же реанимационный больной!
— Был. Теперь стабилен. Обычная терапия. Если не возражаете, конечно.
Семёнов пожал плечами:
— Ваше право. Но если что — ответственность на вас.
— Разумеется.
Ответственность мне не страшна. Главное — держать Красникова под контролем, пока не разберусь с этой странной энергией.
Ровно через пять минут черный автомобиль Ливенталей остановился у крыльца больницы. Водитель, как всегда, был безупречен — выбритый, в строгом костюме, с непроницаемым лицом профессионала.
— Куда едем, Святослав Игоревич? — сразу узнал он.
— Клиника «Золотой крест», Остоженка, семнадцать.
— Частная клиника графа Бестужева?
— Она самая. Ты знаешь это место?
— Возил туда пациентов пару раз. Роскошное заведение. Палата стоит как моя годовая зарплата.
— Вот именно. При таких ценах они умудряются терять триста тысяч в месяц. Интересно, правда?
— Очень интересно, — Сергей тронулся с места. — Если без пробок — минут двадцать.
Пока машина катила по московским улицам, я размышлял о предстоящей встрече.
Итак. Что мы имеем? Граф Алексей Петрович Бестужев. Шестьдесят два года. Вдовец — жена умерла десять лет назад. Одна дочь — Анна, двадцать четыре года. Один сын — Пётр. Владеет сетью частных клиник. Плюс отдельные больницы без сети — три в Москве, две в Питере, одна в Нижнем. Состояние оценивается в пятьдесят миллионов рублей.
Связи на самом верху — дружит с министрами, генералами, банкирами. Может одним звонком решить любой вопрос или уничтожить любого человека. И такой человек не может найти вора в собственной клинике?
Не верю. Либо вор — кто-то очень близкий, кого он покрывает. Либо это проверка моих способностей. Либо есть третий вариант, который я пока не вижу.
— А вот и клиника, — Сергей указал на здание впереди.
Клиника «Золотой крест» выглядела как дворец екатерининской эпохи, волшебным образом перенесённый в двадцать первый век.
Четырёхэтажное здание с колоннами, лепниной и позолоченными элементами декора. У входа — фонтан с мраморными купидонами. На парковке — сплошь иномарки представительского класса.
Понтов на миллиард, а денег не хватает. Классика жанра.
В холле меня встретила роскошь, бьющая по глазам как боксёрская перчатка.
Мраморные полы — каррарский мрамор, если не ошибаюсь. Хрустальные люстры — богемское стекло, ручная работа. Картины в золоченых рамах — подлинники или очень дорогие копии. Даже воздух пах дорогой смесью французского парфюма и свежих орхидей.
За стойкой ресепшена сидела девушка, похожая на модель из глянцевого журнала. Идеальная причёска и макияж, идеальная улыбка номер три — вежливо-отстранённая.
— Добрый день! Чем могу помочь? — сразу поинтересовалась она.
— Мне нужен кабинет триста двенадцать. Я к графу Бестужеву. Доктор Пирогов.
Эффект был мгновенным. Идеальная маска слетела, глаза расширились:
— Вы тот самый доктор Пирогов?
— Он самый, — кивнул я.
— Ой! — она зарделась, как школьница перед любимым певцом. — Это такая честь! О вас вся Москва говорит! Вы герой!
Слава — штука приятная, но опасная. Чем выше взлетаешь, тем больнее падать.
— Граф вас ждёт! — девушка вскочила. — Я провожу! Это такая честь! Можно с вами сфотографироваться?
— Давайте после встречи. Не хочу заставлять графа ждать.
— Конечно! Пойдемте!
Она повела меня по широким коридорам, щебеча как канарейка:
— У нас тут так красиво! Видите эту люстру? Привезли из Вены! А картины — это коллекция графа! Тут есть даже Айвазовский! Настоящий! Меня, кстати, Лена зовут.
Айвазовский в коридоре больницы. Либо копия, либо граф совсем потерял чувство меры.
По пути я отмечал детали.
Медицинское оборудование — последние модели, всё импортное. Палаты больше похожи на номера пятизвездочного отеля. Персонал в идеально отглаженной форме, но как-то нервный. Постоянно оглядываются, перешёптываются.
Нездоровая атмосфера. Страх? Или что-то ещё?
Здесь было ещё роскошнее, чем в «Белом Покрове». Но за роскошью пряталась некомпетентность персонала. За качественной медпомощью местные аристократы всё-таки обращались в «Покров».
Кабинет триста двенадцать находился в конце коридора на третьем этаже. Двойные дубовые двери с бронзовыми ручками в виде змей, обвивающих чашу — символ медицины.
— Граф ждёт вас, — сказала Лена и, сделав книксен, удалилась. Книксен, серьёзно? Так со всеми или только со мной?
Я постучал и вошел.
Кабинет оказался размером с теннисный корт. Сто квадратных метров минимум.
Но это был не кабинет врача, а скорее тронный зал вельможи. Массивный письменный стол красного дерева, за которым можно было играть в настольный теннис.
Кожаные кресла, в которых можно было утонуть. Книжные шкафы до потолка с фолиантами в кожаных переплётах. Персидские ковры, которые стоили как квартира в центре.
Даже небольшая зона отдыха с диваном, журнальным столиком и мини-баром.
Граф Алексей Петрович Бестужев поднялся из-за стола. Внушительная фигура — метр восемьдесят пять, широкие плечи, военная выправка. Седые виски придавали солидности.
Костюм от дорогого портного сидел идеально. Часы на запястье — если не ошибаюсь, тысяч триста минимум.
Альфа-самец маркирует территорию. Весь этот кабинет как демонстрация власти и богатства. Психологическое давление на посетителя.
— А, доктор Пирогов! — граф обошёл стол, протягивая руку. — Давно не виделись! Анна столько о вас рассказала интересного! Я уже с нетерпением ждал нашей новой встречи.
Рукопожатие было крепким, даже слишком. Проверка на прочность.
— Рад встрече, граф, — первым начал я.
— Проходите, присаживайтесь! Чай? Кофе? Коньяк? У меня есть Том Перильсот, двадцатилетней выдержки.
— Спасибо, ничего не нужно.
— Деловой человек, люблю таких! — граф вернулся за стол. — Сразу к делу, без церемоний!
Он откинулся в кресле, сцепил пальцы в замок:
— Анна рассказала вам о проблеме?
— В общих чертах. Клиника теряет деньги при полной загрузке.
— Именно! И знаете сколько? — хмыкнул он.
— Триста тысяч в месяц, если Анна не преувеличила.
— Не преувеличила. Иногда больше. В прошлом месяце — триста пятьдесят тысяч.
— Серьёзная сумма.
— Для меня — да. Я богат, но не настолько, чтобы разбрасываться такими деньгами. Ещё полгода — и придётся закрывать клинику.
— Граф, давайте конкретнее. Что именно вы от меня хотите?
— Найти вора. Или дыру, в которую утекают деньги. Я нанимал аудиторов — толку ноль. Менял управляющих — результат тот же. Даже частного детектива нанимал — и тот ничего не нашёл.
Интересная загадка. Или проверка.
— И почему вы думаете, что я найду?
— Анна говорит, у вас особый взгляд на вещи. Нестандартное мышление. Плюс вы не связаны с моим бизнесом — свежий взгляд со стороны.
Логично. Хотя всё равно
