А затем боль. Жестокая, разрывающая, без сил закричать или даже сделать вдох. Но ему так нравилось. Поэтому она помнила, как сжимала зубы и губы, повторяя себе, что это только один раз. Что… её «хозяин» ушел в отрыв, завтра он будет привычно более добрым и нежным, даже если напористым. Только вот «завтра» так и не наступило. Он любил жгуты. Ремни. Любил заставлять, сжимать в руке подбородок и жутко улыбаться, а потом кивать и идти в душ. Чем дальше заходили эти отношения, тем сложнее получалось терпеть секс с этим мужчиной. Хотя сперва он просто казался жестче, чем другие. Хозяин.
«Я подумаю» — сказала она, глядя на десятки роз на своем столе, затем никак не могла прийти в норму. Нэд спокойно сказал, что у нее еще есть время. Что, когда она решиться, можно неспешно готовить свадьбу. С одной стороны, это был самый красивый, умный, успешный, самый лучший мужчина в её жизни.
Который ночами оборачивался в монстра. В насильника, затем утром вел себя, как обычно. Только вот, потом эти ночные взгляды стали прослеживаться среди дня. Совсем не страстные, холодные, жестокие и пустые.
«Я люблю тебя» — звенело в ушах после её слов «я подумаю». Тело разрывали вина, стыд, обида, злость. Все противоречия не умещались в голове. Записал на неё фирму, предложил замуж, говорил комплименты, дарил подарки. «У всех у нас есть недостатки» — шепотом твердила Элс, глядя в потолок. Иногда, даже ночью, он внезапно становится мягче и чувствительнее. Внезапно погладит по лицу, по шее, затем скажет, что ему нравится смотреть ей в глаза. В те короткие секунды она ощущала даже некоторое счастье. «Он не плохой» — плавало в голове. «И не хороший. Он такой, какой есть. И он любит. А я, кажется, люблю его. Скрытого интимного садиста».
Не глупо ли выходить замуж после трех месяцев отношений? Все произошло так стремительно, что Одри словно до сих пор находилась словно во сне. Рядом с тем зеркалом, в котором отражалась девушка с лиловыми волосами в самом пошлом на свете белье. Отражалась, пока он с ухмылкой и одержимым взглядом называл её самой красивой, заводя за ухо топорщащуюся прядь.
«Я смогу потянуть такую жизнь?» — спрашивала она сама у себя, кутаясь в одеяло. Жизнь с, вроде бы, любящим человеком, но без ночей. С… желчной критикой, постоянными нервами, ожиданиями внезапных странных комментарий и нового подвоха. Не спалось. Зачем она вообще осталась, раз это так тяжело?
— Ты все еще во мне сомневаешься, да? — Послышался хриплый голос рядом, отчего девушка вздрогнула и зажмурилась.
— Нет. Не совсем, не то что бы. Просто я… размышляю. О всяком, вот и не сплю. — Зачем она вообще осталась?
— Скажи мне, в чем предмет твоих размышлений, я улажу твои внутренние конфликты. — Тихо сказал Нэд, лежа чуть поодаль на широкой кровати. — Что конкретно тебя смущает? Если я не буду знать, я не смогу работать на этим. Помимо… наших с тобой расхождений во вкусах, как ты сказала.
— Я… понимаю и принимаю твои желания в постели. — Элс опустила глаза. — Но, все же, иногда это правда больно. Помимо боли я хочу чувствовать, что мне хорошо.
— Если это диалог о поцелуях в интимной зоне, то он, сразу скажу, заранее безрезультатный. — Казалось, сквозь ночь Ротман закатил глаза. — И я уже объяснял свою позицию по этому вопросу. Если же ты хочешь, чтобы я тебя трогал, массировал, то… прошу тебя, будь добра побриться. Это сразу решит множество наших с тобой проблем в постели, я обещаю. — Послышался тихий хруст матраса, казалось, мужчина приподнялся и навис над своей секретаршей. — Хотя лично у меня никаких проблем нет. Ты мне нравишься, ты меня возбуждаешь, я тебя люблю. Твою послушность, твой взгляд, прикосновения… все люблю. Когда ты позволила себя одеть, ты стала просто куколкой, так что я, можешь считать, твой одержимый поклонник. Выходи за меня. И, со временем, мы починим наши разногласия и найдем компромисс во всем, включая половую жизнь.
— Ты не думаешь, что мы слишком торопимся? — Дрожали губы, Элс едва проглотила ком. Самое страшное, что она хотела это услышать. Все это. Услышать о его искренности, услышать, что со временем они на самом деле нащупают компромиссы и будут счастливы. Оба.
— Я думаю, тянуть с этим, значит, избегать ответственности. — Спокойно ответил Нэд. — Странно, что я об этом говорю, обычно девушки заинтересованы в свадьбе, семье.
— Не знаю, если честно. Просто беспокоюсь. — Одри чуть съежилась, словно её упрекнули в чем-то.
— Не беспокойся. Нам просто нужно время на притирку, и я думаю, лучше закрепить наши отношения, чтобы быть друг в друге уверенными. — Мужчина прикрыл глаза. — Я тебя люблю. Выбирай платья, кольца, смотри, какие тебе больше понравятся. Я куплю все, что скажешь. — Он рассеяно пожал плечами. — Сколько там уйдет месяцев на подготовку? Два, три?
— Я не знаю. — Взгляд взволнованно носился по комнате. — Мне бы не хотелось пышный праздник.
— Напрасно. Я настаиваю, чтобы наше торжество прошло запоминающееся, давай приложим к этому немного сил.
— Ну… ну ладно. — Ответила Элс, и тут же шокировано раскрыла глаза. Выходит, она только что согласилась?
— Умница. — Тихо сказал Нэд, и девушка тут же почувствовала у себя на голове горячую руку с настырным, но приятным поглаживанием. — Буду считать твое согласие своей личной победой.
— А когда, кстати, приезжает генеральный? — Одри сдвинула брови. — Ты правда сам не свой перед его приездом.
— Со дня на день. — Сквозь тьму в улыбке показались зубы. — Должно быть, со своим мерзким сынком. Кстати, у меня будет к тебе небольшая просьба.
— Что за просьба? — Девушка напряглась.
— Даже две. Первая — можешь, пожалуйста, по приезду директора временно поработать со мной в кабинете? Я хотел, мельком, представить тебя как свою кузину, которая тут подрабатывает на выходных.
— Что? Кузину⁇! — Элс раскрыла глаза. — Но почему⁈
— У меня сложные отношения с генеральным. У него есть дурная привычка обхаживать моих секретарш. Не знаю, возможно, он так пытается самоутвердиться. — Ротман вновь закатил глаза. — Я бы не хотел, чтобы это произошло с моей невестой, так что прошу тебя представиться моей кузиной.
— Но Нэд, весь зал знает, что я твоя секретарша. — Одри шокировано уставилась во тьму. — Такая ложь ничего не даст.
— Отнюдь. — Мужчина прищурился. — Совсем недавно ты покрасилась, сильно сменила стиль. Я пустил слух по залу, что тебя, периодически, заменяет другая девушка, и со спины тебя правда принимают за новую сотрудницу. Это… что-то вроде подготовки, чтобы старик не тянул к тебе свои мерзкие руки.
— Ты поэтому меня теперь в архивы суешь? — Воздух в легких закончился. От ужаса Элс совсем не знала, что сказать, да и говорить, в общем-то, было нечего.
— Ты общаешься только с Мейс и с той… как её… девочкой в очках, ну не важно.
— Её зовут Тэмми. — Ошарашенно прошептала Одри.
— Да-да, Тэмми, не важно. С Мейс я договорюсь, а ту девочку на этаж попросят не захаживать. Вот и все, проблема решена. У нас такая текучка кадров, что никто не обратит на это никакого внимания. Кстати, пока ты моя кузина, тебя зовут… Лесли. Да, Лесли, почему нет?
— Что за бред? — На лбу вновь выступала испарина. — Это… безумно странно.
— Да нет. Просто не хочу, чтобы дед к тебе приставал. Ты не знаешь, на что он способен, глядя на дорогие мне вещи. На… дорогих мне людей. Так что пожалуйста, просто подыграй, ладно? — Во тьме ночи взгляд мужчины казался змеиным. Слегка поблескивали огромные черные зрачки. — Всего пару дней, пока он не уберется. Поверь, это важно. Очень важно.
— Ну… ну ладно. — Элс отвела глаза. — Если пару дней, то… пусть. Не знала, что генеральный такой странный.
— У него на меня обида за то, что я влез в совет директоров против его воли, когда скупил на торгах все акции в сложное время. До сих пор не успокоится, старый урод. — С раздражением цедил шеф, хотя жуткие зрачки оставались недвижимы.
— Понятно. — Шептала Одри, хотя все было совершенно непонятно.
