— А что с ним случилось? Что-то с его ранами? — Джози разнервничалась не на шутку. Она прекрасно понимала, что Кэллахен ни за что не послал бы за ней, если бы не случилось что-то ужасное.
— По-моему, дело не в болезни. Он ничего мне толком не сказал. Вроде днем к нему кто-то приходил, и теперь он может предположить, куда подевались деньги.
— А почему он послал тебя, а не шерифа? — удивилась Джози.
— Шериф как раз сегодня уехал в Шарпсбург.
— Хорошо, подожди меня, я только переоденусь, — сказала Джози и поспешила в свою спальню.
Пятнадцать минут спустя они уже скакали в сторону Ларами. Джози сосредоточенно молчала, погрузившись в размышления о том, как ей лучше построить защиту Кэллахена. В первую очередь надо будет обязательно настоять на суде присяжных. Никаких явных улик против Симса нет, и, постаравшись, она, может быть, сумеет убедить присяжных в его невиновности.
Элли о чем-то спросила Джози, но, задумавшись, та не сразу расслышала вопрос.
— Прости, пожалуйста, Элли. Что ты говоришь?
— Я спрашивала вас о шерифе Спенсере. Он вас интересует?
Джози даже не поняла, что имеет в виду девушка.
— Интересует? Что ты имеешь в виду? — недоуменно переспросила она.
Разве вы не замечаете, что он сходит по вас с ума? — Элли не могла поверить, что Джози до сих пор пребывает в неведении относительно чувств Уилла. Но для Джози это действительно стало новостью. Дэн как-то намекал на что-то в этом духе, но девушка была уверена, что он просто подшучивал над ней.
— С какой стати Уиллу сходить по мне с ума? — спросила растерянно Джози.
— А разве для любви нужны какие-то причины? Просто он мужчина, а вы женщина, этого вполне достаточно, — с горькой улыбкой сказала Элли.
— Но Уилл нисколько меня не интересует, он просто мой друг. Даже не столько мой, сколько доктора Энни.
Лукаво улыбаясь, Элли спросила:
— Вот Кэллахен — другое дело, не так ли, мисс Джози?
— Если ты думаешь, что я увлечена Кэллахеном, то ты заблуждаешься! — с излишней горячностью, выдавшей ее с головой, воскликнула Джози.
— Ну, меня-то вы не проведете. Я же слышу, как меняется ваш голос, когда вы говорите о нем.
Джози не нашлась, что ответить. Какой смысл отрицать ее чувства к нему, если она вздрагивает, стоит лишь произнести его имя. В конце концов, она не должна отчитываться перед Элли.
Не дождавшись ответа, Элли продолжила:
— Но вы хоть понимаете, во что ввязываетесь? Этот человек может доставить вам уйму неприятностей.
Элли, ни во что я не ввязываюсь, — холодно ответила Джози. Ее начинала раздражать настойчивость девушки. — Я всего лишь его адвокат, и больше ничего.
— Представляете, а Уилл Спенсер, похоже, забыл, чем я занималась до последнего времени, и даже пригласил меня поужинать с ним в воскресенье. Но я не пара ему, — в голосе Элли послышалась горечь, — вы бы ему больше подошли.
Взглянув на грустное лицо Элли, Джози наконец догадалась, к чему были все ее расспросы.
— Так тебе нравится Уилл? — удивленно спросила она.
— По-моему, это заметили уже все, кроме него самого. Но я для него — пустое место, — грустно произнесла Элли.
— Ты не должна сдаваться, — ободряюще сказала Джози. — Ты ведь уже всем доказала, что ты сильная личность, которая в состоянии изменить собственную жизнь. Если ты будешь продолжать в том же духе, тебе, возможно, удастся заинтересовать Уилла.
— Пока он увлечен вами, у меня нет ни малейшего шанса. Вот если бы вы с Кэллахеном…
— Да выкинь ты это из головы! — поспешно оборвала ее Джози. — Между мной и Кэллахеном ничего нет и быть не может. Он просто мой клиент. Кстати, завтра я собираюсь в Шарпсбург, чтобы встретиться с банкиром, которому принадлежат закладные на ранчо Кэллахена. Может, мне удастся хоть что-нибудь выяснить. Скоро мне предстоит защищать Кэллахена в суде, и мне нужно хоть за что-то зацепиться.
— Вы собираетесь ехать в Шарпсбург одна? — с изумлением воскликнула Элли. — Но это безумие!
Вы забыли, что случилось с Кэллахеном на этой дороге?
— При мне же не будет пяти тысяч долларов, — возразила Джози.
— Но деньги — это не единственная ценность, которая есть у женщин, — не сдавалась Элли. — Пожалуй, я поеду с вами. Если что, я знаю, как обращаться с пистолетом.
— Спасибо тебе, Элли, — ответила Джози.
Подъехав к зданию тюрьмы и спешившись, Джози кинула Элли поводья своей лошади и поспешила внутрь.
С тех пор как этот парень от Перримана сообщил свою ошеломляющую новость, Кэллахен не находил себе места. Он пытался понять, кто же все-таки выплатил его долг и с чего вдруг Перриман решил известить об этом Кэллахена. Этот банкир был не из тех, кого волнует судьба его клиентов, и раз он получил свои деньги, то вряд ли стал бы утруждать себя поисками Кэллахена. Что-то здесь было нечисто.
Кэллахену с трудом удалось убедить шерифа съездить в Шарпсбург, чтобы удостовериться в банке, что закладные на ранчо были действительно выкуплены. Когда Уилл уже уехал, Кэллахен увидел Элли, которая проходила мимо тюрьмы, и сумел убедить ее съездить за Джози. Но ему казалось, что с тех пор, как Элли отправилась на ранчо Миллеров, прошла уже целая вечность, а Джози все не появлялась. Стараясь не впадать в отчаяние, Кэллахен вернулся мыслями к Джерому, стараясь разобраться, что же так насторожило его в этом парне. Он вел себя как-то напряженно, явно ощущая себя не в своей тарелке. Кэллахен вспомнил, что он особенно остро ощутил опасность, исходящую от этого человека, когда наблюдал из окна, как тот садился на лошадь. Вновь и вновь он прокручивал в памяти эту сцену, и вдруг его осенило. Лошадь этого парня стояла к Кэллахену боком, и он видел у нее на ноге большой уродливый шрам. И тут же перед его глазами возникла другая сцена. В тот день, когда они попали с Беном в засаду, он пытался отвлечь нападавших, чтобы дать Бену время скрыться. Но лошадь Симса споткнулась, и он, не удержавшись, вылетел из седла. Последним, что он видел, теряя сознание, была лошадь одного из его преследователей — гнедая кобыла со шрамом на ноге в виде полумесяца. И сегодня Кэллахен узнал этот шрам. Джером ездил на той же лошади, что и один из тех, кто украл деньги.
От волнения Кэллахен вскочил со своей койки и заметался по камере. Ну почему же не едет Джози, она должна помочь ему выбраться отсюда!
Вдруг во дворе тюрьмы раздался топот копыт, и Кэллахен вздохнул с облегчением. Только Джози могла приехать сюда в такой поздний час. Кэллахен услышал скрип открывающейся двери и знакомые шаги по коридору.
— Кэллахен, где ты? — прошептала она. — Здесь так темно, я ничего не вижу.
