долю секунды зависла. Я нёсся вперед и видел перед собой только его толстые, похожие на две колонны, ноги. Твердые, «каменные» части, которые не пробить ничем. И небольшие участки черной кожи. Более мягкие. Подлетел к Кральгу, подпрыгнул, а потом со всей силы, которая еще была в моем теле, вонзил заостренную кость в слабое место врага.
Тварь взревела. Похоже, ей реально было больно. Кральг наклонился и махнул рукой, собираясь подцепить меня на коготь. Я присел, пытаясь уйти от удара. Не вышло. Враг оказался более быстрым и опытным.
Я снова отлетел, ударившись спиной о стену. Воздух из легких буквально вышибло. В глазах потемнело.
Кральг двинулся ко мне. Судя по тому, как кривилась его пасть, он решил заканчивать с мечущимся человечком. Я начал раздражать его.
Нога твари снова поднялась вверх и нависла надо мной. В последний миг я откатился. Огромная лапа с грохотом опустилась на каменный пол. Удар был такой силы, что от Арены откололся небольшой кусок. Он со свистом пронесся мимо и вонзился в стену прямо надо моей головой. Я поднял взгляд. Посмотрел на него. Узкий осколок черного камня с острым концом.
Рука сама потянулась к нему. С трудом я выдернул осколок из стены. Камень оказался тяжелым. Один край острый, как бритва.
Кральг замахнулся рукой. Замах был настолько широким, что ему пришлось развернуть корпус. Он собирался просто размазать меня.
Я посмотрел на его бок. Между твердыми пластинами виднелось местечко, в котором кожа была даже не чёрной, а какой-то серой.
В тот момент вообще не думал. Действовал. Я вскочил на ноги, промчался вдоль стены до кучи камней, двумя прыжками взлетел на самый верх а потом оттуда — прыгнул. Рванул вперед, как долбанная комета. Моей целью было серое пятно в боку Кральга.
Импровизированное оружие острым концом с хрустом вошло во что-то плотное. Тварь издала скрежещущий визг, а потом с силой вырвала камень из своего тела. На Арену хлынула густая фиолетово-черная мерцающая субстанция. Наверное, это была кровь. Она плеснула фонтаном, окатив меня с головы до ног. Липкая, обжигающая.
В нос резко ударило тухлятиной. Жижа залила мое лицо, попала в рот, когда, задыхаясь от вони, пытался хапнуть свежего воздуха. В итоге, я просто заглотил нехилую порцию дерьма, которое хлестало из Кральга.
В первую секунду подумал — щас блевану. А во вторую… Мир вдруг изменился. Боль в боку, боль от удара — они не исчезли, но отступили. Мне стало не до этих мелочей. Внутри все буквально загорелось, вспыхнуло.
Я будто выпил дозу чистого яда или кислоты. Меня выжигало изнутри. Магия Пустоши, сконцентрированная в крови твари. Это она горела в жилах. Я чувствовал, как мое тело вот-вот взорвется от той ядрёной хрени, которая оказалась внутри организма.
Кральг, истекая мерцающей жижей, окончательно взбесился. Он был ранен, но не смертельно. Тварь размахнулась. На этот раз все получилось. Его коготь рассек меня. От правого плеча до левого бедра. Теплая кровь хлынула по ногам. Что-то вывалилось. По-моему, кишки.
Я рухнул, скатился с каменной горки и распластался на Арене, глядя в багровый купол. Боль была вселенской. Я чувствовал, как жизнь вытекает из меня. Смотрел в никуда и думал; «Ну вот и все. Умираю. Наконец-то»
Кральг наклонился, его пасть раскрылась прямо над моим лицом.
А потом… тьма.
Я очнулся так же резко, как вырубился. Лежал на столе, но не на том, что находится в Лаборатории. Это было какое-то другое место. Более мрачное. Вместо воняющей пасти твари надо мной маячило взволнованное лицо Диксона.
— Невероятно! — причитал маг, — Пульс слабый, но есть! Дыхание поверхностное, но есть! Лорд, смотрите! Рана на животе… она не заживает, но… не гноится. И не кровоточит так сильно, как должна. Организм… стабилизирует свое состояние! И еще вот это… — Диксон собрал с моей кожи капли фиолетово-черной жидкости. — Кровь Кральга. Он её впитал. И похоже обхлебался. Идиот. Кровь твари, рождённой в Пустоши — это чистый магический яд. Он должен был разорвать Выродка изнутри…
— Но не разорвал, — хрипло выдохнул я и тут же застонал от боли. Судя по ощущениям, меня зашивали наживую.
— Ого! — глаза Диксона вспыхнули восторгом и азартом. — Пришел в себя. Погоди, рано. Еще штопаю твое тело. Это потрясающе! Твой «поглощающий» механизм… он ассимилирует всё, что несёт магический импульс разрушения. Любые чары, направленные на уничтожение впитываются тобой, как влага. А кровь Кральга — это в принципе магия разрушения. Ты фактически искупался в ней. Твоя аномалия восприняла это как вызов. Организм борется, пытается адаптировать инородную энергию под себя.
Я медленно повернул голову. Старался не дёрнуться лишний раз, чтоб не заорать от боли.
Рядом есть еще кто-то. Я знал это наверняка. К тому же Диксон только что назвал имя старого ублюдка.
Мы находились в просторной комнате, напоминавшей кабинет сумасшедшего алхимика. Какие-то банки, склянки, инструменты. Возле стола, на котором я лежал, стоял Лорд Риус. В его взгляде не было ни радости, ни разочарования. Только холодный расчет. Похоже, он снова счел меня полезным и любопытным существом.
— Жив, — констатировал Лорд Риус. — После когтей Кральга. После потери крови. После перелома ребер. После повреждения большей части внутренних органов… Диксон, начинай полное сканирование. Каждую клетку. Я хочу понять, что у него восстановилось, что нет. И как это произошло.
Диксон кивнул своей лохматой башкой и занялся дальнейшей штопкой. В буквальном смысле. Он лечил меня по старинке. Сшивал специальной ниткой, пропитанной особым составом, кожу и мясо, вливал какую-то хрень прямо в раны.
Это было время, когда я испытал все виды разнообразной боли. Но не умер. Диксон ухаживал за мной с полной отдачей. Кормил из ложечки, поил, утром и вечером делал перевязку.
Через три недели я снова был на ногах, со шрамом через весь живот и абсолютной пустотой внутри.
Лорд Риус опять решил выставить свое имущество на Арену. Оказалось, что от верной смерти, когда Кральг уже собирался оторвать мою башку, меня спас именно он. Остановил поединок. Зрителям всё преподнесли как пробный этап. Типа скоро состоится реванш. Думаю, уже в тот момент старый ублюдок придумал свой план. Понял, как меня можно использовать.
Но мне было очень по хрену на то, что через пару дней меня снова ждала Арена.
Лежа на столе у Диксона, когда он запихивал мои внутренности на их законное место, я усвоил одну истину. Побег невозможен? Хорошо. Пусть так. Сопротивление бессмысленно? Тоже ок.
Однако есть иной путь. Если ты не можешь убежать из ада, ты должен
