— А тебе бы только жрать! — тут же взвилась Ксеня.
Данила демонстративно от нее отвернулся и не ответил.
Я торопливо доплела косы и стянула их веревочками.
— Уже идем, Данила! Показывай дорогу!
Парень пошел впереди, улыбаясь мне, и все так же подчеркнуто не глядя на Ксеню.
В большом зале за длинным деревянным столом уже собрались полтора десятка гномов. Лорд Даррелл и Арххаррион тоже были здесь, на разных концах стола и неторопливо тянули эль из больших блестящих кубков.
Вообще, мне показалось, что свободный народ не равнодушен к блестящим предметам. Даже здесь, в приграничной башне их было в изобилии: посуда, подсвечники, щиты над камином, многочисленное оружие… В нашей комнате мы обнаружили на стенах блестящие пластины, расположенные на разной высоте и долго думали над их назначением, но так и не догадались. Может, они сделаны для украшения жилища? Как бы там не было, смотреться в эти пластинки было интересно, хоть и не очень удобно, они были маленькие и расположены в разброс.
Здесь, в общем зале такие пластинки покрывали все стены, и когда зажгли свечи, огонь отразился разом во всех, и стало светло и радостно, а я поняла назначение этих блестяшек.
Дагамар по-хозяйски усадил нас рядом с собой, стукнул кулаком по столу. Все гномы радостно повторили этот жест, отчего тяжелый стол подпрыгнул как живой, но устоял. И тут же в зал потянулись гномы, держа в руках широкие блюда с едой. Комнату наполнили упоительные запахи горячего мяса и трав, и рот мгновенно наполнился слюной.
— А почему у них такие странные бороды, — тихо спросила я у Дагамара, кивнув на парнишку, расставлявшего кушанья, — словно обрубленные?
— Бороду рубят в наказание за провинность, — ответил он, важно поглаживая свою, длинную и ухоженную, — и это позор для детей гор! Безбородые не имеют права носить оружие и должны выполнять все поручения своего груна, пока борода не отрастет. Тогда провинность считается отработанной! — я замолчала, обдумывая столь странный способ наказания, а Дагамар снова стукнул кулаком по столу. Теперь подпрыгнули все блюда, и даже выплеснулся эль из кубков. Но гномом это, похоже, не смущало. Никто из них даже бровью не повел. Арххаррион тоже продолжал безмятежно о чем-то разговаривать с седобородым воином, сидящим рядом с ним, зато вот лорд Даррелл отскочил, чем заслужил насмешливые улыбки свободного народа.
— Дети гор! — завопил Дагамар. Я с трудом удержалась от искушения прикрыть уши ладонями, — Свободный народ! Братья! Сегодня мы принимаем у себя добрых гостей! Сегодня у нас есть повод для праздника! Будет так!
Я, предчувствуя продолжение, потихоньку сняла свой наполненный кубок со стола. Ксеня и Данила — тоже.
— Будет так!!! — гаркнули гномы и разом стукнули по столу. Блюда с мясом подпрыгнули на пару локтей.
А дальше началось! Мне наложили полную тарелку мяса, столько, что хватило бы на десятерых послушниц, и пока я растеряно смотрела на это изобилие, гномы ели, пили, громогласно выкрикивали речи и здравицы, снова наполняли кубки и стучали кулаком по столу, так что я только и успевала хватать свои приборы, чтобы не улетели! И все это одновременно, наперебой и столь шумно, что мне захотелось залезть под стол!
И да, мне пришлось раз десять рассказать, сколь сильно меня испугал этот ужасный, громадный, просто невероятный змей!
Обычной воды на столе не оказалось, а пить хотелось, так что я с опаской все же глотнула эль. И поперхнулась, закашлялась, когда горький напиток обжег мне горло!
Дагамар радостно хлопнул меня по спине, так что я чуть не ткнулась носом в тарелку. Поняв свою оплошность, гном растеряно захлопал глазами.
— Охо-хо! Хрупкая нея, простите! Уж давненько я на границе, отвык от общества прекрасных ней…Гюст, чего таращишься, принеси воды для гостьи! Да шевелись!
Я взяла у безбородого кружку и благодарно ему улыбнулась.
— Спасибо. Все в порядке, не переживайте! Просто… я раньше не пила эль. Не ожидала, что он такой… крепкий!
— Как так? — не понял Дагамар, — ни разу?
Я с улыбкой покачала головой.
— Там где я выросла, такие напитки запрещены, грун Дагамар.
Гном поцокал языком.
— Вы выросли в очень, очень плохом месте, чудесная нея! В ужасном, совершенно неправильном месте! — печально изрек он. Я рассмеялась.
— Нет, там замечательно. Там много снега и такие сосны, каких нет даже в Вечном лесу! И всегда пахнет хвоей, а еще можжевельником… и озерами. Там очень красивые озера. Чистые, глубокие, с такой прозрачной водой, что видно, как резвятся на дне маленькие рыбки! И еще там бесконечное синее небо, а ночью над башнями Риверстейн горят небесные проводники, словно светочи, и кажется, что стоит потянуться и их можно коснуться ладонью…
Дагамар затих, заворожено слушая.
— Похоже, вы очень любите это место, непонятная нея, — с улыбкой сказал он.
— Да, — я тоже улыбнулась, — там мой дом. Хоть я и не сразу это поняла. И я обязательно вернусь туда, когда наше путешествие закончится.
— Куда же вы направляетесь?
— Для начала в Граам, — честно ответила я.
Дагамар хитро прищурился.
— Горы рассказывают удивительные истории, моя скрытная нея… Про дикий край людей, где вдруг проснулся Источник Силы, про возрожденное наследие древнего народа…Про беловолосую нею, пришедшую с другого конца пути времени…
Я лишь пожала плечами.
— А что означает это слово, нея? — спросила я, надеясь перевести тему. Гном мой маневр понял, лукаво улыбнулся. И настаивать не стал.
— Гм… Ну, если дословно с древнего языка гор… то это звучит так, — он набрал в грудь побольше воздуха и выдал, — дева, ликом прекрасная, как горная вершина, сердцем горячая, как жар земли, хрупкая, словно первый снег и стойкая, яко сталь!
— Как красиво! — потрясенно сказала я, — Свободный народ еще и великие стихотворцы!
Неожиданно за столом повисла тишина. Я чуть испуганно обернулась. Ох, святые старцы! Может, я оскорбила этих мужчин? Может, назвать воинов стихотворцами — унижение?
Дагамар вскочил. И заорал так, что я подпрыгнула:
— Великодушная нея оценила талант детей гор! Нея назвала нас великими стихотворцами! За нею!
— За нею! — дружно и радостно возопили гномы. И, ну конечно же, снова треснули кулаками по столу! И тот все же не выдержал столь мощного и многократного напора и пошел трещиной!
— Гюст, тащи мой шувыр! — громогласно потребовал Дагамар, отшвыривая обглоданную кость.
