понимал, что все делаю правильно. Кафе Ангелины, словно оплот и знак нашей победы, должно было стать тем местом, где мы будем отдыхать и душой, и телом, когда, разумеется, все завершится.
А закончиться все нападки на нас должны были лишь через несколько месяцев. Впрочем, у меня имелся план, полностью одобренный Линой, и я собирался его придерживаться. А время… время до дня икс пролетит незаметно.
Сейчас же я наслаждался общением с дочерью, с бывшей женой и даже, как ни странно, с дедом Семеном. Когда ездили к Алевтине, усадьба которой уже казалась мне чем-то вроде второго дома, я все больше убеждался в том, что все идет ровно так, как нужно.
— Сережа, я к тебе, — сказала Ульяна Роднина, заявившись в мой офис без предупреждения примерно через месяц после того, как мы виделись в последний раз.
Она вплыла в кабинет и устроилась напротив под моим выжидательным взглядом. От Руслана я уже знал, что в клинике Ульяне подсадили эмбрионов, как то и было задумано, и, видимо, Роднина прибыла ко мне, чтобы поделиться этими «чудесными» новостями.
— Я слушаю, — кивнул, глядя на Улю вопросительно.
— Даже не скажешь, что рад меня видеть? — приподняла она бровь и надула накаченные губы.
Я покрутился в кресле из стороны в сторону.
— Я очень рад тебя видеть, — соврал ей — Ты по делу?
Роднина смотрела в ответ так, как будто ожидала, что я должен хлопнуть себя по лбу и сказать: «Точно-точно! Как же я сразу не догадался?»
А я догадался. Вернее, знал, зачем она здесь. Но предпочитал ждать, пока она скажет об этом сама.
— Я беременна, — выдохнула она томно и расплылась в улыбке. — От тебя. Подсадка прошла успешно, я выждала время, малыши закрепились идеально. Так что скоро ты станешь папой двух сыновей, Громов.
Судя по тому, сколько уверенности было в словах и голосе Ульяны, она даже не сомневалась в том, что, услышав эти новости, я запрыгну на стол и начну танцевать румбу.
— Ну… поздравляю, — ответил, натянув на лицо улыбку.
— И это все? — фыркнула Роднина.
Я взял паузу в разговоре, подыскивая слова. Вроде бы примерно представлял себе эту беседу, когда Руслан «обрадовал меня скорым отцовством», а вот сейчас как-то фразы на ум не шли.
— Знаешь, сложно радоваться хоть чему-то, когда мою фирму зажимают в тиски по всем фронтам, — посетовал я.
Роднина тут же подалась ко мне и сверкнула глазами.
— Ты знаешь, почему так происходит, Громов! — заявила она с нажимом.
Так и хотелось спросить: «Потому что меня обманом сделали папой?». Я сдержался. В мой план это не входило.
— Потому что ты хочешь себе карманную игрушку, отца своих детей, а для этого подойдет и шантаж? — спросил я ровным тоном.
Ульяна откинулась на спинку кресла и поджала утиные губы.
— Нет, я хочу своим детям нормального папу, — сказала она после паузы.
— Но ты же знаешь, что со мной так нельзя, — вздохнув, покачал я головой. — Как только начинаются такие танцы с бубнами, первое, что мне хочется сделать — послать всех шантажистов к черту.
Роднина проворно вскочила на ноги и, подойдя сзади, положила руки мне на плечи.
— Я не заставляю тебя и ни к чему не обязываю! — с жаром проговорила Ульяна. — Мне просто нужно немного твоего внимания… Чтобы ты был рядом во время того, как я вынашиваю детей. Поддерживал меня. Я даже совсем не против того, чтобы ты помогал бывшей жене растить вашу дочь!
Ох, как мы заговорили! Не против она, ну спасибо, благодетельница.
— Ульяна… все это слишком, — поморщился я притворно. — Я мужчина и сам хочу решать, что мне делать.
Встав из-за стола, я отошел прочь от Родниной. Сунул руки в карманы брюк и сказал бывшей:
— И конечно, я не отказываюсь от наших детей. Я много думал о них… Они ведь не виноваты, что получились против моей воли.
На лице Ульяны появилось озадаченное выражение. С одной стороны, она, судя по всему, готовилась спорить. С другой, кажется, для начала ей было вполне достаточно сказанного мною.
— Сергей… я прошу тебя лишь об одном. Просто быть рядом во время моей беременности. И признать, что ты стал отцом наших детей. Не через суд, а по твоему личному почину!
Сказав это, Роднина забрала свою сумку и, подойдя ко мне, посмотрела в мои глаза:
— Нас ведь раньше связывала любовь! Иначе бы я никогда не решилась на то, чтобы выносить тебе сыновей. Позвони мне, когда захочешь узнать, как поживают твои мальчики.
Сказав эти слова, она положила руку на свой плоский живот, склонила голову набок и театрально вздохнула. После чего медленно, словно рассчитывала на то, что я ее остановлю, побрела к выходу из кабинета.
Окликать ее и просить остаться, я, конечно же, не стал. Пусть идет на все четыре стороны, а у меня теперь только одна задача: крутиться ужом и тянуть время до ее родов. И это будет тот процесс, который покажется мне очень долгим, я это понимал уже сейчас.
Как же хорошо, что рядом в этот момент будут мои самые близкие люди.
Моя настоящая семья.
Глава 10
— Сережа, он же вырастет до размера слона! — возмутилась я, когда Катюша, совершенно счастливая от происходящего, прижимала к себе щенка чуть ли не с нее ростом.
Ну, ладно… положим, мне это казалось, потому что я уже посмотрела на фотографии породы нашего нового питомца во взрослом виде и ужаснулась. Это даже не слоник, это целый слонище!
— Тебе так кажется. Нормальный там размер, — пожал плечами Громов. — К тому же, жить он будет у меня.
Это событие происходило через пару месяцев после того, как в кафе все более-менее устаканилось и мы смогли выдохнуть с облегчением. Макаров (а именно он являлся тем самым человеком, который перебил все окна в моем новом детище) был нейтрализован, с Родниной вроде тоже все устаканилось. Поэтому мы и смогли приступить к тому, о чем Катюша прожужжала мне все уши. Покупка щенка.
И сейчас, когда я бросала в зеркало заднего вида обеспокоенные взгляды, а дочь, вцепившаяся в черного мохнатого собакена, была абсолютно счастлива, чувства в душе моей были весьма полярными.
С одной стороны, я радовалась, что мечта Катюши исполнилась, с другой — это же просто караул, что учудили эти двое! И будь я менее занятой делами кафе, которое стало вдруг очень популярным, обязательно бы поучаствовала в выборе породы. Но я оставалась в стороне, доверившись Громову, и
