Они вернулись в гостиную, где компания продолжила живое обсуждение последних романов.
Минерва заметила, что темно-синие глаза жениха тут же начинали тускнеть, когда речь заходила о политике или правительстве, то есть о темах, которые она находила чрезвычайно увлекательными. Поскольку Минерва и раньше замечала у собеседников подобную реакцию, она готова была потчевать Блейка этим своим любимым блюдом самыми маленькими порциями.
Но романы? Такой легкомысленный человек, как Блейк, мог получать от них удовольствие. Ведь Монтроузы и их друзья расхваливали вовсе не нравоучительные истории Ханны Мур. Ну что может быть занимательнее приключений отважных героев Скотта? Однако Блейкни тем не менее не высказал своего мнения ни по одной книге.
Он ушел слишком рано, поэтому и Чейзы, и Комптоны, как ни пытались этого скрыть, испытали некоторую неловкость за Мин. Возможно, подумали, что Блейк ушел, дабы провести ночь с любовницей. Мысль об этом казалась странно мучительной. После обеденного разговора, приправленного легким флиртом, Минерва надеялась ускользнуть с Блейкни в библиотеку, чтобы обменяться еще одним поцелуем. Но у них не было возможности остаться наедине, а Блейк не предпринимал никаких попыток изменить положение.
— Блейк сказал тебе что-нибудь по поводу драгоценностей? — спросила она Диану. — У тебя есть основания считать, будто с ними что-то не так?
Диана покачала головой.
— Я тебе уже говорила, мы очень по-дружески побеседовали.
— Возможно, мне удастся пролить свет на этот вопрос, — сказала Селия. — Камердинер лорда Хьюго оказался в магазине «Рандл и Бридж» одновременно с Блейкни. Возможно, мне следовало бы промолчать. Не хотелось бы выдавать секреты или испортить сюрприз.
Что бы там ни было, Минерва предпочла быть в курсе.
— Меня не волнуют сюрпризы.
— По словам лорда Хьюго, Беннет видел, как Блейк покупал очень дорогие украшения. Два рубиновых браслета и изумрудное ожерелье.
— Гм, рубины, — промолвила Диана. — Не уверена, что они подойдут, Мин. А вот с изумрудами ты будешь выглядеть великолепно. Я очень рада узнать, что Блейк намерен исправить промах отца. Не забудь изобразить изумление, когда он преподнесет тебе эти украшения.
Минерва тихо порадовалась про себя. Ей было безразлично, какой величины окажутся драгоценные камни, но возможный подарок будущего мужа не мог оставить ее равнодушной. Как хорошо, что она успела позаботиться об идеальном подарке для Блейка. Он не был дорогим, но Минерва была уверена: подарок ему понравится, тем более что переплетчик Себастьяна должен был сделать для него особую обложку.
— Ты правильно поступила, что рассказала об этом, Селия, — весело прощебетала Диана. — Теперь у меня нет ни малейших сомнений, что после свадьбы у Мин и Блейка все будет прекрасно, хотя я и так в этом не сомневалась.
— Ты не выйдешь за него!
В дверном проеме возник Себастьян, вид у него был разъяренный. Широкими шагами он пересек комнату, за ним по пятам проследовал Тарквин Комптон. Проигнорировав приветствие жены и стряхнув руку, которую Диана успокаивающим жестом положила ему на плечо, Себастьян склонился над Минервой.
— Я не позволю тебе выйти замуж за этого человека.
— О Боже, — произнесла Селия, — должно было случиться что-то серьезное, раз это оторвало вас обоих от книжной распродажи.
Тарквин поцеловал жене руку и окинул взглядом присутствующих.
— Я решил поехать с ним на тот случай, если Себастьян вдруг решит по пути сюда нанести визит к Блейкни, чтобы убить его.
— Себастьян, — вмешалась Минерва, — перестань пыхтеть и объясни нам, что произошло. Что Блейк опять натворил?
— Мистер Уинчестер, тот недалекий тип, который сплетничает больше старух, видел его прошлым вечером в ложе Дезире де Бонамур.
— О!
Легкое волнение сменилось потрясением.
— И это еще не все. Эта так называемая леди появилась в рубиновом ожерелье, которое он подарил ей в прошлом месяце.
Диана попыталась прервать его:
— Но ведь это случилось до того…
— И на ней была пара рубиновых браслетов, которые он купил ей на прошлой неделе. Отвратительно уже то, что он не порвал с любовницей, хотя до свадьбы осталось три дня. Но открыто появляться с ней в обществе! Я хочу вызвать его на дуэль, и, наверное, так и сделаю, как только объявлю об отмене венчания. По крайней мере я его крепко вздую, пусть покрасуется с синяками.
Ледяное спокойствие охватило Минерву. Пока Себастьян рыча метался по комнате, Диана и Селия охали и ахали, а Тарквин мрачно молчал, девушка, отключившись от окружающего мира, погрузилась в грустные размышления о своем будущем.
Прежде всего ей предстояло решить, должна ли она послезавтра выйти к алтарю.
Минерва размышляла о возможных вариантах, но их попросту не существовало. Все осталось по-прежнему, как в то ужасное утро, когда она осознала, что вынуждена выйти замуж за человека, которого презирает. Отличие состояло лишь в том, что теперь у нее не осталось никаких надежд. Ее взгляд на Блейка и их общее будущее кардинально изменился. Еще вчера в глубине души Минерва надеялась получить то, о чем она мечтала, и даже больше. Еще вчера она верила в возможность возникновения между ней и Блейкни уважительных и исполненных любви отношений, похожих на те, которые связывали ее родителей и Себастьяна с Дианой. Как глупо! Лорд Блейкни не способен любить и не заслуживает уважения.
Если она разорвет помолвку, ее репутация так и останется подпорченной, а значит, ей придется прожить свою жизнь в деревне, где не будет ни малейшего шанса осуществить свои честолюбивые замыслы.
— Я выйду замуж за Блейка, — твердо произнесла она, сдерживая сердитые слезы. — Ведь никто из нас никогда не считал его святым. Не думаю, что у меня есть выбор. Уверена, сэр Блейкни пришел бы в восторг, откажись я от его предложения, но этому не бывать. Почему наказание за его безответственность должна понести только я?
Глава 9
Заключение брака по специальной лицензии проходило в гостиной Вандерлин-Хауса. Ни одна из сторон не пожелала устраивать пышного события. Горстка друзей и родственников с обеих сторон присутствовала на заключении союза, в который вступали Артур Уильям Геррит Вандерлин, маркиз Блейкни, холостяк, и Минерва Маргарет Монтроуз, девица, дочь Уильяма Монтроуза, владельца Мандевиль-Уоллоп в Шропшире.
Все присутствующие согласились, что молодые представляют собой восхитительную пару, в которой красота золотоволосой и голубоглазой невесты великолепно сочеталась с лучшим образчиком английского аристократа. Невеста была одета в простое, но элегантное утреннее платье из желтого муслина. Единственными ее украшениями стали золотой крестик и цепочка. Она выглядела спокойной и уверенной в себе, что вызывало восхищение, поскольку эта девятнадцатилетняя девушка явилась обладательницей самого большого брачного приза десятилетия.
