– Тогда скажи мне, Кир: ты давно замыслил свой побег от меня? Сколько времени жил на два лагеря?
– Даже не знаю, что точкой отсчета считать, Дашуля. Поначалу я к Люсьене в массажный салон приезжал, как обычный клиент.
– Понятно.
– Что тебе понятно! – вдруг взъярился Кир. – Разве ты меня когда-нибудь по-настоящему любила? Ничем поступаться не хотела! Работа у тебя на первом месте, а женщина должна...
– Слава богу, я уже ничего тебе не должна.
– Все же ты мне нравилась, Дашуля.
– А я тебе верила, Кир.
Под конец наш разговор принял и вовсе миролюбивый характер. Я даже пожаловалась на доцента Лунина, Кир посочувствовал, в свою очередь посетовал на свои проблемы с кредитами. Жизнь каждого полна трудностей! Зачем создавать дополнительные?! Напоследок я сказала Киру, что согласна встретить в их семье Новый год и что приеду к ним домой ближе к полуночи.
Окутанная усталостью и равнодушием к своей судьбе, я раскинула диван и улеглась окончательно. Радовала лишь единственная мысль, что завтра выходной день и вставать по будильнику не придется.
Однако ранним утром тридцать первого декабря, как назло, меня разбудил телефонный звонок. Поднеся трубку к уху, спросонья не сообразила, кто звонит.
– Долечка, доброе утро! Я тебя разбудил? Извини, поезд из Москвы приходит рано...
– Артур? То есть Витя...
– Да, это Витя. Я решил сделать тебе сюрприз.
– Ты большой любитель сюрпризов. – Теперь я проснулась окончательно и села в постели, подтянув под себя ноги.
– Ты, кажется, не слишком рада моему приезду, Долька! Я надеялся, что мы вместе встретим Новый год где-нибудь в ресторане...
– А мне казалось, что в прошлый раз мы все расставили по своим местам. И тебе не приходила в голову мысль, что я уже определилась, где и с кем встречаю этот праздник?
– Я предполагал что-то в этом роде. Но думал, для тебя не составит труда перестроить планы. Но если ты против, то, конечно, я не смею настаивать. Сейчас я еду к бабуле. Она-то всегда рада меня видеть. Ладно, всего хорошего. С наступающим тебя!
– Подожди, Витюша. – Я решилась соединить несоединимое. – Очень хорошо, что ты приехал. Мы встретим Новый год у Люсьены. Она и Кир – ее новый муж, а мой бывший – пригласили меня к себе. Присоединяйся к нашей компании.
– Как все удачно складывается! – воскликнул Витя. – Я и на Люсьену посмотрю, и с тобой пообщаемся. Меня только удивляет, что тебя не смущает столь щекотливая ситуация – веселиться с людьми, подложившими тебе свинью. Или у тебя теплится надежда вернуть этого Кира? А там еще гости будут?
– Ты – четвертый, и все.
– Я заеду за тобой, Долечка! Ты не против?
– Приезжай в десять вечера.
Я разговаривала с Витей сдержанно, однако, отключив трубку, почувствовала прилив бодрости. Может, мне удастся преодолеть свое ничем не обоснованное предубеждение против него. Ведь поначалу, пока я считала Витю Артуром, у нас все складывалось неплохо. Обозначились общность интересов, сходство характеров, а секс вообще был великолепен. И все же, пригласив Витю встречать в нашей компании Новый год, я меньше всего думаю о развитии с ним близких отношений. Мелочное желание утереть нос Люсьене и Киру двигало мной, я готова признаться в этом. Ну не смогла я удержаться в роли стороннего исследователя, препарирующего сущность предательства! Меня коробит от их притворного сочувствия, пусть лучше оба завидуют мне! Изображу перед ними счастье и довольство. И в этой игре мне должен будет помочь Витя!
* * *
Тому, что «молодые» пригласили меня к себе в дом, я не могла найти объяснения: хотят очистить свою совесть или опасаются моей мести? Но черного кобеля не отмоешь добела, а строить против них пакости у меня и мысли не было. Я обозначила им свою позицию – сказала обоим, что они подлые предатели и что я не собираюсь преследовать их. Однако требуется внутренняя работа, чтобы восстановить свое душевное равновесие.
Собираясь в гости, тщательно выбирала наряд. Надела платье с глубоким вырезом, малиново-вишневое – лучшее из имеющихся и Киром, между прочим, подаренное. Пусть вспоминает, как мы вместе выбирали его!
Перед тем как войти в квартиру Люсьены, я предупредила Витю:
– Витюша, давай в этом доме не будем раскрывать твое инкогнито. Оставайся для них писателем Артуром Палецким, который в детстве был влюблен в Люсьену.
– С тобой, Долечка, не соскучишься! Хоть ты и не писательница, а мне по части фантазий не уступишь.
– Моя профессия тоже касается человеческих душ. Только ты создаешь их, а я – чищу и реставрирую.
Наше совместное появление с «Артуром» произвело впечатление на хозяев дома! Но Люсьена, в отличие от меня, сразу назвала Витю Витей!
– Витенька, это ты! Жив! А говорили, что ты погиб! А где Артур? – Она выглянула на площадку.
– Витя действительно погиб, – покачал головой Витя. И, как я его просила, представился: – Я – Артур! Неужели ты не узнала меня, Люсьена!
Люсьена отпрянула, вглядываясь в лицо повзрослевшего одноклассника, в поредевшие волосы. Недоверчиво заключила:
– Прости. Вы же братья и всегда были похожи! В Интернете ты мне больше Артура напоминал. Ну там, после фотошопа, все на одно лицо выглядят. А сейчас... даже не знаю, почему я так решила. Может, из-за роста? Помню, когда мы с тобой обнимались, мои глаза на уровне кончика твоего носа были. А теперь где-то посередине.
– А я как была Артуру до подбородка, так и сейчас, – продолжая путать Люсьену, заверила я. Не так-то просто ввести в заблуждение девушку, когда-то знавшую парня близко.
Но все обошлось. Как известно, если девять человек скажут, что король голый, то и десятый уверится в этом.
Люсьена снова покачала головой:
– Артюша, как ты изменился! И выглядишь как настоящий писатель: рубашка классная, и шейный платок к ней идет!
Я поморщилась от ее приторного «Артюша», для меня мой Артур всегда был Артом.
Кир, чуть склонив коротко стриженную голову, стоял рядом и с любопытством наблюдал за нашими охами-вздохами. Выглядел он не слишком радушным хозяином.
Люсьена представила их друг другу. Между мужчинами промелькнула искра неприязни. Казалось, даже одежда их вступила в поединок. Строгий офисный костюм Кира – и неизбежная часть его: затянутый узел галстука – казался смешным и неуместным рядом с небрежно изысканным стилевым решением одеяния Вити. И Кир, теперь муж Люсьены, с обидой посмотрел на меня: я торжествовала – он ревнует меня к Вите! Останься я одинокой и брошенной, он бы продолжал чувствовать себя виноватым и жалеть меня. Но тут он не знал, как реагировать: по его мнению, я слишком быстро обрела нового друга!
Потом мы прошли в гостиную. Выяснилось, что мать Люсьены уехала отмечать праздник к родственникам, а сын отправился в свою подростковую компанию. Однако утром они помогли Люсьене приготовить стол. Он ломился от еды. Для Вити добавили еще одну тарелку, рюмку и столовый прибор. Но Люсьена не позволила ему присесть, а сразу потащила в другую комнату. Сказала, что для краткого разговора.
