последние полгода.
— С… Сань, я помогал, чем только мог, — слегка дрожащим голосом начал оправдываться он. — Мы с девчонками плотно работали вместе, пока ты отсутствовал. А з-затем, когда всё немного выровнялось, Станислав предложил мне интересную работу. Я помогал уже оттуда. Поверь, я бы ни за что не…
— Да, хватит, — ухмыльнулся я, погасив свой строгий взгляд. — Мне всё рассказали. Ты и правда очень помог, пока я… отсутствовал. Спасибо тебе.
Мирон тут же облегчённо вздохнул, на лице расслабилось, даже улыбка немного сверкнула.
— Ух, я уж боялся…
Тут он вдруг опомнился и резко нахмурился в возмущении.
— То есть ты прикалывался⁈ Саня, нельзя так! Меня чуть Кондратий не хватил!
Сдержать добродушную насмешку было тяжело. Да я и не пытался. Выражение Мирона прямо-таки вызывало злобное хихиканье.
Обдурили лисьего прохвоста.
— Ладно, посмеялись, и хватит. Я тебя не просто поржать позвал.
— Уж догадался.
Почувствовав безопасность, Мирон скрестил руки и откинулся в кресле.
— Уличные разборки?
— Верно. Почти. Они из улиц начали пробираться глубже. Аж в академии начудили ребятки. Прямо перед Азарьевым.
Мирон состроил гримасу, представляя реакцию директора.
— Ну, ты вроде уже ему не подчиняешься, как я понял?
— Снова верно. Но это не повод устраивать беспорядки.
— Нужно приструнить задир? Ты можешь сделать это одним грозным взглядом. В чём проблема?
Я убрал ноги со стола, поглубже вздохнул и немного подумал, как объяснить Мирону суть проблемы.
Посвящать его наравне с остальными пока не хотелось. Слишком уж скользкий этот лис. Хитрющий.
Однако обозначить опасность стоит.
— Нам поступили сведения, что скоро город окажется в серьёзной опасности, Мирон. И чтобы выстоять, все должны быть едины. Запад, Восток, Север, Юг — нельзя теперь делить людей по районам. Не так как прежде.
Мои слова заставили Мирона задуматься. И усомниться, видимо.
— И сколько у нас времени?
— Максимум неделя.
— Прикалываешься⁈
— Нет.
Мирон вздохнул, покачал головой и прикусил губу, разглядывая потолок.
— Не, это нереально. Нам бы сначала понять, кто воду мутит. А уж потом…
Тут он задумался. Кажется, появилась кое-какая идея. У меня одна тоже была, но уже для более позднего этапа. Поэтому хотелось услышать, что скажет мой бывший заместитель по связям с общественностью.
— Думаю, всё началось с Востока. У нас источник. После вашей пропажи парней крепко прижали… за былые заслуги, так сказать. Вот и мстят теперь.
— Кто конкретно?
— Этого пока не знаю. Не успел выведать.
— Но… — протянул я.
— Но есть мысля, как нам это сделать. Ходят слухи, мол, скоро готовится что-то крупное. Глядишь, всех главных задир выведаем.
— Вот молодец! Давай, говори, что делать.
━─━────༺༻────━─━
Я смотрел в зеркало и не узнавал лицо, смотрящее оттуда в ответ.
И не мудрено, потому что это было не моё лицо.
— Какая чудная магия… — протянул я пальцами ощупывая незнакомые скулы. — И часто ты этим пользуешься?
— Ну… Не сказать чтобы очень часто. Мне нравится моя внешность.
Мирон тоже выглядел другим человеком.
Это была его родовая магия — Иллюзия Света. Чем-то она напоминала подобную технику Тьмы. Вроде той, что применил Сумрачный Паук в своём логове. Но эта иллюзия была куда более детальной и проработанной.
Иллюзия Тени помогала скрываться в толпе. Ей пользовался Шац, скрывая своё настоящее лицо. Да и ложное лицо никто не мог вспомнить, кроме тех деталей, что поборник Тьмы позволял уловить.
Но Иллюзия Света не мутила разум. Если я через пару дней выйду на улицу с таким же лицом, меня узнают те, с кем я общался под этой маской.
— Запоминай, — вздохнул Мирон. — Меня зовут Пахой. Я из бедного дворянского рода. Шаловливый, люблю гульнуть по барам и по бабам. Таким меня знают под этой личиной.
— Ты точно для работы использовал магию?
— Точно. На все сто процентов.
— Ну, тогда меня зовут…
— Миха. Михаил то бишь. Мой младший брат. Поступил сюда переводом из нашей местной шараги. Наследство от дальнего родственника привалило, и род решил пустить его на наше образование.
— А ты всё продумал, — хмыкнул я.
— А то! Пошли.
Мирон-Паха махнул рукой, и мы вышли из закоулка, куда пробрались под покровом невидимости. Ещё одна способность родовой магии Апраксина.
Как-то слишком уж скрытно для Света, разве не так?
Мы двинулись на территорию промзоны, где располагался известный бар. Но прошли мимо, завернули за угол и упёрлись в старый ангар.
Мирон постучал по двери, врезанной в ворота, особым ритмом. И скоро ржавые петли заскрипели, а за створкой показалась голова.
Лопоухая, коротко стриженная, с большим носом.
— О, привет! Давно не виделись, — сказала голова.
— Здаров, Гордей! — чуть изменив голос, приветствовал Мирон. — Не началось ещё? Или опоздали?
— Не. Только начнём. А кто это?
Гордей подозрительно взглянул на меня.
— Это Миха, брат мой. Долгая история… Пускай давай! А то всё пропустим.
Чуть поразмыслив, Гордей кивнул и открыл дверь, оглядывая округу. После чего захлопнул её за нашими спинами.
Через узкий тёмный коридор мы пробрались в просторное помещение ангара, где уже собрались сотни людей. Мельком я обследовал округу и обнаружил кучу приватных заклинаний. Вполне хорошо поставленных, надо сказать.
Тут можно рок-фестиваль закатить посреди ночи, и никто снаружи даже ухом не пошевелит.
Мы успели как раз к представлению.
На крышу бытовки, поставленной прямо по центру, взобрался сивый парень с довольно харизматичным уверенным лицом. Он был одет в боевую форму Востока.
— Это Макар, — прошептал мне Мирон. — Я узнал его — он был ещё в гвардии Вильнева.
Ох, уж эти гвардейцы…
Оглядев собравшийся народ, Макар вдохнул поглубже и начал кричать речь:
— Районы приняли вызов!
Тут же все отозвались ликованием. Мы с Мироном тоже, чтобы не выделяться.
— Сегодня мы надерём задницы ублюдков! Пусть другие заливают про единый клан, у нас свои счёты с засранцами, которые полгода издевались над нами!
Снова ликования и поддержка.
Кто-то выкрикивал оскорбления всем этим абстрактным или не очень «засранцам», о которых шла речь.
Макар дождался, пока пыл поутихнет и продолжил:
— Западные с нами! Устроим облаву, а затем и между собой разберёмся. Северные с южанами получат по заслугам уже скоро. Никакой Соколов нам не помешает!
— Да! — крикнул я, смеясь про себя. — К чёрту Соколова!
Несколько ребят осторожно подхватили посыл,
