врага наносили удары по скоплениям наших войск и по переправам через Чир и Дон. 214-я стрелковая дивизия, 66-я и 154-я морбригады продолжали обороняться.
В ночь на 27 июля командарм приказал командиру 154-й бригады обеспечить переправу частей 214-й стрелковой дивизии, 154-й омсбр и танковой бригады в районе станицы Суворовской. Прикрытие осуществляли первый и второй батальоны под командованием старшего лейтенанта Дорофеичева и капитана Близняка.
Ночью Дорофеичев вызвал к себе ребят:
— Слушайте мою команду. Сейчас вы отправляетесь в распоряжение старшего лейтенанта Журина! Вместе с его батальоном переправляетесь на левый берег Дона. Это приказ! Свинцов!
— Слушаю, товарищ старший лейтенант!
— Проводи бойцов к Журину. Вы — молодцы, ребята, храбро сражались! Буду представлять вас троих к наградам!
— А можно без наград, но остаться в 1-ом батальоне? — Попросил Серый.
— Нет. Приказ! — как отрезал Дорофеичев и добавил уже мягче. — Ничего, на левом берегу будете нас ждать, встретимся!
В ночь на 27 июля на переправе через Дон была полная неразбериха: лодки плоты… скрепленные между собой бревна, все подручные средства для переправы шли в ход. А скоро должно было рассвести… А рассвет — это немецкая авиация, которая господствовала в воздухе.
У моряков и так хватало проблем, основная часть планировала переправляться вплавь, но нужно было еще найти лодки для раненых, так что ребята, в этой неразберихе и темноте, оказались перед выбором: ждать, когда их переправят или самим искать вариант переправы.
Мальчишки решили ни на кого не надеяться, поднялись чуть выше по течению Дона, метров на 100. Илья сказал, что их тогда как раз снесет течением на отмель в районе переправы.
— Ищем пару досок, грузим вещи и оружие, и просто переплываем, — предложил Илья.
— Тебе лишь бы плавать, дельфин! — подытожил Серый. Может проще? Винтовки скидываем в любую лодку нашим, сами плывем. Все равно — патроны кончились. Эх, МГ жалко, вот это была машина!
— Не немцам же оставлять? Все равно патроны к нему кончились… А «СВеТку» свою я не брошу, по любому! Даже без патронов.
— Илюха, ты и с пулеметом на горбу переплывешь, а вот я не уверен… — Никита с опаской посмотрел на ночной Дон.
— Глянь, доски плывут! Вот нам и плотик для оружия и одежды! — Илья быстро скинул ног ботинки, с себя одежду и прыгнул в воду…
— И… люха… я… сейчас… — Никита ушел под воду.
— Я тебе… булькну! За плот … держись… и ногами чуток… шевели! — Илья изо всех сил толкал плотик к берегу, за который держались Серый и почти выбившиеся из сил Никита. — Чуток осталось… метров двадцать…
Отмель начиналась неожиданно. До среза воды было еще метров 15, а Никита нащупал песчаное дно ногами, о чем с трудом и сообщил ребятам. Выползли на берег, Илья Никиту вытаскивал из воды, у того не было сил подняться на полуметровый берег — соскальзывал обратно. Немного полежали, пришли в себя, стали одеваться. По всей ширине переправы туда — сюда сновали лодки с солдатами, плоты переправляли пушки.
— Эй, пацаны, раков не поймали? Как водичка, теплая? — шутканул и засмеялся своей шутке один из бойцов — пехотинцев, но когда Илюха встал с травы и поднял с земли снайперку, а вслед за ним стали подниматься и поднимать оружие полуодетые Серый и Никита — заткнулся.
— Сам-то переплывешь? — вспылил Илья. — Мы лодки не искали — они раненым нужнее…
— Вы откуда такие? — к ребятам подошел офицер в запыленной и местами прожженой гимнастерке с двумя кубарями в петлицах.
— 154-я морбригада, товарищ лейтенант. Не подскажите, наших не видели?
— Здесь 214-я стрелковая переправляется. 154-я только начала переправу, должна быть ниже по течению. Там найдете. А точно 154-я нужна?
— Точно, товарищ лейтенант. Нам бы еще патронами разжиться, а то на троих 7 патронов… — попросил Илья.
— Патронов лишних нет. Давайте побыстрее от переправы, рассветает, сейчас Юнкерсы налетят… Давайте к телегам, там раненых уже погрузили, сейчас уходить будут, уходите с ними, а то, в этой неразберихе, черт ногу сломит! Потом свою 154-ю найдете.
Не успели. Два юнкерса налетели неожиданно. Телеги с ранеными начали хаотично разъезжаться, а фашисты, как в тире расстреливать наших бойцов, которым просто нечем было защищаться. Некоторые открыли винтовочный огонь, но шанс попасть в движущийся самолет… Илья тоже стрелял, все семь патронов… Взрыв! Еще взрыв! Еще!
— Никита! Илья! Сюда!!! — крикнул Серега, высунувшись из еще дымящейся небольшой воронки, в которую скатился несколько секунд назад.
Первым добежал Илья, лег на краю, уткнувшись лицом в землю. Никита почти добежал… Что-то сзади громыхнуло и больно ударило его в спину…
Двое…
Комбат Дорофеичев подошел к группе окапывающихся бойцов, среди которых были Серега с Ильей, прижились они в первом батальоне.
— Старшина! Как закончите, собери взвод, прочитай бойцам приказ. Построение не делать: не ровен час, прилетят гадюки… — старший лейтенант Дорофеичев передал лист бумаги, а потом зло добавил. — Новость уже знаете? Эшелон с нашими ранеными разбомбили, сволочи, под чистую… Только что приехала машина, со станции.
— Как разбомбили? А что с Никитой? — Илья уже сам понял, что задал глупый вопрос… Война — разбомбили. — А кто — то уцелел? Или…
— Уцелели … Только вот лежачие в вагонах почти все заживо сгорели… почти все вагоны сгорели…
— А можно мы туда попробуем пробраться, постараемся Никиту найти… — теперь и Серый понял, что сморозил глупость…
— Кого найти? Три дня прошло… Или жив, или… Кого смогли — отправили в Сталинград… Да, старшина, в станице подготовили санобработку… Как начнет темнеть — отправляйте всю роту, как охранение участка на себя возьмет вторая рота. Помыться, форму привести в порядок, пацанов переоденьте из гражданки в нормальную… А то ходят, как непонятно кто…
Сережка сидел, с широко открытыми глазами, из которых лились слезы, на дне окопчика, прижавшись спиной к осыпающейся степе, вздрагивая только плечами… Смотрел и не понимал, что видел… Только вспоминал…
После того налета ребята помогали грузить раненых, на одной из телег лежал Никита, он был без сознания. Все полтора часа, что ехали до железной дороги Илья придерживал рукой голову Никитки. Военврач из санитарного эшелона осмотрела бледного, как смерть, бессознательного мальчишку.
— Контузия, во второй вагон! — распорядилась она. — Мальчики, он вам кто?
— Друг он наш, товарищ боевой…
— Зовут его как? Как в список записывать?
— Кап… Зозулин Никита, 154-я морская стрелковая бригада, — исправился Сережка. — Товарищ военврач, он жить будет?
— Будет, не переживай, контузия у него, отвезем за Волгу и через месяц будет как новенький! — она записала в планшете и почти без паузы двинулась дальше, начала командовать. — Быстрее заканчиваем погрузку!
