И я хочу, чтобы юные господа хорошо провели время.
— А что случится со старой? — вдруг подал голос младший из детей, в то время как старший уже успел набить рот конфетами.
— Уволю, если вас обидят, — подмигнул ему Нику, а потом снова повернулся к Серпу и уже шепотом добавил, смешно выпучив глаза: — Посмертно уволю. Теперь ты доволен?
Дети ушли вместе с клоуном, остальные работники цирка, доубирав реквизит, тоже поспешили скрыться в глубине шатра. На арене остались только они трое: орк, безумный вампир и сама Медея.
— Представишь нас? — Нику стрельнул глазами в ее сторону и смущенно улыбнулся, на мгновение снова став похож на обычного подростка. Вампир выглядел сейчас даже моложе ее Филиппа.
Пожалуй, Медея была не прочь с ним познакомиться. Это могло оказаться полезным. Или смертельно опасным.
Тягучее чувство в груди усилилось, глаза сами собой распахнулись шире, подмечая даже малейшие детали.
Пока Арджеш не знает о Филиппе и она официально под их защитой, вряд ли ей что-то грозит. Но сколько раз она сама поддавалась импульсу убить кого-то и лишь потом задумывалась — зачем это сделала и стоило ли так поступать. В любом случае, нужно быть начеку.
«Общаться со спятившим древним — все равно что пытаться погладить ядовитую змею. Можно умереть, но руки так и тянутся сами», — ей самой очень нравилось пришедшее на ум сравнение.
Она уже совсем не жалела о том, что орк ее сюда привел.
Да, встреча с Пауком теперь точно срывалась, но Медея не огорчилась. Ничего страшного, перенесет. Всё же ни от каких важных дел она его не отрывает. Он всё равно сидит в своем баре и общается с просящей нечистью. Нравится ему чувствовать себя местным божком. Да и встретиться с ней выгодно и ему самому — у него явно будет ответная просьба, которую Медея с удовольствием выполнит в обмен на работу Паука с Филиппом.
Но едва Медея привстала с места, как Серп поднятым вверх указательным пальцем подал знак остановиться.
— Ты просил привести ее с собой. Неужели ради нее приехал в этот город? — спросил Серп.
«Что он только что сказал?» — Она снова опустилась на сиденье, прокрутив в голове фразу Адрона несколько раз.
Нику Альбеску хотел с ней увидеться? Так это инициатива вампира, что она сейчас здесь?
Нет, она, конечно, несомненно неординарная личность. Ее имя у многих вызывает страх, возможно, кто-то даже детей им пугает. Но древнему-то она зачем?
— Тебе интересно? — Нику жеманно улыбнулся, на левой щеке показалась ямочка, он поднял глаза к потолку, раскачиваясь из стороны в сторону, весь вид так и кричал: «Поупрашивай меня рассказать!».
«Какая прелесть…»
Серп же лишь приподнял брови.
— Ну неужели так сложно подыграть мне?! — обиженно топнул ногой вампир. Затем соскочил со своего места, встал рядом с орком и произнес нарочито низким голосом: — Да, конечно, мне интересно, Нику. Ты ведь ничего не делаешь просто так, ты такой умный, красивый…
— Скромный, — подсказал Серп.
— Скромный, — повторил Нику без тени сарказма, но дальше уже продолжил своим обычным голосом: — Скучный ты, Адрон. Скучный! Зануда, так и знай.
«Он прав, нынешний глава рода Адрон тот еще зануда», — усмехнулась про себя Медея, наблюдая за этой сценой. С прошлым главой рода она лично знакома не была, но слышала, тот был такой же и это семейное.
— И тем не менее, зачем ты здесь? — гнул свое Серп.
— Пфф. — Нику подул себе на лоб, сдувая упавшую на глаза челку. — Это секрет. Но только ради тебя, так и быть, раскрою его. Моя предсказательница умерла, но перед этим сказала, где искать её следующее воплощение. В этом городе. Уже скоро. А она у меня никогда не ошибается.
Он развел руки в стороны, как бы говоря: всё просто.
«Зачем он это рассказывает при мне?»
Чутье подсказывало, что информация не из рядовых и со случайными нелюдями Альбеску бы ею не поделился.
Тот настолько заигрался, что забыл о том, что Медея рядом? Попытается ли он потом заставить ее принести клятву о неразглашении?
«Хм… с этого можно будет что-то получить? Стребовать услугу, например», — мысленно прикинула она.
— Эта шарлатанка? У тебя же из-за нее было столько неприятностей, — хохотнул вдруг Серп, удивленно смотря на вампира, но под возмущенным взглядом Нику постарался все же скрыть веселье. — Умерла… хм… а сколько ей было? Вроде только недавно подобрал ее?.. В любом случае, зачем такие сложности, — голос стал сдержаннее, — мог попросить меня, и я бы удержал её душу.
Лицо Нику неожиданно окаменело. Вся веселость сошла с него словно талая вода. Вампиров Арджеша Медея видела лично всего несколько раз, но до сих пор помнила ощущение этой давящей силы, беспристрастной мощи, неотвратимой смерти.
— Тебе, мой друг, я бы не доверил даже души крыс в помойках за фургонами, — тихо
