этаж квартиры. — Когда пару раз сходишь по себя, дорогой.
Тьма в его глазах прожигала. Но став дожидаться, пока мужчина вырвет наручники вместе с ножкой кровати, я на носочках бросилась в гардероб.
— Я не принимаю твои подарки. — крикнула я ему, осматривая целый магазин вещей, что он купил специально для меня. — Но ты испортил мои вещи. Так что я просто компенсирую утраченное.
Торопливо осмотревшись, я достала из ящика черный комплект кружевного белья. Его явно постирали и приготовили для носки. Следующим этапом был выбор платья на замену старому. Я выбрала простое, на мой взгляд: голубое, без каких-либо рисунков, страз и тому подобного. Решила, что оно просто не может стоить дорого.
— Ох, вот это да! — взгляд зацепился за стену, увешанную сумочками. Этот вид аксессуара я любила особенно. Больше всего привлек обычный, ничем не привлекательный черный рюкзак. Долго сомневаясь: брать его или нет, я напомнила себе, как амбалы Орлова когда-то порвали мою университетскую сумочку. Пришлось ходить со штопанной. Решение было принято. — Михаил, я напишу список того, что взяла.
В ответ мне раздался хохот и хриплый бас:
— Это твои вещи, рыжуля. Лучше вернись ко мне в постель.
Какая-то часть меня верила, что вот-вот мужчина просто порвет наручники и побег накроется медным тазом. Так что я быстро бросилась вон:
— Сразу после того, как съем ведро червей!
Глава 17
Неделя прошла тихо. Удивительно, но я вдруг поняла, что жду Его. Ищу черный взгляд за каждым поворотом. Будто сама напрашиваюсь на неприятности.
— Эй, — однажды на перемене ко мне подошла одногруппница Соня. Мы никогда не общались. Она, и другие дети обеспеченных семей, держались отдельно. Внимательно осмотрев мою сумку, та удивленно выгнула бровь. — А я не знала, что ты у нас мажорка.
Оторвавшись от ученика по физике, я вдруг поняла, что ни слова не поняла. Все думала об Океаноке. Вдруг мужчине не выбрался? Вдруг так и лежит там один без еды и воды?
— А? — я удивленно проследила за ее взглядом.
— Этот рюкзак, — Соня гладила его так нежно, будто это нечто фантастическое, — где ты такой добыла? Он невероятный!
Вот тут-то стало неловко… Скривившись, вспомнив шикарный гардероб, что предоставил мне Океанов, я солгала:
— На рынке. Обычная подделка.
— Какая врушка! — пнув меня в бок, Соня удивленно осмотрела меня с ног до головы. Будто впервые заметила. — Он с показа, что был полторы недели назад. Даже Китайцы еще отшить паль не успели… Полный эксклюзив!
Стало как-то неуютно… Кинув книгу в рюкзак, я засобиралась прочь. Но Соня схватила меня за рукав и притянула к себе:
— Я дам тебе за него четыреста.
— «Четыреста» чего?! — нервно моргая, я искренне не верила в происходящее.
— Фантиков, Терентьева! — закатила глаза девушка. А потом шепнула на ухо так безумно, как ненормальная: — Давай так: если у тебя еще появится что-то редкое и эксклюзивное, я готова выкупить. Деньги не проблема. И мне плевать, откуда это. Идет?
«Мне нужны деньги на обучение!» — напомнила я себе, но тут же отряхнулась. Все казалось очень неправильным. Так что выпутавшись из хватки Сони, я поторопилась прочь:
— Прости… Но это правда паль!
И сбежала… Только вот взгляд Сони, с которым она меня провожала вслед, вызывал мурашки по коже!
Как будто и так проблем не хватало, около общежития начало творится нечто странное… Каждый день, подходя к зданию, я видела на крыльце Атика и Аню. Стоило парню увидеть меня, как он хватал Аню и целовал ее так, будто собирался сожрать. Языком буквально все лицо помечал! Я мимо проходила и щурилась. Старалась не смотреть, потому что тут же начинало тошнить… Концерт прекращался каждый раз, стоило мне перешагнуть порог.
— Как бред… — глядя в окно, я не могла не смеяться. Ничего более абсурдного в жизни не видела. — Они же здесь даже не живут!
Дальше больше! Ночью мой телефон завибрировал. Я почувствовала это сквозь сон и рванула к экрану с непонятной мне надеждой. Какого же было разочарование, когда на экране высветилось имя Атика.
«Спишь?» — писал бывший.
Но не смела я экран разблокировать, как следом пришло СМС от Ани: «Тебе не стыдно по ночам с чужими мужиками переписываться? Хорошо, что мы больше не подруги!»
Тяжело вздохнув, я кинула обоих в блок. И пожалела, что не сделала это раньше. Прижимая телефон к груди, почему-то не могла сомкнуть глаз. Мысли уводили только к одному человеку. И этот человек был для меня так же опасен, как и желанен.
Снова вибрация. Снова напрасная надежда… Незнакомый номер и прикрепленное фото. Открываю его и телефон падает из рук. На нем Атик держит в руке свой половой орган. Меня мутит. Бегу в ванную, выворачиваю желудок.
Возвращаюсь и слышу новую порцию вибрации.
— Ну, уж нет! Хватит с меня! — зажимаю боковую кнопку, хочу выключить сотовый. Хватит потрясений. Но тут знакомое имя — «Миша». У меня дрожь. Номер его я в телефонную книгу не вносила. Сглатываю ком. Дрожащими руками беру телефон и открываю сообщения, хоть заранее и предупреждаю себя: — Я совершаю большую ошибку…
«Ты поверишь, если я скажу, что до сих пор прикован к постели?» — пишет мужчина.
Моя фантазия рисует непрошенные картины, совсем не детские. Прикусываю губу. Скрещиваю ноги, пытаясь загасить напряжение. Чувствую, как мое тело реагирует на Него, даже дистанционно.
«Нет.» — пишу кратко, хотя вовсе не стоило отвечать.
«Что же, — ответ приходит практически мгновенно, — тогда посмотри в окно!»
Каждый шаг с сопротивлением. Внутри дикая внутренняя борьба! Я сражаюсь с собой. Мозг против низменных желаний. И проигрываю… Снова. Выглядываю с интересом. И замираю в недоумении. Дух перехватывает!
— Мамочки… — чувствую, как руки трясутся… Набираю номер Михаила и шепчу: — Ты что тут устроил? Немедленно прекращай!
Под окнами припаркован черный мерседес, а рядом с ним стоит Океанов с огромным букетом алых роз. Вокруг него красные светящиеся буквы, собранные из десятков маленьких ароматических свечек. И буквы эти я складываю в слова снова и снова… Не могу поверить собственным глазам!
— Пока не ответишь — не прекращу. — он смотрит прямо мне в глаза. И плевать, что нас разделяют этажи! Задыхаюсь… Хватаюсь за живот и едва ли в обморок не падаю. Зажимаю динамик… Не стоит ему знать, что я в шаге от падения в окно. — Так что, рыжуля, согласна?
— На что согласна? — переспрашиваю. Не верю. Это сон? Страшный или ужасный — но все же сон!
— Выйти за меня. — он указывает ладонью
