Переведя взгляд на мальчика, выстроившего это великолепие, Алекс отметила, что ему не больше двенадцати, что он худой, немытый и взлохмаченный. Парнишка был рыжеволосый и веснушчатый, с курносым носиком. Но карие глаза смотрели настороженно и угрюмо.
– Привет, – весело поздоровалась с ним Алекс.
Мальчик на секунду вскинул глаза, пробормотал неразборчивое «здрасьте» и снова сосредоточился на замке.
– Меня зовут Алекс Престон. Первый раз в жизни вижу такой потрясающе красивый замок.
Мальчик скользнул по ней настороженным взглядом, словно готов был в любой момент сорваться с места и пуститься наутек. Не раз приходилось Алекс наблюдать такую реакцию у бездомных детей. Но в таких ситуациях она всегда умела найти нужный тон.
– А нельзя ли узнать имя замечательного архитектора, соорудившего это великолепие из самого обычного песка?
На веснушчатом личике промелькнула тень улыбки.
– Шон.
– Очень приятно познакомиться, Шон. Я нездешняя, поэтому никого здесь не знаю, кроме одного своего друга по имени Колин, так что не против завести новые знакомства. А живу я вон в том небольшом домике на берегу, видишь? Иногда мне становится ужасно скучно от того, что не с кем поболтать, так что буду рада, если ты заглянешь ко мне как-нибудь, когда будешь поблизости. А если вдруг меня не окажется дома, когда ты придешь, заходи, не стесняйся, двери я не запираю. Можешь взять там все, что тебе понравится из еды и питья. Мне одной не съесть всего того, что я покупаю.
Мальчишка внимательно, не по-детски поглядел на нее, словно проверяя, правду ли она говорит. Наметанным глазом Алекс видела, что мальчик нуждается в помощи, поэтому молча молилась, чтобы Шон увидел на ее лице то, что хотел увидеть.
Когда она ушла, Шон проводил ее долгим взглядом. Эта тетенька с блестящими волосами и добрым лицом живет как раз в том доме, в хозяйственной пристройке которого он ночует. Теперь, когда она обратила на него внимание, ему надо быть осторожнее. Он боялся, что она станет приставать к нему с расспросами и заинтересуется, что делает он здесь совершенно один. Правда, большинство взрослых нетрудно обдурить, если убедительно врать.
В животе заурчало. Та булка, которую ему удалось стащить в маленькой булочной, уже давно съедена, и в запасе у него ничего нет. Придется сегодня опять порыскать в мусорных контейнерах за рестораном, авось попадется что-нибудь вполне съедобное. До сих пор ему везло.
Шон с тоской посмотрел на море и стал мечтать, как когда-нибудь он станет капитаном корабля и будет плавать по морям до тех пор, пока не отыщет такую страну, где все люди добрые и счастливые и где никто никого не обижает. Но он ни за что и никогда не вернется к тому злобному чудовищу, от которого сбежал. Никогда!
7
Следующие два дня прошли в тревогах. Начальство настаивало на том, чтобы она поскорее возвращалась. Отец тоже звонил и в своей обычной безапелляционной манере требовал, чтобы к наступавшим выходным она приехала домой, так как предстояло посетить какой-то важный деловой ужин. Но как же она могла уехать, если так и не добилась своей цели – убедить Колина продать дом миссис Питтс Обществу святого Мартина!
Кроме того, Алекс вынуждена была признаться себе, что все еще надеется понять, как же он на самом деле к ней относится, и, быть может, сдвинуть их отношения с мертвой точки, на которой они, похоже, застряли. Она приходила в отчаяние от того, что виделась с Колином всего каких-нибудь полтора-два часа по вечерам, после того как он, уставший, приезжал с работы. Их совместные ужины и ночные прогулки по побережью нравились ей безмерно, но она сознавала, что желает большего, чем просто дружеское общение и редкие поцелуи, от которых все ее тело потом еще долго звенело и дрожало, как туго натянутая струна.
Ситуация с Шоном тоже оставляла желать лучшего. Это было похоже на попытку приручить испуганного дикого зверька, у которого есть причины бояться людей. Впрочем, в их отношениях все же наметился небольшой сдвиг в лучшую сторону: мальчик понемножку начал ей доверять.
Но домой к ней он так ни разу и не пришел. Все продукты, которые она оставляла уходя, оставались нетронутыми.
Ей еще пару раз удалось поговорить с Шоном на пляже, где он строил свои песочные замки, но он держался по-прежнему замкнуто и говорила в основном она о разных пустяках. Оба раза она притворялась, что страшно проголодалась, и, принеся сандвичи и фрукты, настаивала, чтобы он составил ей компанию, делая вид, что не замечает, как медленно мальчик старается есть.
Эти нерешенные проблемы не давали ей покоя. Время шло, и Алекс начинала сознавать, что остается в Стоунвейле вовсе не из-за ричмондского дома. Если уж на то пошло, на нем свет клином не сошелся. Он, конечно, идеально подходит для их целей, но при желании можно найти и другой, не менее подходящий.
Она остается здесь из-за Колина. Алекс сердцем чувствовала, что это ее мужчина, что другого такого ей не найти. Не зря же при каждой встрече с ним у нее возникало в душе такое чувство, словно она наконец вернулась домой после долгих и бесплодных странствий по бурному океану жизни.
Ей казалось, будто они давно знакомы, что она знает его целую вечность, а не несколько дней. Находясь с ним рядом, она испытывала ту же эмоциональную близость, как и тогда, со Звездным Ангелом, своей первой любовью. Колин не переставал напоминать ей Энджела.
Вконец измучившись от своих переживаний и не находя ответа на бесконечные вопросы, терзавшие ее, в тот день Алекс решила не дожидаться возвращения Колина с работы, а сама отправиться к нему в контору. Быть может, небольшая встряска как раз то, что нужно им обоим.
Колин сидел у себя в офисе, с головой уйдя в бумажную работу, которой как всегда было навалом, когда услышал, как хлопнула входная дверь в приемную. Очередной посетитель? Он вернулся к просмотру квартального бухгалтерского отчета. Если это что-то важное, то миссис Крамер, его верный секретарь, сообщит ему. Она достаточно опытна, чтобы не позволять кому бы то ни было отвлекать шефа по пустякам.
Однако не успел он вновь углубиться в отчет, как за дверью раздался громогласный голос Беатрис Крамер:
– А я говорю вам, что мистер Маршалл очень занятой человек и его нельзя отвлекать от дел. Если желаете поговорить с одним из агентов, милости прошу. Присядьте пока на диван, а я сейчас узнаю, кто свободен.
Телосложение миссис Крамер было под стать ее голосу: такое же мощное и внушительное. Про таких говорят – бой-баба. Однако секретарем она была великолепным: пунктуальная, аккуратная, никогда ничего не путающая и не забывающая. Вот если бы еще она и с посетителями была поделикатнее, то ей и вовсе цены бы не было.
