отмахиваясь от назойливой мухи.
Грэйв заговорил. Он всё ещё не смотрел на меня, его взгляд был устремлён в ту точку, где только что стояла Илона, но каждое слово было обращено ко мне.
— Технически, — начал он своим ровным тоном, — ты совершила корпоративный шпионаж и несанкционированный доступ к данным высшей степени секретности. На Земле или в центральных колониях за это действительно грозит длительный срок. Возможно, даже изолятор с подавлением когнитивных функций.
От его холодного перечисления фактов у меня тут же похолодело внутри. Вот оно. Теперь он взвешивает риски. Я кивнула, сжимая кулаки, чтобы они не дрожали.
— Но, — продолжил он и наконец повернул ко мне голову. В его стальных глазах горел знакомый холодный огонь, который я видела во время наших самых интимных моментов. — Мы находимся на Экзоне. Вне юрисдикции Земного Альянса и корпоративного права центральных миров. Здесь другие законы. Или их отсутствие. Илона права в одном — с её помощью нас действительно могут попытаться достать через наши же «сфабрикованные» документы, если докажут, что наш брак — фикция. Но для этого им сначала нужно доказать это. А мы можем доказать обратное. Ты была нашей. Всё заверено не только на бумагах, но и телесным контактом. А если это так, Экзон не отдаст своего экзонца, даже если он не коренной житель.
Он сделал паузу, давая словам проникнуть вглубь.
— Мы не просто купили тебя по контракту, Ульяна. Мы ввели тебя в нашу жизнь. В наш дом. Ты — наш актив. И теперь, — его губы тронула улыбка, — наш актив оказался гораздо более ценным и… проблемным, чем мы предполагали. Но мы не из тех, кто отказывается от проблем. Мы их решаем.
Хоук обхватил моё лицо обеими руками, заставив смотреть только на него.
— Слушай сюда, малышка. Ты теперь наша. По контракту, да. Но уже и не только. Ты думаешь, после всего… после того, как ты вгрызлась в нашу жизнь, заставила нас носиться по лесу, играть в дурацкие игры, сидеть тут и ждать этих твоих анализов… после всего этого мы просто так тебя отдадим? Каким-то жалким земным копам или юристам моей мамаши? — Он фыркнул. — Ни хрена подобного. Если за тобой придут, им придётся иметь дело с нами. А мы, — он многозначительно посмотрел на Грэйва, — не самые удобные люди для переговоров.
Я смотрела на них обоих, на этих сильных, опасных мужчины, и не могла поверить своим ушам. Они не собирались меня отдавать. Не собирались избавляться от «проблемы». Они… взяли её на себя.
— Но почему? — сорвалось у меня. — Я же вас обманула. Не сказала…
— Ты защищалась, — резко прервал Грэйв. — Разумная стратегия в условиях неизвестности. Теперь условия изменились. Теперь ты под нашей защитой. Официально — как жена. Ты ищешь лекарство, которое может быть ключом не только для твоей бабушки. Это меняет расклад. Это делает тебя не просто беглянкой, а нашим сокровищем.
«Нашим сокровищем». Не обузой. Не ошибкой. Сокровищем.
Слёзы, которых я так яростно сдерживала, наконец хлынули. Тихо, без рыданий, просто горячие потоки по щекам. Я не пыталась их смахнуть.
Хоук растерянно заворчал и притянул меня к себе, прижав к своей широкой, тёплой груди. Я уткнулась лицом в его футболку, вдыхая знакомый запах кожи и чего-то сугубо мужского, его.
— Всё, хватит реветь, — проворчал он, но его рука легла мне на затылок, большие пальцы нежно массировали кожу у висков. — Плакс мы тут не любим. Любим бойцов. А ты, я смотрю, боец ещё тот.
Грэйв подошёл ближе. Он положил руку мне на плечо.
— Первое, — сказал он деловым тоном, — нужно усилить безопасность периметра. Хоук, подними тревогу у ребят. Незаметно. Второе — нужно проверить, насколько глубоко мама копнула и с кем говорила. И третье… — он посмотрел на меня поверх головы брата. — Ты заканчиваешь свою работу. Как можно быстрее. Как только у нас будет готовый экстракт и доказательства его эффективности, у нас появится козырь. Лекарство от неизлечимой болезни — это валюта, которая говорит громче любых угроз. Понятно?
Я кивнула, вытирая лицо о рукав Хоука. Внутри вместо ледяного страха начинало разгораться надежда. У меня теперь была не просто цель. У меня был тыл.
— Понятно, — хрипло сказала я.
— И ещё, — добавил Грэйв. — Завтра же едем в медицинскую клинику. Я хочу, чтобы ты прошла освидетельствование того, что являешься нашей женой не только на бумаге. Тебя должен осмотреть врач. Мы должны быть на шаг впереди всех. Согласна?
Я кивнула. Если это требовалось для нашего дела, как я могла отказать.
Хоук схватил меня за руку и потянул за собой.
— А теперь, чемпионка по космогонкам, идём на кухню. Надо подкрепиться перед следующим раундом. Только на этот раз, — он бросил многозначительный взгляд на Грэйва, — будем обсуждать не виртуальные трассы, а как нам по-настоящему прикрыть твою красивую, учёную попку.
И я пошла. Зажатая между ними, с опухшими от слёз глазами, но с невероятной лёгкостью в груди. Страшная тайна была раскрыта. И мир не рухнул. Он просто изменился. Стал сложнее, опаснее, но… прочнее. Потому что теперь я была в нём не одна.
Глава 23
(Грэйв)
Я стоял в дверях кухни, наблюдая. Хоук возился у плиты с яичницей. С новой стрижкой он был похож на спецназовца из элитного экзонского отряда. На столешнице сидела Ульяна.
Брат водрузил её туда, как маленькую девочку. Она болтала ногами в воздухе, добавляя ещё больше схожести. Глаза, ещё были красные от слёз, но уже сухие, следили за движениями Хоука. На её губах играла нежная улыбка.
Давно я не видел я его таким.
Хоук — это всегда огонь, взрыв, неконтролируемая, разрушительная стихия. Он всегда первым лез в драку, срывался и срывал мои планы. А сейчас… в его движениях, в том, как он пододвинул ей стакан сока, в этом довольном ворчании сквозило что-то другое. Настоящая забота. Такого брата я не видел никогда. Даже в детстве.
И если быть до конца откровенным с самим собой… Ульяна и мне тоже была не безразлична. Не как актив. Не как проблема, требующая решения.
Я влюбился.
В голове это прозвучало так откровенно и глупо, что я чуть не фыркнул. Я, Грэйв Грэг, для которого расчёт и контроль — воздух,
