с этого момента я буду присматривать за тобой, можешь на это рассчитывать. С металлическим привкусом крови во рту я взвалил зверюгу на плечо и снова рванул с места.
Я добрался до вершины горы и бегом добежал до своей контрольной точки. Проверяющим на ней был Карлос, который отправил меня на следующий пункт встречи. Оттуда меня отправили прямо обратно на точку к Карлосу. «Что происходит?» Я лихорадочно думал. Очередная вариация на тему «Дня звезды»?
Карлос указал мне на другие инструкции, но затем передумал.
— Нет, пройдите туда и сядьте, — приказал он.
Ух ты, я закончил на сегодня, а ведь еще не было и 10.30. Я подошел к месту, указанному Карлосом, все еще на виду у пункта встречи, сбросил со спины этот чёртов рюкзак, достал сухпай, закинул ноги на дерево и откинулся назад, чтобы насладиться поздним завтраком. Я так и полулежал там, наслаждаясь хорошей жизнью, когда на точку, подобно машинке на американских горках, которая соскочила с рельсов, ворвался Вёрджил Паркс. Увидев, что я там сижу, он остановился как вкопанный, как будто наткнулся на невидимую стену.
— Какого черта ты там расселся? — спросил он с недоверчивым выражением лица.
Он явно думал, что я сошел с отборочного курса, но просто не хотел верить своим глазам. Я решил немного поприкалываться — опустил голову и жалобным, страдальческим голосом пробормотал:
— Вот и все, Паркс… Я закончил. Я… я… я не могу идти сегодня дальше. Я дошел до конца.
Яростное выражение отвращения вспыхнуло на его лице, когда он угрожающе поднял свой «шприц для смазки» и направился ко мне.
— Почему ты, ты…
Его окликнул Карлос, и первый раз я увидел эмоции на каменном лице инструктора подразделения.
— Эй, вы! — и он спросил цвет и номер Паркса. — Идите сюда и побеспокойтесь о себе. Этот человек на сегодня закончил, а вы нет.
Паркс опустил свой «шприц для смазки» и с удивлением посмотрел на меня, отворачиваясь, чтобы зарегистрироваться на точке встречи и получить новые инструкции.
— Черт возьми! — сказал он, проходя мимо меня, когда уходил с пункта. — Ты уже закончил? У тебя, должно быть, пропеллер в заднице!
— Всего хорошего тебе, Паркс. — Я ухмыльнулся и поднял банку персиков из рациона в знак приветствия. — Всего хорошего. «Какая прелесть! Эти персики действительно восхитительны», — подумал я, катая еще один по языку.
Прошло тридцать минут, прежде чем появился и остался ещё кто-то, но затем четверо или пятеро парней прибыли на точку почти одновременно. Вскоре после этого за нами приехал грузовик с полудюжиной других людей на борту и отвез нас в одно место на озере Блевитт-Фолс. Майор Одесса ждал нас там вместе с нашими сумками. Следом прямо за нами приехал другой грузовик и выгрузил своих пассажиров. Всего нас оказалось около двадцати человек.
Майор собрал нас около себя.
— Сегодня короткий день, парни, — сказал он, оглядывая группу. — Я предлагаю вам воспользоваться этой возможностью и нанести мыло с водой на свои тела. Некоторые из вас уже созрели для этого. Когда закончите, у меня уже будут дальнейшие инструкции.
Я вытащил из сумки бритвенный набор, схватил кусок мыла, скинул форму и ботинки и нырнул в озеро. Блин, разве что-нибудь когда-нибудь было настолько приятным? Я вернулся вброд к берегу, намылился и снова нырнул в воду. Я проделал это еще несколько раз, а потом просто плавал в воде, наслаждаясь ощущением невесомости.
Какое удовольствие! Мы смеялись, шутили и максимально использовали этот неожиданный перерыв, прежде чем вылезти и надеть чистую форму. Я чувствовал себя на миллион баксов. Как только все расселись по местам, майор Одесса снова заговорил с нами.
— Джентльмены, завтра у вас большой день: марш на сорок миль.26 Те из вас, кто успешно пройдет это задание, останутся еще на дополнительное тестирование и собеседование с оценочной комиссией командира подразделения. Те, кто не сможет удовлетворительно выполнить задание, вернутся в свои подразделения. Сейчас не время расслабляться и не время отдыхать. У некоторых из вас дела идут не так хорошо, они держатся изо всех сил. Я бы рекомендовал каждому приложить завтра все возможные усилия.
Теперь, поскольку, как я вижу, вопросы гигиены решены, вас доставят в город Трой, где во время полуденного приема пищи вы сможете получить еще кое-что, кроме сухпайков. Инструкции на оставшуюся часть дня вы получите от Марвина. — С этими словами майор повернулся, чтобы уйти.
Я, со своим старым знакомым Фрэнком Траутом, вместе поднимались по тропе к грузовикам и проходили рядом с майором Одессой, который стоял прямо у деревьев, наблюдая, как группа проходит мимо. Когда мы подошли ближе, он наклонился вперед, указал на нас пальцем и прошептал с едва сдерживаемым возмущением в голосе:
— Вы двое из тех, о ком я говорил!
Пораженные, мы смотрели на него, но продолжали идти. «Дьявол! Неужели он прав? Нет… это должно быть полной чушью. Он просто продолжал играть в угадайку. Да, так оно и есть, он просто играл в игру. У меня все хорошо. А как же Фрэнк?» Фрэнк выглядел довольно растерянным.
Что ж, завтрашний день все покажет. Завтра толстая леди будет петь после сорокамильной оперы.27
Я забросил свою сумку с вещами и рюкзак в заднюю часть грузовика и забрался на борт, чтобы ехать в город. Оттуда мы отправились в Трой и разбрелись по немногочисленным местам, где можно было перекусить. Я прилично пообедал в маленькой закусочной, но, по правде говоря, с таким же успехом я бы отправился прямо в лагерь и получил дополнительную порцию сухпайка. Как только я оказываюсь в поле, мне не нравится нарушать свой полевой настрой, пока все не закончится. Но ничего страшного пока не произошло.
В тот вечер нам выдали восемь различных листов топокарт и инструкции для отправления в 02.00. Я лег спать, как только сложил свои карты и подготовил снаряжение к следующему дню.28 В ту ночь в лагере не было никаких разговоров.
*****
В то утро последний лагерь покинуло восемнадцать из нас. Мы прибыли в исходный пункт, начало «тропы Уухарри», в 03.00, и после нескольких простых инструкций нас выпустили с интервалом в три минуты.
Майор Одесса провел краткий инструктаж: использовать дороги и тропы разрешалось до тех пор, пока не будут получены иные указания. Нам разрешили следовать по тропе Уухарри, пока она не закончится, а затем мы должны были
