бюрократов? Серьезно?
— У меня нет времени на заполнение ваших форм, — процедил я сквозь зубы.
Я рванул вперед, сжимая «Грань Равновесия». Этот меч мог отменять магию, а значит должен был стереть этих бюрократов в порошок.
Я отбил ленты Указа и нанес удар. Лезвие прошло сквозь парящую мантию, разрубая клубящуюся внутри тьму. Я почувствовал сопротивление — меч «жрал» структуру заклинания, выжигая куски эфирной плоти. Призрак взвыл, его форма поплыла.
Но уже через секунду тьма сгустилась обратно. Разрез затянулся мгновенно.
— Отказано, — прошелестел голос в голове. — Ваша заявка на убийство отклонена за недостатком полномочий.
Меч работал, выжигая эфирную плоть, но это была битва на истощение. Стены Гробницы пульсировали, накачивая стражей новой энергией быстрее, чем я успевал их шинковать. Я мог рубить их час, но под ментальным давлением «Слова Закона» мозг Романа превратится в кисель уже через десять минут. Лиза тоже долго не продержится, она уже опустилась на одно колено, судорожно сжимая клинок, из носа у нее потекла тонкая струйка крови.
Прямая атака была неэффективна. Здесь нельзя было победить грубой силой, даже анти-магической. Нужно было бить не по телам, а по правилам.
Я отскочил назад, разрывая дистанцию. Призраки не спешили преследовать. Они просто висели в воздухе, источая ауру абсолютного, давящего превосходства.
— Нарушители, — прогудел коллективный разум цензоров. — Приговор окончательный. Обжалованию не подлежит. Приготовиться к казни.
Ленты «Указа о Казни» начали разгораться зловещим багровым светом.
Я усмехнулся и опустил меч. Не в ножны, но кончиком вниз, демонстрируя пренебрежение. Если вы хотите играть в бюрократию, давайте сыграем. Я знаю правила этой вселенной лучше, чем те, кто их писал.
— Протестую! — рявкнул я так громко, что эхо отразилось от сводов пещеры. Я вложил в голос всю свою харизму и властность. — Остановить исполнение приговора! Вы совершаете должностное преступление!
Призраки замерли. Багровое свечение лент на секунду потускнело. Система распознавания «свой-чужой» явно споткнулась о мою наглость.
— Основание? — проскрипел центральный дух. — У вас нет статуса. Вы — чернь.
— А у вас нет полномочий, — я откашлялся, и шагнул вперед, принимая официальную позу.
«Око, дай мне точную формулировку их статуса!»
Строки интерфейса вспыхнули перед глазами. Я быстро вычленил нужное.
— Вы — «Призраки Казненного Цензора», верно? — я ткнул пальцем в ближайший капюшон. — Ключевое слово — «Казненного».
В воздухе повисла тяжелая пауза. Тьма внутри капюшонов заволновалась.
— Согласно имперскому уложению, казнь чиновника подразумевает лишение всех званий, регалий и прав, — я чеканил слова, как удары молота, наступая на них. — Вас замуровали здесь как наказание. Вы — преступники перед лицом Трона.
Я блефовал лишь отчасти. В любой жесткой иерархической структуре, будь то древний Китай или фэнтезийная Империя, казненный чиновник автоматически становится никем.
— Мы… служим… — голос в голове дрогнул, потеряв свою монолитность. — Мы охраняем покои…
— Вы незаконно присвоили власть! — перебил я, повышая голос до прокурорского тона. — С каких это пор мертвые каторжники имеют право выносить приговоры живым гражданам? Вы нарушаете субординацию! Вы носите одежды, которые вам не принадлежат! Пытаясь судить меня, вы оскорбляете память Императора, который лично подписал указ о вашей смерти!
Это был удар ниже пояса. Логическая бомба. Они были созданы служить Императору, но факт их смерти говорил о том, что Император их отверг. Их существование было парадоксом, который держался лишь на том, что никто никогда не смел спорить с древними духами.
— Ошибка… — прошелестел дух справа. Его фигура начала мерцать. — Статус… не подтвержден… — Нарушение протокола… — отозвался второй. — Мы… виновны?
Аура давления, прижимавшая Романа и Лизу к полу, начала рассыпаться. Они сами себя загнали в угол. Их жесткая программа, их «Аура Бюрократии» теперь работала против них. Они начали проводить внутренний аудит и, разумеется, не прошли его.
— Именно! — я добивал их, не давая опомниться. — Вы не стражи. Вы — самозванцы! А самозванцы подлежат немедленному развоплощению! Ваша лицензия на убийство аннулирована!
Тьма внутри мантий забурлила. Халаты начали оседать, словно из них выпустили воздух. Свитки и дощечки с грохотом посыпались на пол. Гробница, «услышав», что ее стражи признаны нелегитимными, перестала подпитывать их энергией.
— Система зависла, — довольно констатировал я, опуская меч.
Роман, шатаясь, поднялся с колен. В его глазах все еще плескалась ярость, смешанная с облегчением. Щит Одноглазого Ворона загудел, наливаясь силой.
— Ах вы ж канцелярские крысы… — прохрипел он, сплевывая на пол вязкую слюну. — Ну я вам сейчас устрою сокращение штата!
Он уже набычился для рывка, но я резко выставил руку, преграждая ему путь.
— Стоять! — скомандовал я все тем же тоном какого-нибудь государственного чиновника. — Не мешай проведению внутренней проверки.
— Чего? — Роман опешил, но остановился.
В воздухе происходило что-то странное. Пустые капюшоны, вместо того чтобы атаковать нас, медленно повернулись друг к другу. Тьма внутри них пульсировала рваным, тревожным ритмом.
Если они казненные преступники, значит, они не имеют права находиться здесь. А если они Стражи, их долг — уничтожать преступников.
— Обнаружено нарушение протокола, — проскрипел левый призрак, указывая пальцем (или тем, что его заменяло в рукаве) на своего соседа. — Субъект не имеет допуска. Статус: «Казнен». Подлежит устранению.
— Зеркальное нарушение, — тут же отозвался правый, его голос звенел от негодования. — Выявлен самозванец в периметре. Применить меры дисциплинарного взыскания.
Лиза охнула, прикрыв рот ладонью.
— Они что… ссорятся?
— Хуже, — усмехнулся я, скрестив руки на груди. — У них ведомственный конфликт. Самое страшное, что может случиться.
Призраки взвыли одновременно. Это был звук рвущейся бумаги и скрежета металла.
— Именем Закона! — взревел первый.
— Именем Императора! — перекрыл его второй.
Из рукавов обоих духов одновременно выстрелили ленты «Указа о Казни». Но на этот раз они летели не в нас.
Бумажные змеи, исписанные смертоносными иероглифами, впились в пустые балахоны противников.
Тьма столкнулась с Тьмой.
Два абсолютных приказа «Умереть» встретились и зациклились.
Воздух в зале задрожал от чудовищного напряжения. Призраки рвали друг друга на части, используя всю мощь, накопленную веками. Они буквально аннигилировали сущность друг друга, исполняя приговор с фанатичной точностью.
— Виновен!
— Виновен!
— Взыскание!
— Ликвидация!
Вспышка черного света ослепила нас на мгновение. Раздался хлопок, похожий на то, как лопается передутый воздушный шар, только звук был ментальным и ударил прямо по мозгам.
Когда я проморгался, зал был пуст. Ни мантий, ни тьмы, ни свитков. Только легкий запах озона и старой библиотечной пыли.
Два идиота с правами администраторов успешно забанили друг друга.
В тишине раздался звонкий стук. На каменный пол, там, где только что парили стражи, упали Камни Резонанса.
— Вот это я понимаю — самокритика, — нарушил тишину я, подходя к месту «казни».
Роман опустил щит и потрясенно покачал головой.
— Костя… ты страшный человек.
