и, когда вторая бригада догнала первую, та уже расположилась на отдых. Письменный приказ по армии говорил только о выдвижении к Хаджи-Обасси, и похоже, что Хайри-паша собирался в точности следовать ему.
Около четырех часов дня Нури прискакал к командующему и сообщил ему о негативном результате своей миссии. К Хайри-паше был немедленно отправлен еще один офицер с приказом двинуться на Демирли[35] и Хаджи-Омар[36]. Однако сгущались сумерки, и командир дивизии перенес наступление на следующее утро.
Однако и 2-я дивизия медлила со вступлением в бой. Нешат-паша сосредоточил своих солдат на равнине южнее Эдрискёя, выдвинув авангард на Ахмедли, то есть на юго-запад, хотя должен был направить его на юго-восток, в направлении Фарсалы. Командование не сразу заметило остановку 2-й дивизии; когда ситуация прояснилась, майор Иссет-бей из штаба армии лично поспешил вперед и отдал авангарду приказ атаковать в направлении центра вражеской позиции. В половине шестого передовые части дивизии подошли к позициям армейской артиллерии, которая поддерживала огнем батальоны Хамди-паши. Однако в бою 2-я дивизия принять участие уже не успела. Основная масса ее сил, несмотря на настоятельные требования из штаба, двигалась вперед медленно и к вечеру остановилась за правым крылом дивизии Хамди-паши. В результате в течение всей ночи греки свободно могли отступить по шоссе на Домокос.
Резервная бригада также действовала с опозданием. В гуще боя ей забыли своевременно отдать приказ продолжить движение. Только в два часа дня из штаба был отправлен офицер с заданием выдвинуть ее к Татарлы. На поле боя она так и не появилась — насколько известно, потому что выбрала неверный путь.
В итоге бой 5 мая вели только дивизии Хамди и Мемдуха, поддержанные армейской артиллерией. Основные силы дивизии Хамди остановились на высотах Текке. Только четыре передовых батальона спустились на равнину. После долгих сомнений и под давлением своего окружения Эдем-паша решился наконец отдать приказ о дальнейшем наступлении, и дивизия начала развертывание против греческих позиций у вокзала Фарсалы и железнодорожной насыпи. Авангард под командованием бригадного генерала Хасана Тахсин-паши, храброго и энергичного солдата, отличившегося на Крите, немедленно вступил в бой. К нему присоединились два батальона дивизии Мемдуха, которые спустились с горных склонов. Эдем-паша, отправившийся в эту дивизию, отдал и ей приказ о наступлении.
Три полка дивизии Хамди-паши — в общей сложности 12 батальонов — развернулись западнее ведущей в Фарсалу дороги и после того, как авангард в жестоком бою овладел деревней Васили, переправились через Чинарлы-Дере. Правое крыло дивизии пересекло железную дорогу; таким образом, Фар-сала оказалась в полуокружении. Позади дивизии Хамди-паши заняли позиции орудия 6-й и 3-й дивизий, а также армейская артиллерия — в общей сложности 11 батарей. С греческой стороны поддержку своей пехоте оказывали батареи с высот восточнее города. Бригада Димопулоса на глазах наследного принца контратаковала, и только на закате Хасан-паша при помощи второго полка своей бригады смог занять вокзал. Противник отошел в Фарсалу. Хасан-паша последовал за греками, подойдя на 500 метров к окраине города; там он приказал пехоте окопаться. Основные силы дивизии Мамдуха дошли до Паша-Махалесси и Байраклы[37]. Наступившая темнота положила конец бою.
Эдем-паша остался в районе Татарлы, обеспокоенный отставанием правого крыла и резерва своей армии. Он опасался, что греки нанесут контрудар, однако вскоре полковник Махмуд-бей и майор Иссет вернулись с известием о том, что противник отходит. Наследный принц Константин сразу же после наступления темноты приказал отходить на Домокос.
Батальоны Хасан-паши пришли в движение с рассветом. Без единого выстрела они заняли Фарсалу. Греки исчезли, однако последние их орудия покинули позиции на высотах только в утренние часы. Если бы Нешат-паша наступал более энергично, эти пушки оказались бы захвачены. Однако в реальности три греческие бригады без малейших помех вышли к Домокосу в 11 часов утра 6 мая и начали готовиться к обороне.
Сражение при Фарсале превратилось из запланированной решающей битвы в вереницу авангардных боев. Потери оказались невелики — с турецкой стороны 8 офицеров и 147 солдат убитыми и ранеными, с греческой около 200 человек. Турки сумели одержать победу, однако на фоне изначально поставленной цели она могла удовлетворить только самых старых и флегматичных обитателей штаб-квартиры. Остальные прекрасно понимали, что у них имелся шанс достичь намного большего.
Операция против Фарсалы была хорошо задумана; в турецком штабе понимали, что противник вряд ли станет здесь биться насмерть. Высоты за городом слишком круты, а шоссе, ведущее на Домокос, проходит параллельно фронту и может быть легко перерезано наступающим неприятелем. Именно поэтому главный удар турки собирались наносить на правом крыле — дивизии Нешата и Хайри должны были неожиданно появиться на левом фланге греков и позади него. Фронт турецкой армии составлял около 30 километров; примерно такое же расстояние дивизия Хайри-паши должна была пройти, чтобы выполнить свою задачу. Солдаты были вполне в состоянии выполнить поставленную задачу, они с легкостью преодолели половину указанного пути. И не их вина, что из всей армии в серьезный бой вступили только 6-я и части 3-й дивизии. Если бы противник быстро оценил и воспользовался ситуацией, он мог бы нанести туркам ощутимое поражение.
Основная проблема с турецкой стороны заключалась в том, что командование дивизий оказалось не на высоте поставленных задач. Сражение при Фарсале было задумано штабными офицерами и стало их практическим экзаменом. Предложенное ими концентрическое наступление напоминало немецкие образцы 1866 и 1870 годов. Замысел, несомненно, был удачным. Однако исполнение плана находилось в руках представителей другого поколения; командиры дивизий видели в первую очередь опасность изолированного наступления и боялись разгрома по частям. Даже сам командующий армией лишь скрепя сердце согласился с планом, который и ему казался слишком рискованным. Похоже, что он был вполне доволен успешным фронтальным наступлением и не особенно торопил командиров на правом фланге. Если бы при Фарсале дивизиями командовали штабные офицеры или такие генералы, как Хасан Тахсин-паша, турецкая история обогатилась бы славным воинским подвигом.
Объяснить действия греческой стороны довольно сложно. Наследный принц Константин приказал занять две линии обороны, однако ни одну из них не пытались оборонять всерьез. Условия местности делали более сильной ту линию, которая расположена севернее Чинарлы-Дере. Однако она была занята только передовым охранением, которое сразу же отошло под ударом противника. Потом, в глубине долины, армия удерживала позиции дольше, чем было необходимо для прикрытия отхода. Похоже, греческое командование не могло решить, продолжать ли ему бой или отступать. Это породило опасность, которой удалось избежать только благодаря пассивности турецкого правого крыла. Наступление бригады Мастрапаса на высоты Текке, равно как и контратака бригады
