За девушками неотступно следовали два телохранителя. Внешность одного привела землянина в шоковое состояние. На месте левого уха у мужчины виднелся коричневатый ороговелый нарост. О тасконских мутантах Андрей слышал часто, но до сих пор с ними еще не сталкивался. Доступ в лагерь добровольцев для рабов закрыт. Физическими данными природа бойцов не обделила. По габаритам воины ничем не отличались от первой пары.
За телохранителями графини двигались сотрудники базы. Юноша насчитал восемь человек. У Сирианской правительницы должна быть соответствующая свита.
Среди офицеров Волков заметил Грега Лейрона. Майор старался не выделяться из толпы. В отличие от многочисленных подхалимов, он не любил сопровождать высокопоставленных особ. Скучное и неблагодарное занятие.
– Смирно! – надрывно выкрикнул наемник и сделал три шага навстречу владельцу компании.
Процессия тут же остановилась. Стаф извинился перед Торнвил и направился к невольнику.
– Господин Энгерон, – отрапортовал гигант, – первый взвод второй роты первого батальона четвертой центурии возвращается с полигона. Командир взвода сержант двадцать два десять.
– Встаньте в строй, сержант, – приказал тасконец. – Графиня хочет взглянуть на будущих солдат.
Наемник поспешно отступил назад. Октавия иронично усмехнулась и приблизилась к подразделению. Бойцы вытянулись в струну. Они боялись пошевелиться. Одно подозрительное движение, и телохранители, не задумываясь, застрелят беднягу. Безопасность властительницы дороже жизни какого-то раба.
После непродолжительной паузы Торнвил язвительно сказала:
– Господин Энгерон, признаюсь честно, я разочарована. В рекламных роликах говорится о профессионалах. Смелые, сильные, решительные воины. А что в реальности? Жалкие, измотанные невольники. На них противно смотреть. Таких доходяг не встретишь даже на плантациях Алана.
– Посмею возразить, ваше высочество, – произнес тасконец. – Это нулевой уровень. Новобранцы. Процесс подготовки длится долгих двенадцать месяцев. По мере обучения мы избавляемся от недостойных кандидатов. Перед вами сырой материал. Опытные инструкторы сделают из них настоящих убийц.
– Что-то не верится, – вымолвила графиня, подходя к солдатам вплотную. – Уж слишком плохо они выглядят. Голодные, уставшие, в глазах – обреченность. Бойцы психологически сломлены.
– Обманчивое впечатление, – не унимался Стаф. – Поверьте, парни выполнят любой приказ.
– Не думаю, – проговорила женщина, направляясь к левому флангу строя.
Владелец компании не отставал от Октавии ни на шаг. Правительница замерла напротив Волкова. Учитывая каблуки, Торнвил была выше юноши сантиметров на десять. Кивнув головой в сторону Андрея, графиня возмущенно спросила:
– И за подобного наемника вы берете с меня двенадцать тысяч? Беспрецедентный грабеж. Мальчишка не стоит и половины. Боюсь, мне придется изменить условия контракта.
– Ваше высочество, помилуйте, – взмолился Энгерон. – Я же разорюсь. Содержание лагеря обходится в астрономическую сумму. А что касается раба, то неизвестно, дотянет ли он до экзамена.
– Хотите сказать, через год нулевой уровень будет соответствовать предъявляемым требованиям? – уточнила женщина.
– Безусловно, – мгновенно отреагировал тасконец. – Я всегда поставляю отличный товар.
– Жалоб действительно не было, – согласилась Октавия. – Сколько времени провел на базе этот солдат?
Стаф повернулся к сержанту. Две тысячи двести десятый прекрасно слышал весь разговор.
– Первый взвод тренируется девятую декаду, – отчеканил наемник, выступив вперед. – Потери три человека.
– Срок немалый, – заметила графиня. – Ваши подопечные, наверное, уже многому научились.
– Мы развиваем у невольников выносливость, физическую силу, – не чувствуя подвоха пояснил владелец компании, – показываем им приемы рукопашного боя. Программа объемная...
– Великолепно! – оборвала Энгерона правительница. – Значит, драться воины уже умеют.
– Разумеется, – хвастливо произнес тасконец. – На манекенах нет живого места.
– В таком случае, предлагаю организовать поединок, – вымолвила Торнвил.
– Когда и где? – спросил Стаф, еще не понимая, к чему клонит женщина.
– Здесь и сейчас, – ответила Октавия. – Давайте, намного развлечемся.
– С удовольствием, – проговорил Энгерон. – Я пошлю офицера за наемниками третьего уровня.
– Нет, нет, – возразила графиня. – Прерогатива выбирать бойцов принадлежит гостье.
– Конечно, конечно, – пролепетал тасконец. – Не смею спорить, ваше высочество...
– Пусть мальчишка сразится с моим телохранителем, – жестко сказала Торнвил.
Стаф изумленно открыл рот. Подобного развития событий мужчина не ожидал. Энгерон угодил в ловко расставленную западню. Правительница отрезала ему все пути к отступлению.
– Я не против, – произнес тасконец. – Но силы слишком не равны. Опытный, зрелый воин и недоученный уставший юнец. Схватка получится короткой и неинтересной. Итог очевиден.
– Пытаетесь избежать позора и упреков во лжи? – иронично вымолвила женщина.
– Ничуть, – проговорил Стаф. – Я констатирую факт. Поражение моего солдата предопределено.
– Что ж, в ваших словах есть логика, – сказал Октавия. – А потому я сделаю небольшое послабление. Раб должен продержаться одну минуту. Тогда цена на наемников останется прежней. Если он умрет раньше, аренда снизится на тридцать процентов. По-моему, это честно.
– Вы загнали меня в угол, – грустно улыбнулся Энгерон. – Придется пожертвовать парнем.
– Не беспокойтесь, – с равнодушным видом произнесла графиня. – Убытки я компенсирую.
Тасконец и аланка спорили буквально в двух метрах от землянина. На Волкова они даже не смотрели. Судьба Андрея решалась абсолютно без его участия. Невольник не имеет права голоса. Волков с ужасом поглядывал на огромных телохранителей правительницы. В поединке с ними шансы юноши равнялись нулю. Бойцы без особого труда свернут Волкову шею.
– Ваше высочество, – осторожно вымолвил Стаф, – вы не забыли о дочерях? Зрелище будет жестоким.
– Ничего страшного, – спокойно отреагировала Торнвил. – По частным каналам голографического вещания показывают и не такое. Кроме того, им пора становиться взрослыми. В современном мире нет места жалости и милосердия. Лана чересчур стеснительна и сентиментальна. Этот урок пойдет ей на пользу.
– Ваша мудрость безгранична, – льстиво заметил владелец компании.
Энгерон жестом подозвал к себе землянина. Андрей сделал шаг вперед и громко выкрикнул:
– Рядовой сорок один тринадцать. Первый взвод второй роты первого батальона четвертой центурии.
– Солдат, мне искренне жаль, что выбор графини пал на тебя, – едва слышно сказал тасконец. – Видимо, ты родился под несчастливой звездой. Прошу об одном – протяни минуту.
– Я не подведу, – рявкнул юноша, гордо вскидывая подбородок.
– Ну-ну, – тяжело вздохнул Стаф, поворачиваясь к командиру штурмовиков.
Пока Энгерон отдавал распоряжение лейтенанту, Октавия о чем-то беседовала со своим телохранителем. Периодически мужчина утвердительно кивал головой. Лицо сирианца было невозмутимо. Волков почувствовал, как предательски задрожали колени. Вот и все! Наступил конец его «блестящей» военной карьеры. Он не достиг даже первого уровня. Лейрон допустил непростительную ошибку, купив невольника у плайдцев. Тренировки на Оливии лишь измотали землянина.
Между тем, охранники базы оцепили небольшой участок газона примерно в десяти метрах от бетонной дорожки. По размерам площадка невелика, что вполне устраивало противника Андрея. Для сирианца главное поймать, схватить юношу. В ближнем бою мужчина легко и непринужденно расправится с врагом.
– Господин Энгерон, я устала ждать, – нетерпеливо сказала правительница. – Поторопитесь.
– Все уже готово, ваше высочество, – откликнулся тасконец. – Противники могут выйти на исходные позиции.
Телохранитель графини решительно направился к квадрату. Грязь под ногами ничуть не смущала сирианца. Воин словно специально шел по лужам. После некоторого раздумья, Волков снял куртку, обнажаясь до пояса. Тем самым, землянин хотел усложнить сопернику задачу. Впрочем, особых иллюзий на данный счет Андрей не питал.
